Вадим Репин: «Одним характером в музыке мало чего добьешься, нужно быть поэтом»

01.06.2018

Юрий ТАТАРЕНКО

Завершилась российская часть пятого Транссибирского Арт-Фестиваля. На нем было представлено 19 программ, в том числе — ​пять мировых премьер, созданных по заказу организаторов. Концерты прошли не только в Новосибирске и Красноярске, но также в Самаре, Москве и Санкт-Петербурге. Фестивальная программа теперь продолжится в США и Японии. С художественным руководителем смотра, всемирно известным скрипачом Вадимом Репиным встретился корреспондент «Культуры».

Фото: Антон Новодережкин/ТАСС

культура: Сильно устали?
Репин: Конечно: много перелетов, шквал информации. Нужно проследить, чтобы все артисты были в хорошем настроении и в итоге захотели приехать вновь.

культура: Вас не удивляют полные залы?
Репин: Нисколько. Аншлаги всегда приятны.

культура: Но есть мнение, что народ окончательно подсел на попсу, а классическая музыка — ​для элиты. Вы так не думаете?
Репин: А кого считать элитой? Сложный вопрос. Любителей классики действительно не очень много. Но так всегда было и будет. Потому что она рассчитана, прежде всего, на сопереживание. А популярные мелодии помогают забыться, переключиться, отдохнуть от проблем. Далеко не во всех семьях посещение симфонических концертов — ​неотъемлемая часть самообразования.

культура: Вы солист, а на фестивале работаете в команде. Нет ли здесь противоречий?
Репин: Вообще-то музыка — ​искусство диалога. За исключением, пожалуй, произведений Баха. Еще несколько композиторов создали гениальные сочинения для скрипки solo. Диалог для меня — ​нормальная форма существования, как для артиста, так и для человека.

культура: Не могу не признать: ваш дуэт с пианистом Андреем Коробейниковым — ​прекрасен.
Репин: Мне очень нравится играть с Андреем. Хотя нередко наши взгляды на музыку существенно расходятся. Но в этом есть интрига — ​как с непохожей интерпретацией одного и того же произведения в итоге создать диалог двух разных персонажей.

культура: А вообще, в музыкальном мире больше дружбы или конкуренции?
Репин: (после паузы) Затрудняюсь ответить. Мне кажется, коллегиальности больше. Безусловно, конкуренция тоже присутствует. И это нормально, без нее нет роста. Зависти и ревности среди музыкантов мало — ​в силу того, что мы не так часто видимся. Каждый ведет свой сезон и старается делать это максимально хорошо. Когда ты поглощен работой, нет времени задуматься, у кого дела идут лучше.

культура: Сколько разучиваете мировую премьеру?
Репин: Всегда по-разному. Порой хватает одной ночи, а иногда — ​еле-еле укладываюсь в месяц. К примеру, София Асгатовна Губайдулина прислала ноты произведения «Диалог: Я и Ты» за неделю до начала репетиций с оркестром. Эти дни прошли в плодотворной работе, как мне кажется (улыбается). Композитор, музыканты, публика — ​все остались довольны.

культура: Что самое сложное в организации фестиваля?
Репин: Найти высочайшего класса профессионалов, которые могли бы стать хорошей командой — ​энергичной, креативной, эффективной…

культура: То есть нужны единомышленники?
Репин: Единомышленников вокруг — ​хоть отбавляй. А нам нужны хорошие результаты. У кого-то есть огромное желание работать, но он мало знает и умеет по части менеджмента и администрирования. И такое наблюдается не только в России. Возможно, причина в том, что владельцы авиакомпаний, отелей, ресторанов очень хотят снизить расходы на персонал. Как бы то ни было, приходится констатировать: число настоящих профессионалов уменьшается год от года.

культура: Много ли в России залов с хорошей акустикой?
Репин: К счастью, их становится все больше. Не только в нашей стране, но и в мире. В этом году играл в недавно построенном зале в Гамбурге, до этого — ​в новом здании Парижской филармонии. Потрясающие залы появились в Токио и Петербурге…

Признаться, для меня акустика не стоит на первом месте. Куда важнее музыкальные традиции города, приятные воспоминания от концерта. Для хорошего выступления должны совпасть все звезды. Имеет значение, какая публика пришла, в какой я форме, что за настроение у партнера, какое произведение исполняем…

культура: На гастролях удается посещать музеи?
Репин: Недавно был в Бильбао, сильное впечатление произвел музей Гуггенхайма. Еще раньше вдвоем с супругой летали отдохнуть от работы в Барселону, Флоренцию. Получаем там «смертельную дозу культуры» (смеется).

Отдельная история — ​ангажементы моей супруги, балерины Светланы Захаровой. К примеру, перед премьерой в «Ла Скала» она месяц живет в Милане. И этот город для нас становится центром Вселенной: туда приезжают дети, прилетаю я после каждого концерта — ​пусть даже на один-два дня. Семья для меня — ​очень важная часть жизни.

культура: Много ли у вас любимых композиторов?
Репин: Очень. А вот список исполняемых сочинений, если можно так сказать, устоялся. Впрочем, периодически вношу в него изменения. В этом году почувствовал невероятную тягу к скрипичному концерту Глазунова, и он стал одним из любимейших произведений. Также в их число входят Первый и Второй концерты для скрипки с оркестром Шостаковича и Прокофьева, Скрипичный концерт Сибелиуса. Очень люблю играть Бруха, у него прекрасные праздничные сочинения. Если же говорить о камерной музыке, для меня абсолютные гении — ​Брамс и Шуберт. Обожаю оба Трио и Квинтет Шостаковича.

Стараюсь соблюдать баланс между хорошо знакомыми и новыми произведениями. Каждая премьера — ​дополнительный груз ответственности, в музыку нужно войти.

культура: Бывает так, что организаторы концерта вам заказывают исполнить что-либо?
Репин: Если произведение не входит в мой репертуар, буду думать, соглашаться ли. Обычно я присылаю организаторам две-три программы на выбор. Надо же учесть и интересы публики: зачем ей весь сезон слушать одно и то же?

культура: Сколько стоит билет на концерт Репина в Европе и ваш CD-диск?
Репин: На диски фиксированных цен нет — ​знаю лишь, в магазинах бывают всевозможные распродажи. Дорого ли сходить на Репина — ​не могу сказать, я же не покупаю билеты на свои концерт. Стоимость определяют организаторы, и каждый менеджер знает свою целевую аудиторию. Платежеспособность населения имеет первостепенное значение. Если кто-то готов платить больше 200 евро, почему бы организаторам не сыграть на этом? Одни из самых высоких цен на концерты — ​в Японии.

культура: А Вас когда-либо просили снизить гонорар?
Репин: После того, как мы обо всем договорились? Не было такого (смеется). В процессе переговоров стараемся учесть все факторы: престижа, дружеских отношений — ​ну и жажды наживы, конечно (улыбается). Я зарабатываю только своим талантом. У меня нет бизнеса — ​ни фабрики, ни нефтяной вышки. Дело всей моей жизни — ​музыка. Поэтому надо держать уровень цен топ-исполнителя.

При этом довольно много концертов играю бесплатно — ​понимая, для кого и во имя чего. К тому же иногда лучше получить гонорар и самостоятельно отдать деньги нуждающимся. Таких случаев были сотни: жертвовал в фонды студентам, эмигрантам, сиротам. Иногда просят поддержать какую-либо акцию и выступить бесплатно. Если цели этой акции вызывают во мне сочувствие, а концерт проходит без билетов, соглашаюсь.

культура: Существует ли торговая марка «Вадим Репин»? Что бы вы хотели продвигать — ​одежду, обувь, мебель, одеколон?
Репин: Даже не задумывался об этом. Я никогда ничего не хотел продавать. А что люблю покупать — ​так это механические часы, собрал небольшую коллекцию. Еще одна слабость — ​айфон. Он помогает скоротать время в поездках. А провожу в них треть жизни, если не больше.

культура: На дворе век компьютерных технологий — ​но «Скрипки Страдивари 2.0» еще не создано.
Репин: С одной стороны, это плохо. Потому что купить хороший аутентичный инструмент может позволить себе далеко не каждый: цены на Страдивари зашкаливают за 15 миллионов евро. В то же время игра на старинной скрипке вызывает особый трепет, и какие-то нюансы невозможно повторить даже при помощи нанотехнологий.

культура: Как достижения научно-технического прогресса отражаются на музыкальной сфере?
Репин: Многие коллеги успешно экспериментируют в области цифровой музыки — ​к примеру, Андрей Коробейников. А я человек консервативный. Брамс написал музыку без использования каких-либо высоких технологий. И у него хорошо получилось.

культура: Прочел в интернете про Ваш дирижерский дебют. Не тянет снова взять палочку и встать за пульт?
Репин: Повторить этот опыт нет никакого желания. Так получилось, что на закрытии первого Транссибирского Арт-фестиваля принял решение сыграть первый концерт Шостаковича без дирижера. Но верил в оркестр — ​коллектив высочайшего класса. К тому же я настолько хорошо знаю эту партитуру, что смогу ее написать — ​причем за ночь. Если бы не эти два обстоятельства, никогда бы не рискнул «сесть не в свои сани».

культура: Вы очень много времени и сил отдаете работе. Поделитесь секретом счастливой семейной жизни?
Репин: Очень важно найти близкого человека, который тебя никогда не осудит, всегда поймет, с которым приятно помолчать. Мне несказанно повезло — ​я встретил Светлану. Это действительно моя вторая половинка. Она очень деликатна, с огромным уважением относится к своей профессии, к публике, к людям в целом. Каждый день, прожитый с женой — ​большое счастье.

культура: Крайне интересно, где в принципе могут познакомиться скрипач-виртуоз и прима-балерина?
Репин: В концертном зале! И давайте перейдем к следующему вопросу (улыбается).

культура: Какую музыку слушают Ваши дети?
Репин: Все подряд. Не ставлю им никаких ограничений. Да и чисто физически мне на это сложно повлиять, поскольку я постоянно в разъездах. Считаю, что хороший музыкальный вкус у них со временем сформируется — ​по-другому и быть не может.

культура: Что в первую очередь необходимо ребенку для того, чтобы стать выдающимся музыкантом?
Репин: Мне кажется, успех складывается из тысячи самых разных вещей. Это сродни тому, как множество звезд составляют созвездие. А звездная пыль так и останется пылью. У каждого своя судьба. На рост музыканта влияет все, начиная с системы ценностей в его семье.

культура: Какая из наград и побед для Вас наиболее важна?
Репин: В 11 лет на конкурсе Венявского в Люблине я нахватал все премии. Когда ты ребенок, выигрывать — ​азартно. Труднее всего — ​физически и психологически — ​досталась победа в Брюсселе в 1989 году на конкурсе имени королевы Елизаветы. Во времена СССР это был единственный шанс войти в музыкальную элиту. Той же цели добивался каждый из более чем сотни конкурсантов. Нервозности добавляло и другое обстоятельство: я представлял великую державу — ​попробуй не выиграй! Конкурс в Бельгии шел месяц. Это очень долго. Было сложно. К примеру, участникам предстояло выучить новое произведение за 6 дней. Кроме того, необходимо иметь огромный репертуар — ​то, что предстояло исполнить, объявляли за 10 минут до выхода на сцену. Мне помог победить сибирский характер. Хотя с одним характером в музыке мало чего добьешься — ​на сцене нужно быть поэтом.

культура: В России нередко талант и слава — ​две вещи несовместные…
Репин: Начнем с того, что жизнь по своей сути несправедлива. Это сложный вопрос. Я верю в высшую справедливость. Но то, что порой происходит у нас на глазах, глубоко неправильно.

В мире музыки много различных примеров несоответствия славы и одаренности. На все есть причины — ​от невезения до проблем со здоровьем. Бывает, что человек, как говорится, неадекватен, а талант — ​бешеный. И где тут искать справедливости? Психически неуравновешенный музыкант никогда не сделает карьеры. Ну, а если она ему и не нужна? Несколько поклонников считают его богом — ​и достаточно.

культура: Что помогает Вам развиваться как музыканту и личности — ​и что мешает?
Репин: Меня очень поддерживает супруга Светлана. Конечно же, заряжают и музыка, и коллеги. А мешает только одно — ​отсутствие свободного времени. Стал замечать, как быстро летит жизнь.


Фото на анонсе: Евгений Биятов/РИА Новости


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть