Тина Кузнецова: «Осталось найти Ваню»

07.03.2014

Тамара ЦЕРЕТЕЛИ

Джазовая певица, увлекающаяся русским аутентичным фольклором, на протяжении полугода баловала зрителей Первого канала непривычной для телевидения музыкой и вышла в финал телепроекта «Голос».

Мало кто знает, что Тина Кузнецова еще и автор песен, которые наряду с «черной» и фолк-музыкой исполняет на концертах. Очередной сольник пройдет 20 апреля в Петербурге, а пока певица снимает клип на песню «Ваня» — ту самую, которой зрители подпевали на известном телепроекте.

культура: Чувствуете себя звездой после участия в «Голосе»?
Кузнецова: Нет, но думаю, все впереди. Мне есть что преодолевать в творческом плане. И это состояние очень нравится. Интересно, к чему приду, что сохраню в себе. Хотелось бы знать, как долго буду экспериментировать с фольклором. Пока он для меня — живительная сила. Вообще сейчас время смешения стилей, я этим всегда увлекалась. Сначала была пианисткой, сформировалась под влиянием классической музыки, а она — основа, из которой можно лепить что угодно. Теперь смело смешиваю все подряд — фортепианную музыку с танцевальной, электронной...

культура: Не страшно было с фольклорным материалом выходить к миллионной аудитории: вдруг не проголосуют?
Кузнецова: Это, можно сказать, мой месседж. Не мейнстримом фольклор является только у нас. Обычно, если человек несет культуру своего народа, хочет что-то сберечь и раскрыть, — везде ему респект. Ведь задача настоящей песни — помочь прожить ту или иную ситуацию, эмоцию. И фольклор дает такую возможность.

культура: Вы считаете, он воздействует на генетическом уровне?
Кузнецова: Наверное. Хотя любая музыка воздействует — не понятно, как передается то, что автор хотел сказать. Например, я придумала песню «Ваня». Там в рефрене — очень личное, какие-то мои внутренние переживания. Теперь люди подходят и говорят: «Ваня» — это что-то...» И выражение лица у них полностью соответствует эмоциям, которые я туда вложила. А для меня та песня как вспышка прошлого — даже историческая хроника перед глазами проносится, военные концерты, сразу всплывает Лидия Русланова... В общем, целая эпоха — уходящая, трогательная.

культура: Чего нельзя допустить при исполнении фольклора?
Кузнецова: Нельзя играть в него. Если исполняешь песню, услышанную где-то, нужно сохранить диалект. Я много слышала неудачных, на мой взгляд, версий, когда видно— человек просто хочет поиграть, изобразить что-то. А такие вещи изображать нельзя. У нас вообще часто искажают народную песню. Голоса, которые обычно слышим, — не настоящие, а сделанные. Это звукоизвлечение, такое же подставное, как и костюмы. В традиционном пении есть свои приемы и манеры. На Севере поют с почти сомкнутым ртом. Там песни протяжные, тихие, снежные и холодные, немного мистические. А на юге — более открытая манера, с разными приемами, например, подражанием птичьим трелям. Вообще, это очень естественное пение.

культура: Читала, что на Вас в детстве огромное впечатление произвело церковное пение.
Кузнецова: Это правда. А вот дар импровизации достался от дедушки — во всяком случае, так мы в семье считаем. Техника игры на фортепиано у меня тоже, видимо, от него. Я никогда особенно не корпела над этюдами и гаммами. Дедушка был инженер-изобретатель, а родился в деревне. Помню, как он, уже старенький, подпрыгивает на стуле и играет на рояле вальсы Штрауса. Когда собирались у бабушки, все чинно садились на диваны-кресла и слушали его потрясающую игру. 

культура: Если возвратиться к «Голосу»: зачем Вам, состоявшейся джазовой певице, участвовать в этом?
Кузнецова: Джаз у нас не особо популярен. Он и в мире-то зачах, наверное, кончилась его эпоха. Это искусство становится все элитарнее. Я им продолжаю заниматься, но, думаю, нужен другой подход. Надо менять свои представления о музыке, быть более понятной. Мне не давало покоя, что я не доношу до людей какую-то информацию. Высокая культура, джаз — это замечательно, но чего-то не хватает. Вот мои родственники слушают совершенно другую музыку, совсем не ту, что я исполняю. Хотя бы на их примере понимаю, надо спускаться с джазовых высот.

культура: То есть Вы пошли на «Голос» расширять свою аудиторию?
Кузнецова: Я пока еще не знаю, чего хочу. Иногда хочется камерности — сделать программу с оркестром, с какими-нибудь духовыми, струнными и все такое. А иногда мечтаю выйти с шикарным шоу — а-ля Мадонна. Кстати, я в один день с ней родилась, наверное, поэтому такие амбиции (смеется).

культура: А когда выбирали Пелагею в качестве наставника на проекте, были сомнения?
Кузнецова: Естественно, думала: если ко мне повернутся все судьи, к кому пойти? И предпочла Пелагею. Знаете, это как люди одной религии. У нас с ней интересы одинаковые, сердцевина. Мы обе молодые. К тому же Поля всесторонне развита в музыке, у нее прекрасный вкус. В общем, ни разу не пожалела, что пошла к ней. Самое смешное — мы теперь периодически сталкиваемся в неожиданных местах. Например, захожу в салон красоты — а там Пелагея. Или на днях встретились в кабинете у фониатра...

культура: Боялись во время первого выступления на «Голосе», что никто из судей не повернется к Вам?
Кузнецова: Я вообще человек сомневающийся, все могла допустить. К тому же передо мной было много очень хороших ребят, к которым никто не поворачивался. Мы с круглыми глазами смотрели: как такое может быть?! И вот стою, пою, ушла в песню. Открываю один глаз — все повернулись. Думаю: может, показалось? Открываю оба глаза — точно! Я тогда даже растерялась — дальше петь, что ли? Или закругляться?

Тина Кузнецова и Пелагея

культура: В профессиональном смысле проект Вам что-то дал?
Кузнецова: Прежде всего — невероятный опыт. Например, ночью спишь два часа, а дальше весь день ждешь выхода на сцену. В это время проходят интервью, съемки, прогоны. Правда, тяжело, когда приходишь в девять часов утра, а на сцене появляешься только в девять вечера. И как ни в чем не бывало должен спеть — причем один раз. К тому моменту от голоса уже ничего не остается. После выступления всегда хотелось сказать: «Я могу лучше!» Но таковы правила телевидения. Без той школы, наверное, не справилась бы с нынешним режимом — концерты, съемки...

культура: Кстати, Вы же снимаете клип на песню «Ваня». На какой стадии работа?
Кузнецова: Готова первая половина сюжета — ее делали в Таиланде. Теперь осталось найти собственно Ваню.

культура: А с другими участниками «Голоса» планируете какой-нибудь проект? 
Кузнецова: Думаем с Наргиз Закировой что-то сделать. Я бы и с Полей с удовольствием поработала. Пока нас сводит судьба с коллегами по цеху, вместе выступаем, и это здорово.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть