Веков связующая нить

08.03.2017

Нильс ИОГАНСЕН

Профессиональные портные, любители кройки-шитья и коллекционеры антиквариата в прошлом году отметили 205-летие со дня рождения Айзека Зингера. А ровно 115 лет назад, в начале 1902-го, одноименное акционерное общество запустило первое производство легендарных изделий на территории нашей страны — в Подольске. По сему поводу «Культура» попыталась проанализировать и современный рынок швейных машинок.

Необходимость устройства, способного заменить гигантские армии белошвеек, осознавалась человечеством давно. Прежде всего военными, которым требовалось поточное производство огромных партий обмундирования с низкой себестоимостью. Наконец, изобретатели поняли, что шить машинка должна двумя нитками, были разработаны ключевые решения. Дело оставалось за внедрением: его и обеспечил Айзек Зингер. На своей фирме в США бизнесмен собрал инженеров из передовых стран. Интернациональное КБ довело конструкцию до совершенства: созданный в середине XIX века механизм в слегка измененном виде выпускается и поныне.

— У первого «Зингера» был челнок в форме пули. Впоследствии машинку модифицировали, поставили вращающийся челнок, его изобрели в компании Георгия Пфаффа — основателя знаменитой Pfaff. Так вот, отдельные современные прямострочные ШМ, по сути, клоны первых «зингеров», — объясняет историк Александр Баринов.

Айзек Зингер не ограничился производством машинок — лицензии на выпуск продавались направо и налево, расходясь словно горячие пирожки. В России американцы поставили собственный завод с полным циклом. До революции производилось всего две модели — бытовая и промышленная, которые отличались лишь размерами.

...Я иду по ангару, вокруг в несколько ярусов стоят самые разные ШМ. Мой гид-экскурсовод, он же обладатель данной коллекции, — мастер по настройке швейных машин Георгий Иванов, спасший от уничтожения львиную долю экспонатов (все в рабочем состоянии).

— Мы обслуживали ателье, школы и заводы-фабрики, работали по заказам населения. Вот коллекция и образовалась. Часто человеку просто не хотелось платить за ремонт старой машинки, особенно если она ему досталась от предков. Встречаются и раритеты... Вот, смотрите — это Tikka, финский лицензионный «зингер». Фетиш, но исключительно для коллекционера, — показывает Георгий Иванов.

Объявления о продаже «зингеров» различных эпох — одни из самых распространенных на «Авито» и «Из рук в руки». Но цены... За кусок чугунины порой просят десятки тысяч рублей. Брать?

— «Зингеры» выпускались миллионными тиражами, антикварной ценности за редким исключением они не представляют. А определить уникальный экземпляр способен только специалист. Да и уникальность эта — для избранных фанатов. Даже если вам каким-то чудом досталась редкая модификация некой ШМ, дорого ее не продать. Узок круг ценителей, но и они не покупают экспонаты за серьезные деньги, — отвечает коллекционер Алексей Бернин.

Самое лучшее приданое — так до революции и после нее расценивали «зингер» небогатые слои населения. Невесты, умеющие шить и обладающие средством производства, очень ценились. Поэтому обзавестись изделием родом из Подольска старались все. А завод постоянно наращивал мощности, штамповали в три смены.

Стоимость советских ШМ вообще нынче копеечная. Продукция под маркой «Госшвеймашина» — ее делали на национализированном подольском заводе компании Singer — от тысячи рублей. ГШМ 1938 года в рабочем состоянии была куплена мной именно за эту сумму, и лишь недавно продана за ненадобностью по причине приобретения более мощного агрегата.

Станины, коих по городам и весям валяется предостаточно, тоже практически «бесценны». Их превращают в столики, приспосабливают в качестве подпорок для телевизоров, да и у рукодельщиков они имеют спрос. В гаражах на них ставят станки, точила или используют в качестве рам для верстаков.

— Литые столики от бытовых ШМ — «баянный» товар, с доверчивых туристов, падких на антиквариат, за них просят чудовищные деньги. Люди не подозревают, что на пункте приема металлолома этот самый «раритет» идет по цене чермета. А вот станина от ножной промышленной швейной машины, которая отличается более широкой педалью, — редкость. Они стояли на фабриках, и по большей части их организованно сдали на переплавку в 50-е. Но нужна она лишь тем, кто хочет поставить на нее современную промышленную машинку, размеры как раз позволяют, — советует владелец музея ретротехники «Экипаж» (г. Мышкин) Николай Лушин.

Pfaff-362

Настоящие раритеты в РФ, увы, отыскать трудно. Мне довелось побыть владельцем чудо-ШМ — Pfaff-362. Это устройство 1956 года рождения было куплено в Германии и работало как часы. Особенность машинки в том, что она... программируемая. При помощи механических переключателей можно задавать определенный алгоритм: в комплекте идет диск-программатор с инструкциями. Крепкую, словно танк, и невероятно красивую Pfaff-130 (1950–1951) в России тоже не купить. Здесь ее никто не продаст, даже если владелец не имеет склонности к портняжному делу. Ведь «сто тридцатая» — настоящее произведение искусства, вдобавок она прошьет все, что угодно.

Выдержанные в дизайне дизельпанка, немецкие швейные машины середины ХХ века удивительны. Они украсят интерьер, плюс станут неким вложением капитала. К тому же, в отличие от современных, эти изделия практически вечные.

...Торговый зал магазина бытовой техники, глаза разбегаются от обилия вариантов. Singer, Pfaff и еще десятки брендов. В аннотациях расписано, насколько они современные и «умные», некоторые можно подсоединять к компьютеру — будут вышивать по программе. Вот только уверенности не внушают: пластик не самого высокого качества, металла внутри практически нет.

Достаточно зайти на любой женский форум, чтобы убедиться в том, что продукция эпохи глобального потребления малонадежна. Потратив большие деньги на ремонт и отчаявшись, домохозяйки бегут за новой машинкой. А через год и та отправляется на помойку. Именно поэтому спрос на произведенные 40–60 лет назад ШМ стабильно растет. Однако покупать их нужно уметь.

— Не стоит ориентироваться на импортные экземпляры, они отличные, но все-таки в российских реалиях не очень доступные. По большому счету наши, советские, ничем не хуже. Не гонитесь за красотой, дизайном. Зачастую начинка там оказывается не самой достойной, — предостерегает Александр Баринов.

Например, стильные марки «Тула», «Ржев» или «Волга» — обычные прямострочные Singer-ГШМ, только перелицованные. Да, красивы, но не более. — В СССР швейные машинки выпускало несколько заводов, выбирать лучше изделия главного — Подольского (ПМЗ). И с запчастями проще, да и надежнее они делали, качественнее. Все-таки ведущее предприятие отрасли, некогда одно из крупнейших в мире, — делится Георгий Иванов.

Заводское КБ имело огромный авторитет, постоянно разрабатывались новые модели, которые в том числе шли на экспорт. Даже в Европе продукция ПМЗ билась наравне с Singer и Pfaff , иностранцам это не нравилось. «В Подольске всегда было отлично и с качеством, и с ассортиментом, и с инновациями, изделия считались конкурентоспособными на мировом рынке. Именно потому завод и уничтожили в 90-х, совершенно очевидно, что сделали это намеренно», — считает депутат Госдумы Иван Фирюлин.

Бытовые ШМ — это в любом случае паллиатив, продвинутые пользователи переходят на промышленные образцы. Тоже советские, значит, отличные. Кстати, как вариант инвестиций — самый оптимум. Со временем они дорожают, ведь больше их не становится, а качество бытовых машинок, как отмечалось выше, стремительно падает.

Швейная машинка 26А ПМЗ

В принципе, стоит иметь два агрегата — прямострочку и зигзаг. Скажем, ПМЗ-23АМ и ПМЗ-26 — наилучший вариант. Обе — крепкие, простые и неприхотливые. С запчастями и расходниками проблем нет, их на складах пока хватает, да и сами машинки еще довольно доступны. Хотя цены растут... Если лет пять назад 23-ю удавалось взять за 3–4 тысячи рублей, то сегодня найти за десятку — большая удача, в основном продают по 15–30 тысяч. Все, что дешевле, — хлам. За 26-е придется отдать 5–7 тысяч, они тоже подорожали в два-три раза.

И все равно оно того стоит. Путем нехитрого усовершенствования советское оборудование превращается в устройство, которое оставит далеко позади нынешние ШМ. Вместо штатного электромотора с фрикционной муфтой (сцеплением по типу автомобильного) устанавливается экономичный сервопривод, регулируемый электроникой, допустим, Aurora YJW-75. Мощный и тяговитый двигатель можно настроить на любые обороты, и тогда вам сам черт не брат. ПМЗ-23АМ способна прошить десяток слоев толстой кожи, ПМЗ-26 также горазда на подобные подвиги. Производить аналогичные эксперименты с современными машинками не советую — моментально сломаются, и по гарантии их вам чинить не станут.

Есть и более совершенные агрегаты «made in USSR». К примеру, ПМЗ-3823, именуемая в народе «трактор». Машинка беспосадочного типа имеет так называемую «шагающую лапку» — ткань никогда не пойдет сборками. Более того, у аппарата есть система принудительной смазки с насосом и картером, совсем как на автомобиле. Механический хай-тек, не иначе.

— 3823-я — дорогая, в хорошем состоянии меньше чем за 30 тысяч рублей не отдадут. А в плохом ее не имеет смысла брать, очень уж непростая техника. Это вам не 23-я, где ломаться нечему. Да и настройки она требует, причем придется вызывать специалиста. Впрочем, все ШМ с «шагающей лапкой» — очень тонкая механика. Но, если купили такую, никогда не пожалеете, — замечает Алексей Бернин.

Грамотного специалиста можно найти, а вложенные средства быстро окупятся. Вы забудете про криворуких мастеров из ателье — проблемы с ремонтом и пошивом одежды останутся в прошлом. Что же касается места — промышленные ШМ требуют отдельного стола, — то «парта» размером 80х100 см квартиру не загромоздит. И для 90–95 процентов операций вполне хватит прямострочки, той же 23-й. Они попадаются даже новые, в заводской упаковке. На вторичном рынке, естественно, не в торговле.

Да, в салонах ШМ стоит только импортная продукция. В том числе иностранные копии советских изделий. Скажем, китайцы наладили производство оверлоков 51-го класса, которые ранее делались в Подмосковье. Та же самая история с 3823-й и другими моделями.

Увы, в Подольске, где когда-то выпускали около двух миллионов ШМ в год, нынче тишина. Завод полностью ликвидирован, в цехах, помимо многочисленных арендаторов, расположен некий «торговый дом», продающий китайское швейное оборудование. 

Что особенно печально — из всех стран бывшего соцлагеря лишь в РФ не производят швейных машин. В Чехии, Польше, на территории восточной Германии все предприятия действуют, а любимые многими поколениями бренды вроде Veritas и Minerva в изобилии присутствуют на прилавках российских магазинов.

Проблема, между прочим, государственного масштаба: если вдруг каналы импорта нам перекроют, то изготавливать обмундирование для армии будет банально не на чем. Кстати, в годы Великой Отечественной войны РККА обшивали исключительно на ножных ШМ, электрические появились только в 50-х. Неужели придется вспомнить навыки дедов-прадедов?

— Интересен китайский опыт. Если там начинает наблюдаться недостаток некой своей продукции, правительство тут же выделяет субсидии, кредиты и вскоре вырастает новый завод. В РФ решить проблему способен частный бизнес, если государство ему поможет. Тогда, думаю, лет через десять в нашей стране снова появятся собственные швейные машинки, — резюмирует Иван Фирюлин.

А пока, видимо, стоит поберечь советские «раритеты» и немецкие аппараты — в ближайшие годы они нам пригодятся. Рассчитывать на появление неких новых технологий не приходится, про изготовление «вечной» одежды без швов говорят уже лет сорок, но воз и ныне там.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть