Знаешь, Зинка, я против грусти

04.09.2019

Виктория ПЕШКОВА

Фото: taganka-sat.ruНа 80-м году ушла из жизни народная артистка России Зинаида Славина.

Есть артисты, после которых остаются не столько сыгранные роли, которым критики отводят некие «полочки» в театральных анналах, но совершенно особый, нетающий свет, чья природа не поддается словесному описанию. Разумеется, к сделанному ими неприменимы количественные оценки, но и весомостью персонажей глубина их дарования не измеряется. Потому что дело даже не в таланте как таковом, а в их способе общения с миром, который проявляется во всем, что они делают и на сцене, и на экране, и в жизни.

Зинаида Славина была щедро наделена этим светом — ​вдохновляла, ободряла, поддерживала, но при этом оставалась для окружающих загадкой — ​не таинственной, но необъяснимой.

Актеры любят рассказывать о том, как легко, за компанию с друзьями, пришли, прочитали и поступили. Со Славиной все было иначе: сначала Зина провалилась в Ленинграде, затем в Москве — ​ни ВГИК, ни Щепкинское училище, ни школа-студия МХАТ ее дарований не оценили. Лишь с третьего захода ей удалось стать студенткой училища им. Щукина. Зато попала она на тот самый курс, которому суждено было стать легендарной «Таганкой». И сыграла Шен Те в «Добром человеке из Сезуана», роль, которая благодаря Славиной стала такой же мечтой для любой актрисы, как Джульетта или Анна Каренина. И если бы судьба распорядилась так, что, кроме этой хрупкой девочки с задатками стойкого оловянного солдатика, Славина ничего больше не сыграла, одной только брехтовской героини было бы достаточно, чтобы обеспечить ей место на скрижалях отечественного театра.

По счастью, эта роль не осталась единственной. К сожалению, сыграно Славиной много меньше, чем позволял тот запас энергии, какой был ей отпущен. Кто-то из киномэтров определил подлинность славы артиста тем, что обычный зритель с первого взгляда вспомнит не его фамилию, а имя персонажа и фильм, в котором он был сыгран. С Зинаидой Славиной этот «трюк» работает. Проверено. Хотя в ее творческой биографии всего три десятка картин. Однако голос Варвары из фильма Сергея Соловьева «Егор Булычов и другие», вибрирующий от отчаянной невозможности обрести счастье, как и пронзительный, буквально прожигающий насквозь взгляд комиссара Листопад из картины Владимира Назарова «О друзьях-товарищах», забыть действительно невозможно. А какой ироничной, удивительной, сказочно-реальной Бабой-Ягой предстала актриса в сказке «Иван да Марья». В героинь, которым она дала частицу собственного сердца, хочется всматриваться, как в игру света на гранях драгоценного камня.

Славина, наверное, могла бы стать ученым-экспериментатором — ​ей все надо было опробовать на практике, а не на уровне умозаключений. Знаменитую «подсказку» Юрия Любимова про петельку и крючочек, которая помогла им с Владимиром Высоцким в конце концов услышать друг друга в спектакле «Укрощение строптивой», юная Зина на слух как-то не восприняла и решила научиться вязать. И когда в кончиках пальцев возникло вот это ощущение гибкой сцепленности множества маленьких петелек в цельное полотно, тогда между Катариной-Славиной и Петруччо-Высоцким все встало на свои места. Удивительно, но после освоенного эксперимента любовь к рукоделию у актрисы осталась. Она даже в театре вязала какие-то шапочки в неимоверных количествах. Может быть, это был отзвук холодного послевоенного детства, когда маленькая Зина, смастерив шапку для любимого медвежонка из разрезанных маминых чулок, никак не могла понять, за что ее ругают — ​мишка мерзнет. А «шапочки для зим», как и их создательница, были «увековечены» Высоцким в знаменитом «Диалоге у телевизора».

Двадцать пять триумфальных таганковских лет. Сегодня они воспринимаются как целая эпоха. А для не склонной к излишнему пафосу Зинаиды Анатольевны это было просто время, заполненное до краев любимой работой, вне которой она себя не мыслила. Она отдавалась ей не на сто — ​на тысячу процентов. Иначе — ​не могла, не умела, и не хотела. Не зря же Вениамин Смехов, ее многолетний соратник по Театру на Таганке, написал о Славиной: «играет так, как летят в пропасть».

В одном из последних своих интервью — ​нашей газете посчастливилось его опубликовать — ​Зинаида Анатольевна призналась, что до сих пор помнит каждую реплику в каждом из сыгранных ею спектаклей: то, что ты ушел из театра, не означает, что театр ушел из тебя. Даже покинув сцену, которую она так горячо, так самоотверженно любила, актриса продолжала жить светло и созидательно, умея каждую мелочь снабдить изрядной дозой неубиваемой витальности. Уныния, если оно и было ей знакомо, никто из окружающих не замечал.

Как и обещала, мемуаров актриса не оставила. Легенды, к сотворению которых Зинаида Славина была причастна, так легендами и останутся. И это, наверное, правильно…


Фото на анонсе: Александра Мудрац/ТАСС



Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть