Свежий номер

Апрельские ребусы

12.04.2017

Александр АНДРЮХИН, Ульяновск

16 апреля 1917-го в Россию из политэмиграции вернулась группа большевиков во главе с Лениным. На петроградском Финляндском вокзале, едва сойдя с поезда, Ильич залез на специально организованный по случаю броневик и произнес зажигательную речь. «Культура» решила вспомнить обстоятельства тех дней, побеседовав с ульяновским историком и лениноведом Жоресом ТРОФИМОВЫМ.

культура: Как известно, Февральская революция приятно удивила находящегося за рубежом Ленина. Но сразу бросаться в гущу событий он не торопится и приезжает в страну почти через два месяца... 
Трофимов: Это заблуждение. Ленин, пребывавший в Цюрихе, с самого начала волнений рвется на Родину, но попасть туда — задача непростая. На пути Германия, воюющая с Россией. Свободно приехать с немецкой стороны — считалось предательством. Ильич боялся быть скомпрометированным. Он пытается добраться через Великобританию, однако англичане отказываются его пропустить, поскольку знают: он сторонник прекращения войны. Британскую корону это пугало. С Францией — та же картина. Ленин приготовился по подложному шведскому паспорту въехать в Россию через Стокгольм, притворившись глухонемым, поскольку не знал шведского языка. Но потом все-таки решил отправиться через Германию по своим документам.

культура: В пломбированном вагоне. 
Трофимов: Это был единственный способ. Как мы знаем, первое, что сделало Временное правительство, — открыло тюрьмы, амнистировало политзаключенных. Воспользовавшись этим, большевики организовали проезд политэмигрантов из Цюриха через территорию Германии в обмен на немецких военнопленных. По договоренности революционеры должны были передвигаться, будучи строго изолированными. На таких условиях с Лениным согласился вернуться 31 человек. Среди них Надежда Крупская, Инесса Арманд, Григорий Зиновьев. Остальные отнеслись к этому предложению с недоверием, опасались арестов. Из Цюриха доехали до пограничной станции Готтмадинген. Там перешли в пломбированный вагон, который сопровождался офицерами немецкого генштаба. Покинув Германию, пересели на пароход до Швеции. А уже из Стокгольма прибыли в Петроград. 

культуре: Считается, что Ленин, следуя через Германию, мог иметь контакты с кайзеровской разведкой.
Трофимов: Вряд ли. Не скажу, что Ильич был убежденным русским патриотом, но зато он точно плохо относился к сговору с германцами. Недаром без конца в печати обвинял Александра Парвуса в том, что тот служит не делу революции, а немецкой разведке. Последним, кстати, и была придумана эта схема — возвращения революционеров из эмиграции в пломбированном вагоне. 

культура: Но почему Ленина и тогда, и теперь частенько именуют немецким шпионом?
Трофимов: Этот миф запустило Временное правительство после расстрела демонстрации 4 июля в Петрограде. Поводом к волнениям стали неудачи июньского наступления, которое было хорошо подготовлено командованием, но из-за падения дисциплины на фронтах провалилось. Большевики превратили разрозненные стихийные вспышки недовольства в столице в грамотную антиправительственную акцию. Временное правительство подавило демонстрантов и, чтобы оправдать пролитую кровь, запустило фейк, мол, Ленин — германский шпион, именно он виноват в разложении армии. Типичный «вброс», о чем тогда же открыто писали, в том числе и Сталин. Впрочем, это случилось позднее, а в апреле на Финляндском вокзале никому и в голову не приходило, что скандальный эмигрант может вдруг оказаться вражеским агентом. Не было даже намека в газетах.

культура: Народ к нему относился с уважением, если встречал с неподдельным энтузиазмом?
Трофимов: Так произошло благодаря усилиям Сталина и Каменева. Революционеров из Цюриха приветствовал даже председатель Петроградского совета рабочих и солдатских депутатов Николай Чхеидзе. По его распоряжению к Финляндскому вокзалу доставили броневик, с которого Ильич толкнул речь. Разумеется, раздобыть настоящую боевую машину большевики не могли, поэтому Чхеидзе по просьбе Каменева одолжил учебный экземпляр в дивизионе, расквартированном в Михайловском манеже. Броневик требовался, чтобы придать событию вес. Организацию массовки возложили на Сталина. И он блестяще с этим справился, если учесть, что приезд Ленина совпал с празднованием Пасхи. Собрать толпу трезвых пролетариев в ночь после Светлого воскресенья казалась задачей нереальной. Однако практически вся площадь перед вокзалом была запружена людьми, державшими плакаты «Привет Ленину!». Кроме рабочих, на вокзале присутствовали матросы и военный гарнизон, который привели опять-таки стараниями Иосифа Виссарионовича. 

культура: Политические соперники будут позже упрекать Сталина в том, что его не было в ту ночь на Финляндском вокзале...
Трофимов: Коба встретил Ленина еще на Белоострове, и до Петрограда они доехали вместе. Сталин считался фактически главой большевиков в России и должен был официально передать власть Ленину. Что и произошло. Из вагона он вышел вслед за старшим товарищем. Хотя не сразу. Дождался, когда моряки после громкого «ура!» подхватят Ленина и понесут к броневику. 

культура: Что же такого исторического произнес вождь, раз его увековечили в монументе у вокзала?   
Трофимов: Ленин сразу обрушился на Временное правительство, заявив, что если оно говорит сладкие речи и много обещает, то непременно обманывает и себя, и народ. Людям нужен мир, хлеб, земля. А им дают войну, голод, бесхлебье. Также оратор поблагодарил, что народ дал ему возможность вернуться в Россию, и восхитился тем, что сбросили царя. «Но дело не закончено, — рубанул кулаком Ленин. — Нужно ковать железо, пока оно горячо. Да здравствует социалистическая революция!» В целом матросам и рабочим ленинские принципы и экспрессия понравились. Они закричали «ура!». А солдатам гарнизона — не очень. Поднялся ропот: «Вскинуть бы его на штыки». И реакцию их понять можно. Россия жила ожиданием глобального наступления и победы над германцами. А тут какой-то эмигрант призывает к миру, практически к дезертирству. Среди военных в тылу тогда царили патриотические настроения. На фронтах было по-другому.  

культура: Но хотел ли народ пролетарской революции, к которой призывал Ленин? 
Трофимов: В апреле 1917-го? Думаю, нет. После Февраля прошел всего месяц. Массы пребывали в эйфории оттого, что скинули царизм и жизнь круто поменялась. Находились на подъеме, ждали чего-то светлого. И Временное правительство к этому моменту еще ничем себя не скомпрометировало. Оно даже оставило без внимания донесение британской разведки, что возвращающийся Ленин очень опасен. В свою очередь, и большевики симпатизировали новой власти. Похоже, кроме Ленина, никто не видел, что Временное правительство — мыльный пузырь. На следующий день Ильич обрушился на коллег по партии. Разнес за доверчивость к правительству князя Львова. «Понимаю, что это от угара революции, — говорил он. — Но это — гибель социализма. Это измена международному социализму». Соратники лишь снисходительно посмеялись: «Засиделся ты, батенька, в эмиграции. Отстал от событий!» 

Фото: Замир Усманов/ТАСС

культура: Как же тогда петроградские большевики утвердили его «Апрельские тезисы», если считали их оторванными от жизни? 
Трофимов: Ленину понадобилось три недели, чтобы продавить документ на Всероссийской конференции большевиков. Там, напомню, изложен отказ от «революционного оборончества», требование заключить мир, распустить Временное правительство и передать всю полноту власти Советам. И, конечно же, свержение капитала и национализация помещичьих земель. 

культура: Выходит, Ленин первый выдвинул требование отставки в адрес временных?
Трофимов: Совершенно верно. Но тогда партия большевиков не играла ключевой роли. К началу Февральской революции в ней едва насчитывалось 24 тысячи членов. Из них в Петрограде находилось меньше двух тысяч. Но с приездом Ленина авторитет большевиков стал расти. Уже к лету партия увеличилась до 240 тысяч человек, а к октябрю — до 350 тысяч. К этому времени бездарное правление Керенского поставило Россию на грань исчезновения. Все города сидели на карточках, фабрики и заводы стояли, по просторам гуляли миллионы вооруженных бандитов. Сегодня трудно сказать, что было бы с нашей страной, не подбери большевики власть, валявшуюся на улице. После того как Ленин встал во главе государства, он уже не заикался о победе мировой революции, а спасал страну от анархической вакханалии, в которую ее вверг Февраль. Правда, крутыми методами, большевистскими.


Иллюстрация на анонсе: Вера Любимова. «Приезд В. И. Ленина в Петроград 3 апреля 1917 года»

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел