Струнных дел мастер

24.11.2012

Денис БОЧАРОВ

27 ноября знаменитому гитаристу Джими Хендриксу исполнилось бы 70 лет.

Первый альбом Хендрикса, вышедший в 1967 году, назывался «Are You Experienced?». «Искушены ли вы?» — лукаво интересовался появившийся откуда ни возьмись талантливый темнокожий левша. Абсолютно справедливая, хоть и несколько самонадеянная постановка вопроса. Ибо во второй половине 60-х чем-либо удивить рок-общественность было непросто. Группы и исполнители сменяли друг друга с калейдоскопической быстротой, а новые стили и направления возникали чуть ли не ежедневно. В таких обстоятельствах для того, чтобы привлечь внимание к собственному творчеству, необходимо было предложить нечто из ряда вон выходящее. И Джими Хендриксу при помощи коллег — басиста Ноэла Реддинга и барабанщика Митча Митчела — это удалось.

Публика далеко не сразу поняла, какую именно музыку он играет — чтобы «врубиться» в нее, требовалось быть действительно искушенным. В середине описываемого десятилетия слухи о молодом даровании, вытворяющем с гитарой подлинные чудеса, начинали будоражить меломанскую братию все настойчивее. На одном из выступлений Хендрикса в лондонском клубе присутствовали два выдающихся корифея гитары — Пит Таунсенд, музыкант группы The Who, и Джефф Бек из The Yardbirds. Сказать, что они были под впечатлением — значит, ничего не сказать. «Он что, настолько плох?» — спросил озадаченный Таунсенд. «Нет, дружище, он настолько хорош», — ответил ошарашенный Бек. Впоследствии тот же Бек обобщил феномен Хендрикса следующим образом: «После того, как пришел Джими и сделал то, что сделал, все мы стали выглядеть горсткой пришибленных библиотекарей».

Нельзя сказать, что Джими обогатил музыкальную сцену огромным количеством запоминающихся мелодий — его песни не из тех, которые хочется насвистывать. Голос — тоже на любителя. Феномен музыки Хендрикса — иного свойства. Он в корне изменил представление о том, на что в принципе способна рок-гитара. Не будучи «скорострелом» и «запильщиком» (подобно Ричи Блэкмору и Джимми Пейджу), Хендрикс умел извлекать из инструмента самые разные звуки. В его руках гитара преображалась, выдавая гамму самых разнообразных эмоций: смеялась и рыдала, нападала и размышляла, рычала и извинялась. Казалось, что стратокастер Хендрикса был отдельным, живым и самостоятельным участником группы.

Музыкант успел записать не так много. Но даже трех полноценных, вышедших при его жизни студийных альбомов хватило для того, чтобы Хендрикса в любых авторитетных опросах и рейтингах традиционно называли самым выдающимся рок-гитаристом всех времен. Возможно, не в последнюю очередь это связано еще и с тем, что Джими, подобно многим рок-звездам, прожил короткую жизнь, ярко вспыхнув и стремительно сгорев, уйдя на пике популярности. Именно Хендрикс, скончавшись в молодом возрасте, невольно открыл негласный грустный клуб «27». Цитируя Высоцкого, можно вспомнить, что впоследствии «на этом рубеже легли», среди прочих, Дженис Джоплин, Джим Моррисон, Гари Тейн (басист группы Uriah Heep), Курт Кобейн, Александр Башлачев, Игорь Чумычкин (гитарист «Алисы») и Эми Уайнхаус.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть