Хроника Отечественной войны 1812 года

18.11.2012

Алексей ЧЕРЕПАНОВ

«О вождь славян, дерзнут ли робки струны

Тебе хвалу в сей славный час бряцать?

Везде гремят отмщения перуны,

И мчится враг, стыдом покрытый, вспять…»

В.А. Жуковский. «Вождю победителей»

(Писано после сражения под Красным)

1 (13) ноября 1812. Французская армия собралась в Смоленске

Василий Васильевич Верещагин

На следующий день после сражения под Вязьмой пошел снег. Это сильно затруднило движение французов к Смоленску — обетованной земле, где солдатам обещали кров и пищу. Дорога стала очень скользкой, а ни одна лошадь Великой армии не была подкована шипами. «Изнуренные и ослабевшие от лишений, лошади падали на каждом шагу, — писал Коленкур.

Некоторые радовались такому падежу скота, ведь через несколько минут упавшая лошадь накормит пару десятков человек. Лейб-медик Наполеона доктор Ларрэй писал жене уже из Смоленска: «Я еще никогда так не страдал. Египетский и испанский походы — ничто сравнительно с этим. Часто мы считали себя счастливыми, когда получали несколько обрывков конской падали, которую находили по дороге».

На Смоленской дороге голод стал настолько силен, что в Великой армии начался каннибализм. 9 ноября Кутузов писал жене: «Это участь моя, чтобы видеть неприятеля без пропитания, питающегося дохлыми лошадьми, без соли и хлеба. Вчерась нашли в лесу двух, которые жарят и едят третьего своего товарища. А что с ими делают мужики!» Генерал Алексей Васильевич Воейков писал поэту Державину 11 ноября: «Голод вынудил их не только есть палых лошадей, но многие видели, как они жарили себе в пищу мертвое человеческое мясо своего одноземца...»

Когда наполеоновские солдаты подошли к Смоленску, только гвардия и французские части напоминали армию, остальные были озверевшей толпой, мечтающей о еде и тепле.

2 (14) ноября 1812. Наполеон уходит из Смоленска

Наполеон с гвардией прибыл в Смоленск 9 ноября, и еще четыре дня подтягивались усталые, замерзшие и голодные части Великой армии. Однако обещанного изобилия в Смоленске они не нашли. Наполеон приказал накормить в первую очередь гвардию, остальных же предоставил воле Божией. Обычные части возмущались таким распределением припасов, простые солдаты говорили, что они постоянно приносят себя в жертву ради спасения гвардии, «этой вынужденной декорации, которая является первой лишь на смотрах, на празднествах и при раздаче наград!» Но и того, что оставалось в магазинах, хватило бы на пару недель. Однако невозможно было организовать правильную раздачу продовольствия, — озверевшие от голода солдаты штурмом брали склады, отнимали друг у друга припасы, резали лошадей фуражиров. Никакие усилия императора не могли повысить дисциплину французских войск, — армия стремительно превращалась в озверевшую толпу.

Курьеры привозили пренеприятные известия: войска Витгенштейна заняли Полоцк и Витебск, казаки Платова разбили корпус Евгения Богарне на реке Вопь, а в Париже случился заговор генерала Мале. Республиканец Франсуа Мале бежал из тюрьмы, объявил одной из парижских воинских частей, что Наполеон убит в России, арестовал министра полиции и ранил военного министра... Через три часа Мале арестовали и казнили.

Последней каплей стало известие о том, что в бою у деревни Ляхово партизаны взяли в плен бригаду генерала Ожеро из корпуса Барагэ д’Илье. Наполеон очень ждал этих свежих войск, и их капитуляция крайне негативно сказалась на боевом духе французской армии. Коленкур полагал, что император «счел это событие удобным предлогом, чтобы продолжать отступление и покинуть Смоленск, после того как всего лишь за несколько дней и, может быть, даже несколько минут до этого он мечтал устроить в Смоленске свой главный авангардный пост на зимнее время». Было множество причин, чтобы покинуть Смоленск, и ни одной, чтобы оставаться в этом «зловещем городе».

3 (15) ноября 1812. 
Сражение под Красным

Наполеон полагал, что русская армия тоже очень сильно ослабла из-за стремительных переходов. Не ожидая нападения, император приказал выступать из Смоленска отдельными корпусами. Впереди шел корпус Понятовского, за ним совершенно расстроенные вестфальцы Жюно, далее — гвардия с Наполеоном, корпуса Евгения Богарне, Даву и Нея.

Русская армия шла южнее, параллельно движению французов. Не приближаясь к Смоленску, войска Кутузова отправились от Ельни прямо к Красному. Утром 15 ноября летучий отряд Адама Ожаровского захватил город, а авангард генерала Милорадовича обнаружил в десяти верстах от Красного, около деревни Ржавки, гвардию Наполеона. Милорадович развернул артиллерию и начал обстрел французских войск. Сегюр писал, что гвардейцы сомкнулись вокруг Наполеона, «как подвижная крепость». Солдаты традиционно запели: «Где лучше, чем в семье родной?» Но император попросил, чтобы пели: «Постоим за спасение императора!» Такие слова лучше выражали его беспокойные думы, а также всеобщее настроение».

16 ноября около 4-х часов дня показался корпус Евгения Богарне. Милорадович, указывая гренадерам Павловского полка на подходивших французов, крикнул: «Дарю вам эти колонны!» Русские войска атаковали французов и нанесли им тяжелые потери, — пасынок Наполеона потерял орудия, багаж и треть своих 6 тысяч солдат.

17 ноября в 3 часа ночи корпус Даву снялся с лагеря около деревни Ржавки. Обескураженный известием о поражении Богарне, «железный маршал» не стал дожидаться арьергарда Нея, отправился по дороге в Красный и попал под огонь батарей Милорадовича. Чтобы облегчить участь Даву, Наполеон решился на атаку: «Довольно быть императором, пора стать генералом!» — сказал он и повел за собой 6 тысяч гвардейцев. Несмотря на значительное превосходство, русские снова заняли оборону, обстреливая врага из пушек.

Не только недруги Кутузова, но и его собственный штаб не понимал подобной тактики фельдмаршала. Денис Давыдов так писал об этих событиях: «Сражение под Красным, носящее у некоторых военных писателей пышное наименование трехдневного боя, может быть по всей справедливости названо лишь трехдневным поиском голодных, полунагих французов; подобными трофеями могли гордиться ничтожные отряды вроде моего, но не главная армия.

Прославленный партизан, конечно, слишком сгущает краски, но план Кутузова сработал. В сражении под Красным французская армия понесла потери большие, чем в битве при Бородино! А русские потеряли всего около двух тысяч человек.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть