Книги и другие полезные ископаемые

25.11.2012

26 ноября в Екатеринбурге пройдет вручение ежегодной Международной детской литературной премии Владислава Крапивина. И это победа организаторов: до последнего момента вручение было под большим вопросом. Причина — прозаичнее некуда: финансы. Денег на призовой фонд для отечественных детских писателей в стране не нашлось — в том числе в областном Минкульте. В итоге средства собирали всем миром. А в последний момент, благодаря вмешательству местной прессы, премию поддержали и губернатор Свердловской области Евгений Куйвашев, и Минкульт. Финалистами в этом году стали десять писателей, из которых выберут четырех лауреатов. В преддверии вручения премии «Культура» публикует отрывок из повести Павла Калмыкова «Клад и другие полезные ископаемые». Калмыков — из Петропавловска-Камчатского. По профессии — врач, и говорят, очень хороший. Более 20 лет назад он прославился дебютной книгой «Школа мудрых правителей», которую до сих пор считают одной из вершин постсоветской детской литературы.

Павел Калмыков «Клад и другие полезные ископаемые»

Ну, кажется, небеса смилостивились, снег валил, как из... — из чего там? — как из пушки. Не крупинками, не пушинками, а тяжелыми лопушьями. <...> В общем, погода была многообещающей, но пока не прогулочной. Зато дома было хорошо, потому что свет дали не на время, а это героические энергетики починили свою погорелую подстанцию. Сам президент торопил энергетиков с починкой, а то ведь скоро очередные выборы в политику.

Благодаря электричеству, в комнате братьев Ежаковых сияла гирляндой елка, а по телевизору то ли политик, то ли сатирик призывал: «Хватит прозябать, как собака на сене! Отдадим Курилы японцам, а Командоры алеутам — за это по Камчатке проложат шоссе от Токио до Сиэтла, через Берингов пролив. А мы, камчадалы, на этом шоссе будем служить дорожной полицией и жить, как сыр в шоколаде…» На политика скалилась со стены Зена — «королева воинов» из телесериала, загорелая девица с мечом в руках, по-субтропически легко одетая.

Телевизор Костик выключил: в комнате вершилась своя серьезная политика. Заседание правительства РПЭ. Младший брат Колька был по такому случаю услан в гости к соседу Юрке.

Не надо понимать слово «заседание» буквально. Ладно, Антон Долгов, силовой министр, действительно восседал на табурете, сложив могучие руки на груди. В то же время Костик Ежаков (мин-соц-раз-два-культ-мульт-и-пр-хр.) возлежал на диване, почесывая близлежащего кота. А беспортфельный соотечественничек Сергей Сабуров скандальной походочкой расхаживал по комнате и риторически вопрошал:

— А что я мог сделать? Геройски погибнуть в неравном бою за вашу жеваную бумажку? Вам что дорого — бумажка или здоровье человека?

— Не бумажка, а государственные секреты, — уточнил Антон. — Не человека, а твое. А ты у нас Больной, здоровья нет и терять нечего. Судить тебя и карать. Буду я.

— Ну и хранили бы сами свои секреты, — с фальшивой слезой воскликнул Больной и привычно шмыгнул зубами: «Ф-ф-ф!» — отчего кот Прохор поднял ото сна голову и вытаращился.

— А тебе и не навязывали, — напомнил Костик. — Ты сам выпросил, втирал нам про какой-то «крюкотяп».

— «Криптокряк»!

— Един пень, хриплокряк. Расшифровал?

— Особо нет. Мало данных.

— А не особо?

— Не особо — там про какой-то клад.

— Клад?! И ты отдал врагам наш клад?! — Антон угрожающе вынул из-под себя табуретку. — Тебе смерть, Больнущий.

— Беспредел! — заорал Больной, хватая вторую табуретку и пятясь. — Не подходи. Долгов, я за себя не отвечаю!

— Сейчас ответишь, — прошипел министр сил, вооруженных табуретками, продолжая наступление. — Ежак, держи его!

Новогодняя елка за больновской спиной испуганно замахала лапами, зазвенела шарами, задрожала блестящим дождем.

— Э, э, э! – крикнул Костик. — Стоп! Не здесь!

Комната-то была его, Костикова (ну и брата Кольки еще), и табуретки тоже не казенные. Люстру недавно уже обрывали и окно клюшкой высаживали. Осталось елку уронить и телевизор раскокать.

За стеной раздался грохот, – шкаф, что ли, упал, – это в соседской квартире мирно играли дети. Кот Прохор бросил спать и убежал от греха подальше на кухню.

— Пусть сначала скажет, каких там ему данных не хватает.

— Каких ему данных, шифровки-то нет!

Больной скривил снисходительную улыбку:

— Шифровка есть. — И показал пальцем на свой лоб. — Фотографическая память.

(Тоже мне, фотографическая — полночи таращился в записку. Можно было гаитянский словарь выучить.)

— Ну, пиши, проверим.

— Мебель поставь на место..

Сабуров подсел к столу, придвинул попавшуюся тетрадку, нарисовал сеточку 10x10 и стал вписывать буквы: «РВЫЛАВОГОУ, ОЯСНЕТУМШО...» К середине таблицы фотографическая память стала давать сбои, все чаще Больной зажмуривался, закатывал глаза и шмыгал зубами. Пропустил восьмую строку и написал девятую, где притаилось слово «КЛАД». А восьмую строчку подсказал Костик:

— «Гвард к Тане»!

И только нижняя строчка, убей, не вспоминалась.

Антон Долгов многозначительно вздохнул:

— Что бы вы делали без Антона Андреича? — и достал из кармана клочок кальки, на который хотел вчера скопировать шифровку. На кальке была только одна строка. Зато — как раз последняя! «ИЗТОАКБЫРП». Что плохо для веселопеда, то в другой раз и выручает. В смысле, делать навыворот.

— Ладно, допустим, текст мы имеем. Чего не имеем?

— Ключа, — ответил Сабуров. — Нужен порядок чтения букв.

— И на что он похож, этот ключ?

— На какую-нибудь таблицу — цифры, координаты клеток.

Больной пронумеровал столбцы и строки шифровки от 0 до 9.

— Типа как «морской бой». Первая цифра горизонталь, вторая цифра вертикаль. Первая клетка имеет координаты 00 — буква «Р», координата 85 — восьмая строка, третий столбик — буква «Д». И допустим, цифры в ключевой таблице расположены так... — Сережа задумался и накорябал: «85, 93, 06, 07, 60, 87, 75, 55...» — значит, шифровка означает ЧТО?

— Что? — спросил Долгов и принялся водить по строчкам пальцами и шевелить губами.

Костик заглянул ему через плечо, сообразил быстрее и озвучил:

— «Долгов ко...»

— КТО?!

— А че драться! — завопил Больной, отскакивая. — Никто, космонавт в пальто! Что, хороших слов нету на «ко»?

Хорошие слова на «ко» в голову Антону не шли.

— Ковбой, — примиряюще сказал Костик. — Командующий! Ко мне в гости пришел.

Антон и на этот раз сумел взять себя в руки, но пригрозил:

— В следующий раз убью, потом не обижайся...

Костик вернул разговор к делу:

— А я думаю, ключ — не таблица. А картинка.

— Это как? — ревниво спросил Сабуров.

— Ну что-то типа вот так...

Костик вытащил из братовой тумбочки детский журнал «Чембурзилка». На задней обложке был нарисован хитропутаный план подземелья, в тупике грустил человечек с телячьей головой. И подписано: «Помоги Минотаврику выбраться из Лабиринта».

— Накладываешь рисунок на шифровку, выводишь Минотаврика и по ходу лабиринта читаешь букву за буквой, получаешь текст.

— Правильно, рисунок, — сказал Долгов. — На той бумажке, которую этот лошара сдал, на ней был рисунок. План наших домов. Его и надо было приложить.

— Не, вряд ли, — поморщился Больной.

— А ты прикладывал?

— Я не прикладывал.

— Ну и все.

Вэто время позвонили в дверь. Костик открыл — это вернулся из гостей младший брат Николай — встрепанный, с оборванными пуговицами, царапиной на щеке, румяный и довольный. Принес с собой желтый пакет с логотипом супермаркета «Свой».

— А Больной у нас? — спросил Колька от порога.

— Для тебя Сергей Викторович! — сердито откликнулся Больной.

— А, у нас. Вот, тебе просил передать дядя Семен. — И Колька вручил Сабурову пакет, с которого стекали тающие снежные лопушья. <...>

В пакете лежали Сабуровские компьютерные диски, хлупики, флэхи — все награбленное накануне. Кроме только бумажного листика в клетку.

— Э, а чего вы у меня шаритесь! — возмутился Колька, подойдя к столу. — Журнал мой! Карандаш мой! И тетрадь моя по матишу — чего вы на ней рисуете? И кто в мою Зину дартсом кинул? Вон, в щит свой кидайся.

— Тетрадь старая. Иди умывайся.

— Фига им, а не флэху, — пробормотал Сергей, перебирая возвращенное. — Бармоля у меня под колпаком.

— Ну-ка, рассказывай, что там за флэха? А то «на крючке», «под колпаком», а потом тебя за углом пристукнут, а мы и не знаем за что.

— А я что, не рассказывал? Ну это в лагере, летом, в «Металлисте». Я в стенгазете был фотографом. Все подряд снимал, а потом прикольные кадры вывешивали с подписями. И раз после отбоя слышу — за территорией голоса, хиханьки. Я, по-тихой, туда. А там шобла не наши, из «Алых парусов». Играют в «бутылочку». И с ними наша Ира. Что-то ржут, она им про Таити и Гаити вчесывает. Ага. Включаю режим «ночное видео» — получаю сюжетик на полминуты, как Бармоля целуется с Чичей из 34-й школы. Маленькая такая флэха, «пробник».

— Ну и? Мало ли кто с кем целуется?

— И то. Ты, во-первых, не видел КАК целуется, а во-вторых, Иркину мамзель не знаешь, она ей с мальчиками дружить запрещает, а за губы в губы вообще забить тапочкой может.

— Э, мелкий, чего встал, уши развесил? — набросился Костик на младшего братца. — Умылся? Иди суп грей, ужинать будем.

— А ты прямо крупный! — с достоинством ответил братец. — Мне телевизор нужен, там сейчас «Зина — принцесса воинов» начнется. — Колька смотрел сериал по австралийскому телеканалу, без перевода, и называл воительницу «Зиной».

— Сначала ужин, потом Зины, корзины, — твердо сказал «крупный» Костик, и Колька отправился на кухню.

— Пусть живет пока, — мечтательно погрозился Сабуров. — А придет час, я этой флэхой разом за всех отомщу. Ф-ф-ф!!

— А я думаю, час пришел, — произнес Антон. — Надо ей отдать флэху. По-честному, не копию.

— Это с какого перепуга? — опешил Больной.

— А ни с какого. У нас благородное государство, а шантажировать — подло. Мы ей компромат, а она нам план. Заодно и тебя Семен с Белугой в покое оставят.

Звякнул сигнал домофона — это означало, что Костиковы родители поднимаются по лестнице и через полминуты будут здесь.

— Мелкий, грей весь суп! — гаркнул Костик на кухню.

— Давай, звони Бармолиной, договаривайся на обмен! — Долгов подтолкнул Сабурова к телефону.

Тот нехотя набрал номер. Гудки.

— Але, здрасьте, а Иру можно?

Костик нажал на телефоне кнопку, чтобы разговор был слышен всем.

— Ира на репетиции, — ответила Бармолина мамзель.

И по ее голосу было ясно, что она о-очень не одобряет телефонные звонки от мальчиков.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть