Усы, лапы, хвост — вот его рисунки

15.08.2018

Николай ИРИН

На 85-м году жизни скончался художник Аркадий Шер.

Именно он придумал героев и среду для незаурядных мультфильмов режиссера Владимира Попова «Приключения Васи Куролесова», «От двух до пяти», «Мы с Шерлоком Холмсом», «Академик Иванов». По приглашению того же Попова Шер подключился к созданию трилогии о дяде Федоре и его друзьях, став необходимым человеком в уникальной команде, подарившей стране одну из самых заветных отечественных сказок. Мы не были знакомы с ним лично, однако хорошо знали его по делам. Персонажи, которым Аркадий Соломонович дал визуальное воплощение, стали значимой частью нашего национального ландшафта. Принято на автомате ругать пресловутую «массовую культуру», однако же для того, чтобы огромное количество людей, социально и ментально отличных друг от друга, а все-таки равных в плане гражданских прав, продуктивно сосуществовали, массовая культура жизненно необходима. Она как хлеб, она, может, важнее хлеба. Ею с разной степенью успеха занимаются невидимые миру, до поры невостребованные средствами массовой информации ремесленники и мастера. Благодаря таким людям, как Аркадий Шер, мы глубоко знакомимся друг с другом и даже с самими собой. В режиме веселого праздника, бессознательно усваивая важную идею: жизнь гротескна, люди комичны, отношения типичны, а глубокий смысл неотчуждаем от гротеска, комизма и стандартизированной повседневности. На самом деле, рисовать современников, будь то персонажи «Васи Куролесова» или герои «Простоквашино», непросто. Требуется корректно заземлить исходный гротеск, дать поведенческий автоматизм, присущий всем без исключения, так, чтобы никого не унизить. «Меня в свое время обвиняли в диснеевщине, — усмехался художник, — но это моя школа, а по-другому я не умею». Когда Шер тщательно, но и броско прорисовывает, он идет навстречу массовому зрителю, осуществляет поиск выразительных деталей, нетипичного и «интересного». Того же «Васю Куролесова» рисовали бесчисленное количество раз — и какие люди, включая классиков книжной иллюстрации Геннадия Калиновского и Виктора Чижикова! Но совместная работа художников Аркадия Шера, Александра Винокурова и Левона Хачатряна в мультпроекте режиссера Попова и сегодня удивляет точным соответствием нашей зрительской потребности погружаться в увлекательный сюжет, не слишком отвлекаясь на формалистические выходки, самодостаточные трюки, к которым есть склонность у всякого талантливого и амбициозного художника.

Отечественная школа мультипликации всегда умела обеспечить повествовательную внятность, не чураясь, впрочем, умеренного технологического щегольства, и в этом смысле Шер — один из достойных ее представителей. Первая подсказка судьбы: детские годы прошли неподалеку от «Союзмультфильма», на Каляевской, а ныне Долгоруковской улице. Мальчик увлеченно рисовал, однако семейное предание не предписывало ему участь живописца или графика. Впоследствии иронизировал: «Я рисовал лучше всех в родне. Если учесть, что в нашей родне вообще никто не рисовал». Неудивительно поэтому, что поначалу выбран был технический профиль: сразу после седьмого класса Аркадий поступает в железнодорожный техникум на отделение паровозного хозяйства. Доучиться не пришлось: четыре года службы на флоте, закономерная ликвидация «паровозного отделения» в техникуме, куда он попытался вернуться, потом строительный техникум, внезапная болезнь и  инвалидность. И вот вторая подсказка судьбы: старший брат, лучше других осведомленный об истинных склонностях младшего, потащил его на «Союзмультфильм» для участия в конкурсе на замещение вакантной должности мультипликатора. Требования тогда были высокие — талантливого Аркадия взяли всего лишь прорисовщиком. Впрочем, и это предложение было равновеликим счастью: на студии царила поразительно творческая атмосфера, классики отечественной мультипликации выдавали один непререкаемый шедевр за другим. Было у кого поучиться, материал Шеру доставался первоклассный. Он участвовал в работе над легендарными картинами: «В стране невыученных уроков», «Мы ищем кляксу» и «Кот в сапогах», сотрудничал с Андреем Хржановским, когда тот делал свой шедевр «Я к вам лечу воспоминаньем» на основе рисунков и черновиков Александра Пушкина. Хржановскому, кстати, принадлежит высказывание: «Мультипликация в силу свойственной ей емкости и лаконичности языка — это кратчайший путь не только к эмоциям, но и к сознанию зрителя». Это в полной мере определяет место будто бы «детского» искусства в социально-психологическом пространстве.

В 1979-м, на «Переменке № 2», Шер стал художником-постановщиком студии «Союзмультфильм». Началась плодотворная работа: по фильму в год, вплоть до 90-х, когда отечественная мультипликация, казалось, впала в кому. Однако Шер нашел себя в книжной иллюстрации: детское издательство «Самовар» заказало уже не только «картинки», но и сюжетно насыщенные истории. «Тридесятые сказки», «Попался волчок на крючок», «Пять минут для счастья» обозначили новый этап в судьбе человека, большую часть своей жизни визуализировавшего то «волшебство», что разлито в окружающем мире.

«Я все делал с радостью и удовольствием, — рассказывал Шер на склоне лет. — Садился и рисовал, прилипши к стулу». Был требовательным, но не капризным: «Художники-прорисовщики искажали моих персонажей. Они должны были «вести» героев через весь фильм в одном и том же рисунке, но у них не всегда получалось, а некоторые даже халтурили. Глядя на экран, мне было ужасно обидно. Но режиссер Володя Попов говорил: «Нет, это не выпадает из моей концепции». Сколько крупных планов мне пришлось переделывать! Я же сам вышел из прорисовщиков и знал эту работу, как никто, поэтому рассматривал каждую жилочку, каждую полосочку. В других фильмах огрехи не так заметны, но в своих — бросается в глаза. Это ж твоя «кровиночка»!» Сегодня, когда компьютер и конвейер вторглись на территорию творческого поиска, подобное отношение, видимо, редкость, о чем свидетельствует конечный малохудожественный продукт.

Поражает еще и такое его высказывание: «У меня ведь нет никакого образования, я нигде не учился, хотя с детства обожал мультипликацию. Волею случая оказавшись в стенах «Союзмультфильма», я решил проситься на любую работу, даже электриком. «Пусть убьет током, но это будет в стенах студии!» Когда почувствовал, что научился рисовать, взялся за карикатуры. Потом появилась возможность делать карманные календарики. Но, несмотря ни на что, всю жизнь я был счастлив. Не мог дождаться понедельника, чтобы вновь прийти на студию». В сущности, Шер был подвижником. На его первоначальной должности прорисовщика требовались нечеловеческая усидчивость и строгая линия, а слава и карьерный рост не предусматривались. Солдат невидимого фронта, на таких, как он, держится и национальная культура, и — шире — социальный порядок.

 Будучи человеком творческим, он потихоньку модернизировал визуальный ряд эпопеи «Простоквашино». «В третьей серии я совсем «обнаглел», — рассказывал художник Сергею Капкову, — кота сделал еще толще, надел на него шапку с помпоном». «Прорисовщик» Шер лучше других знал, что повторить один в один прежние счастливые находки — ничего не стоит. Его смерть имеет неожиданное, воистину светлое измерение: мы, оставшиеся, имеем возможность удивиться, оценить стиль жизни, который пока что не престижен, но который обязательно возобладает, если страна захочет и сохранить себя, и приумножить.


Прямая речь


Юрий НОРШТЕЙН, художник-мультипликатор:

— Боюсь, что я повторюсь. Да, я повторюсь, говоря о неповторимости Аркаши Шера. Он для меня, конечно же, Аркаша. На студии не всегда знали отчества — все обращались друг к другу по имени и в основном на «ты», невзирая на возраст. Это было одно сообщество, где люди делились не по уровню таланта, а по его индивидуальности. Потому что талантливы были все, но отдельные художники были чрезвычайно одаренные, и Аркаша — среди них. Достаточно вспомнить его «Каникулы в Простоквашино». Этот фильм знает, по-моему, вся страна. Шер был действительно счастливый человек, и это счастье целиком погружал и растворял в своих персонажах. Кино — и мультипликация в частности — искусство, в котором в создании образов участвует много талантливых людей. Но изобразительно — это индивидуальная история. И что бы ни говорил режиссер о том, какие должны быть персонажи, все равно последнее слово за художником-постановщиком, потому что его роль в мультипликации гораздо больше, чем, допустим, в игровом кино.

Аркаша сопровождал свою жизнь улыбкой. У каждого из нас случаются неприятности, несчастья, но Шер выделялся своим счастьем и награждал им окружающих. Поэтому он всегда для всех был Аркашей (я только сегодня от вас узнал его отчество). Когда мне о его смерти сообщила коллега, редактор нашей студии Наталья Абрамова, это не было неожиданностью. Я знал, что он тяжело болен. Это, конечно, печальная история, но она неизбежна и к этому нужно быть готовым. В такие моменты каждый вспоминает встречи, разговоры, улыбки, застолья — все это вместе... то прекрасное, что было, это в какой-то мере примиряет тебя с уходом твоего товарища, друга и близкого человека. У меня есть книга, которую Аркаша мне подарил на свое 75-летие. Называется «Взгляд из окна». Это небольшая книжица, издана исключительно для подарков друзьям. Я пересматриваю ее и вижу постоянно улыбающееся лицо Аркаши. Я листаю эту книжку, и вот его композиция, посвященная Эдуарду Назарову. И записка самого Эдика: «Дорогой Аркаша, я тебя очень поздравляю. Ура». Это было в 2009 году, 9 лет назад.

Что же касается сегодняшнего «Союзмультфильма», они пользуются чужими достижениями. Шер действительно пытался им противостоять, собирался судиться, но пока в это дело не вмешается государство, которое должно обозначить искусство как дело государственной важности, как приоритет, судебных перспектив у художников нет.


Анна АТАМАНОВА, художник студии «Союзмультфильм»:

— Я его знала с 66-го года. Сначала — как хорошего прорисовщика, удивительно обаятельного человека. Он сам любил пошутить и понимал юмор, это очень важно в нашей профессии. И в дальнейшем, когда я сама окончила курсы и уже начала работать в группах, мы встречались на всевозможных картинах. Трудно, тяжело говорить об Аркадии в прошедшем времени. Он был легкий, веселый, очень талантливый художник. Надо прочесть только его книгу — воспоминания о себе, о семье, о приходе на студию — и вы поймете. Нет никого, кто скажет о нем плохо. Люди любили с ним работать.

Валерий БАЗИКОВ, генеральный директор издательства «Самовар»:

 — Аркадий Соломонович Шер — бриллиант в обойме советских мультипликаторов, той школы, которой гордится Россия. О его заслугах в мультипликации все знают. Много картин — и это не только «Простоквашино», но и те, что не стали настолько популярными, — интересно и талантливо сделаны. Хочется сказать о человеке. У нас в издательстве он работал приблизительно с 1995 года. Это был очень… Непривычно говорить про Аркашу «был». Но это был удивительный человек по своей скромности. Он был и писателем. У нас вышли три его книги — детские сказки, которые он написал и сам проиллюстрировал. Аркадий Шер писал песни, озвучивал, пел, устраивал караоке. Он говорил «рисовать я не умею» и «песни мои так себе». Очень ироничный, самокритичный и, как большинство художников, был самоедом. И нам сильно будет его не хватать, даже не как иллюстратора, потому что последние несколько лет он не рисовал. К нему хотелось приехать в гости, хотелось пригласить к себе. Аркадий много импровизировал, у него был талант «словосложения», образования всевозможных новых слов и выражений, вербальных карикатур на известные фразы.

Мы постараемся сохранить ту гордость, которая нас охватывает от мысли, что мы были причастны к жизни и творчеству этого талантливейшего человека и удивительного друга.


Татьяна ИЛЬИНА, режиссер-мультипликатор, лауреат государственной премии РФ в области культуры:

— Аркадий Шер — ​один из самых ярких, мощных художников, которые у нас оставались. Его и при жизни любили, и сейчас будут вспоминать с огромным светлым чувством и благодарностью. Он был большим моим другом, мы вместе работали на «Союзмультфильме», в соседних комнатах. Он в последние годы, несмотря на тяжелую болезнь, освоил интернет, рисовал в фотошопе замечательные вещи. Он был человеком удивительной чистоты, доброты, открытости.

Что касается конфликта с «Союзмультфильмом», то я с самого начала говорила, что нужно приглашать его консультантом для новых серий «Простоквашино», потому что он является автором образов. Но его не позвали. Я юридических тонкостей, конечно, не знаю. Но какие там «разборки», никогда ни с кем не цапался, не ссорился, не выходил на прямые конфликты. Всегда был готов к разговору, помощи, участию.

Сейчас у «Союзмультфильма» другая концепция, нацеленная на сериальность продукции. То, что было продуманным, выношенным, глубоким высказыванием, становится длинной речью из многих слов и предложений, растянутой во времени. И мне кажется, что даже если мы работаем над сериалами, если мы вступаем в эту реку, то нужно искать компромисс. Трудимся мы в первую очередь не ради денег, а ради детей.

Андрей ХРЖАНОВСКИЙ, художник-мультипликатор, сценарист, преподаватель, народный артист РФ:

— Шер был замечательным художником, а главное — частью той исключительной атмосферы прежнего «Союзмультфильма», которая включала в себя талант, человеческую порядочность, нравственность, обаяние, интерес друг к другу и уважение к творчеству как таковому, а не только к его производственным показателям. Так что его уход — это утрата драгоценной частицы той самой атмосферы.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть