Максим Венгеров: «За Россией будущее»

15.03.2013

Юрий КОВАЛЕНКО, Париж

На недавнем парижском концерте Максима Венгерова в Théâtre des Champs Elys-es публика трижды устроила ему standing ovation. С очередным успехом первым поздравил скрипача корреспондент «Культуры».



культура:
Как Вы относитесь к тому, что публика и критики называют Вас гением?
Венгеров: Это понятие очень растяжимое. Сегодня у него совершенно иной масштаб, чем во времена Моцарта. Я прекрасно понимаю, что подлинными гениями были Бетховен, Шостакович и другие великие композиторы. У нас другой век — век исполнителей. 

культура: Еще недавно Вы выступали в роли дирижера, но сейчас снова посвятили себя исключительно исполнительству.
Венгеров: Я скрипач и дирижер, но последнее сейчас на втором плане. Всех зайцев не поймаешь.

культура: Ну а если бы пришлось выбирать между двумя Вашими увлечениями?
Венгеров: Конечно, выбрал бы скрипку. Не хочу сейчас — хотя предложения есть — становиться главным дирижером оркестра. В таком случае мне пришлось бы распрощаться с исполнительством, а я к этому не готов.

культура: В чем преимущества скрипки перед другими музыкальными инструментами?
Венгеров: На скрипке я стремлюсь создавать иллюзию того, что это не один, не два и даже не три голоса, а целый оркестр. Скрипка — королева всех инструментов. Ну а фортепиано — все-таки ударный инструмент, у него есть все, кроме тянущегося звука.

культура: Какими бы гениальными музыкантами ни были Ойстрах, Гилельс или Рихтер, они остаются лишь исполнителями. У Вас нет комплексов по этому поводу?
Венгеров: Паганини, Венявский, Рахманинов были не только гениальными скрипачами, но и выдающимися композиторами. Сегодня заниматься сочинительством мне не удается. Но это отдаленная мечта, которую я собираюсь осуществить.

культура: Узнали бы Моцарт или Шуберт свои произведения в современном исполнении?
Венгеров: Думаю, они были бы приятно удивлены. Сегодня есть интерес к барочным инструментам — увлекался ими и я, но исполнять в больших залах музыку Бетховена все же предпочитаю на инструментах современных. Иными словами, играю на Страдивари, но с новейшей настройкой.

культура: Кому из великих композиторов хотели бы исполнить его музыку?
Венгеров: Конечно Шостаковичу. Он мне очень близок по духу. Никогда не забуду, как перед своей кончиной мой наставник Мстислав Леопольдович Ростропович сказал: «Максим, я тебя научил, как играть Чайковского, Бетховена, Прокофьева. Но как исполнять Шостаковича, ты знал сам».

культура: На концертах Паганини некоторые слушатели впадали в транс и теряли сознание. На Ваших выступлениях случалось подобное?
Венгеров: Музыка Паганини отличается не только виртуозностью, но и особой энергетикой. Бывает, и на моих концертах кому-то от избытка чувств становится плохо (смеется). Однако я стремлюсь не к тому, чтобы человек падал в обморок, но чтобы ему становилось лучше. В соответствии с древнегреческой традицией — музыка лечит. Это некая терапия. Поэтому для своих программ выбираю произведения космические, способные унести в какие-то дали, — например, Десятую сонату Бетховена.

культура: Вы учитываете вкусы публики в разных странах?
Венгеров: Никогда не выбираю программу специально для слушателей русских, английских или американских. Сейчас так случилось, что у меня акцент на французском репертуаре — Франк, Форе, Сен-Санс.

культура: Вы сожалеете о потере на Западе культурных ценностей...
Венгеров: Новое поколение, стремясь достичь технических высот, забывает о духовности. Мы идем в мир хай-тека, занимаемся бизнесом, а нужен баланс, который достигается благодаря искусству.

культура: Вы родились в Челябинске, росли в Новосибирске и называете себя «исконным сибиряком».
Венгеров: Я понял, что это такое, когда вернулся в Новосибирск в 2004 году, и снова, как дерево, врос корнями. Там испытываю очень теплые чувства, ощущаю запах детства. Мне повезло, что я вырос в стране, уделявшей огромное внимание образованию.

культура: Сохранилась ли русская музыкальная школа?
Венгеров: Она есть везде — и во Франции, и в Германии, и в Америке. Общепризнанно, что это ведущая школа, ею подпитывается весь мир. Вспомнить хотя бы выдающихся скрипачей Виктора Третьякова и Захара Брона, преподающих в Кельне. Конечно, мне хотелось бы видеть возвращение наших педагогов в родные пенаты. Думаю, со временем так и произойдет. Россия по-прежнему дарит миру удивительные таланты — это связано и с генами, и с нашим искусством, и с историей. Она сохраняет позиции мировой культурной державы. За Россией будущее во всех отношениях.

культура: Ваши музыкальные интересы не ограничиваются классикой. Вы увлекаетесь и джазом, и роком.
Венгеров: Увлекался. Интересно было узнать другие формы музицирования. Меня всегда трогал рок, электрические инструменты. Я изучал музыкальные вибрации. Хотелось все попробовать. Поэтому попросил своего друга композитора Вениамина Юсупова написать для меня концерт — он назывался «Viola, Rock, Tango». Там я играл на альте, импровизировал в стиле рок на электрической скрипке, а еще танцевал танго. Этот эксперимент вполне удовлетворил мою любознательность. После чего я вернулся в свой мир — в классику.

культура: 17 апреля Вы играете в Москве. Многие наши музыканты к выступлениям в России относятся с особой ответственностью.
Венгеров: Я очень жду новой встречи с московской публикой в Концертном зале Чайковского. И там, и в Большом зале консерватории выступали самые великие — Рихтер, Ойстрах, Ростропович. Это наша история. К выступлениям в России я отношусь бережно и с любовью. Мне всегда очень радостно приезжать домой — и с концертами, и просто так.

культура: Музыка способна выразить любые эмоции?
Венгеров: Музыка в состоянии объяснить то, что нельзя сказать словами. В симфониях Шостаковича или Брукнера есть нечто неземное, пришедшее из других сфер.

культура: В Вашем исполнении эмоциональное начало обычно берет верх?
Венгеров: Когда я выхожу на сцену, то пытаюсь достичь тончайшего баланса между рациональным и эмоциональным. Однажды Юрий Башмет рассказал, как отнеслись к его исполнению на Западе. Первый раз, когда он играл Шуберта, заметили: все замечательно, но слишком много эмоций. Потом приехал в Россию, исполнил все строже, и ему сказали: «Недостаточно эмоций». После этого он решил, что будет играть, как чувствует.

культура: Вам не чужда творческая ревность?
Венгеров: Я всегда радуюсь появлению нового таланта. Великое открытие принадлежит не одному человеку, а всему роду людскому. Это опять-таки приходит из космоса. Напиши мой коллега-скрипач талантливейшее сочинение, я бы снял шляпу и сказал «Браво!».

Справка «Культуры»:

Максим Венгеров родился в 1974 году в семье музыкантов. Учился в Новосибирске и в Москве. В 16 лет выиграл Конкурс скрипачей имени Флеша в Лондоне. Лауреат «Грэмми» и многих других престижных наград, среди которых премия Gloria, учрежденная Мстиславом Ростроповичем. Выступает с сольными концертами и с ведущими оркестрами мира. В качестве дирижера дебютировал в 2007 году на Красной площади с Большим симфоническим оркестром имени Чайковского. Дирижировал также оркестром Мариинского театра на фестивале «Белые ночи», «Виртуозами Москвы». Занимается педагогической деятельностью, в частности преподает в Королевской академии музыки в Лондоне. Участвует в работе жюри престижных международных конкурсов скрипачей и дирижеров. Посол доброй воли ЮНИСЕФ.


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть