Валерий Полянский: «Создать звезду — вопрос финансов»

20.04.2012

Евгения КРИВИЦКАЯ

Исполняется 40 лет Государственному камерному хору и 20 — Госкапелле, двум коллективам народного артиста России, лауреата Государственных премий РФ Валерия Полянского.

культура: Сейчас верность определенному коллективу становится чуть ли не отрицательным явлением: ратуют за западную модель, где принято каждые пять лет переходить в новый оркестр. Ваше мнение?
Полянский: Со своими музыкантами я могу реализовать любые творческие замыслы — они меня понимают с полуслова. Когда ты работаешь с чужим коллективом, то за три репетиции такого контакта не возникнет: неизбежно приходится идти на компромиссы. Хотя могу понять и коллег, выстраивающих свою карьеру только на гастрольных выступлениях. Хорошо помню интервью с Клаудио Аббадо и его реплику о Евгении Мравинском: «Как жалко, что он работал только с одним оркестром», — с намеком, что Мравинский якобы себя до конца не раскрыл. А на мой взгляд, если ему удалось создать такой высочайшего уровня коллектив, как оркестр Санкт-Петербургской филармонии, это стоит всех гастролей. То, что он оставил после себя в записях, в фильмах, — это искусство высочайшей пробы.

У меня так сложилась судьба — нужно было сначала делать хор. Я его формировал долго, упорно пробивал «наверху». Если посмотреть репертуар, спетый и записанный за эти сорок лет, то получится внушительный список — от старинной музыки до ультрасовременной.

С оркестром Капеллы я двадцать лет вместе, и опять-таки в начале 1990-х годов коллектив создавался почти с нуля. Сейчас между нами не только творческий, но и человеческий контакт. Важно, чтобы работали не из-под палки, не из боязни быть уволенным или оштрафованным, а с искренней отдачей.

культура: Когда Вы формируете свои программы, думаете о том, насколько готов Ваш слушатель к Малеру, к Губайдулиной?
Полянский: О публике нас заставляет думать руководство Филармонии. Я считаю такой подход не совсем верным — отрицать заранее то, чего не знаешь. Публику можно привлечь на любую программу, если правильно выстроить промоушн. Я возвращаюсь домой после репетиций поздно и вижу ролики на канале «Культура», смотрю новостной выпуск. Одни концерты и коллективы рекламируются постоянно, о других нет ни слова. Понимаю, что это вопрос вкладываемых денег, но Филармония могла бы более равномерно пропагандировать свои же мероприятия.

культура: Но Вы проводите и собственный абонемент в Большом зале консерватории, где вольны выбрать любой репертуар.
Полянский: Включил, например, Седьмую симфонию Малера, хотя были опасения со стороны моего менеджмента, что народ не придет. Но, как мне показалось, зал с воодушевлением принимал симфонию. А вот Вторая симфония Рахманинова была введена для продаваемости абонемента, для широкой публики. Если глобально взглянуть на тенденцию сужения репертуара, то я бы ее прокомментировал так: мы сами себя обедняем. Например, в политике мы стремимся к открытости, к общению, а здесь — наоборот. Но ведь музыка — это мощнейшее средство общения. Скажем, мы поехали в Елец, где показали мировую премьеру замечательной оперы «Легенда о граде Ельце, Деве Марии и Тамерлане» нашего современника Александра Чайковского. Жители этого города никогда раньше не слушали симфонический оркестр живьем, но проявили такое внимание, такой энтузиазм, какие не всегда встретишь в столице. А в Ярославле, где мы только что спели Реквием Дворжака, люди после концерта подходили на улице и благодарили. Мы должны брать качеством и заинтересовывать слушателей.

культура: У Вас нет желания обращаться к публике со сцены, предварять свои выступления словом?
Полянский: Нет, моя профессия — передать то, что чувствую, через звуки.

культура: В Ваших программах особое направление — опера в концертном исполнении. В последние несколько сезонов Вы сосредоточились на Верди. Поставили цель исполнить все оперы композитора?
Полянский: Это слишком глобальная задача. Действительно, последние четыре сезона я занимаюсь этим композитором, сыграл 11 опер с повторами в разных залах Москвы — «Травиату», «Риголетто», «Набукко», «Луизу Миллер»… Еще три исполню в следующем сезоне. И все, наверное. От чего зависит мой выбор? Есть определенный состав певцов, которым я располагаю, и, выбирая оперу, я прикидываю, смогу ли найти требуемое тут легкое сопрано, лирический тенор, бас…

культура: Некоторые считают, что итальянские оперы надо слушать только в исполнении носителей традиции. А Вы принципиально собираете составы из отечественных солистов?
Полянский: Давайте-ка разберемся. У нас что, Образцова была носителем итальянской традиции? Или Архипова, Атлантов, Соткилава, Пьявко, Нестеренко, Нетребко, Бородина? Но почему-то все они пели и поют именно итальянский репертуар, именно за границей, и многие — как раз в Италии. Поезжайте в любую страну — в первых строчках стоят русские фамилии. Да если копаться в корнях, разве Хосе Каррерас или Пласидо Доминго, Борис Христов или Николай Гяуров носители итальянской традиции? Происходит интеграция культур, и не стоит на это закрывать глаза, отстаивая идентичность. Другое дело, что людей, по-настоящему владеющих своим голосом, мало, но это никак не связано с их национальной принадлежностью.

За двадцать лет существования Госкапеллы я поставил около 15 опер различных итальянских авторов, и некоторые из моих солистов участвовали во всех проектах. Как вы думаете, они владеют теперь этим стилем? Еще Грибоедов в «Горе от ума» подметил характерную черту нашей ментальности — безудержное поклонение перед всем иностранным. Так вот, если бы тенору, работающему у меня, поставить в афише фамилию Долгини, то успех сразу же был бы обеспечен… Когда Ренате Скотто передали видеозаписи наших концертных исполнений, она была поражена и сказала, что редко где встретишь такой ансамбль певцов, особенно второго плана. «У всех шикарные голоса — у вас что, кузница итальянской оперы?» Это — мнение великой певицы и великого педагога. Да и вообще — сделать звезду в наше время, сами знаете, вопрос вложения финансов. Можно так разрекламировать самого среднего певца, что все решат, что приехал величайший артист. Что, собственно говоря, чаще всего и делается.

культура: Хор, оркестр, солисты, оперы, мессы, симфонии… Каков Ваш ежедневный график?
Полянский: Начинаю в десять утра и заканчиваю в девять, иногда десять вечера. Вначале работаю с оркестром в студии на «Мосфильме», затем приезжаю на нашу тесную базу на Пятницкую, и там репетирую с хором, провожу спевки с солистами.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть