Тот, кого рисует Рембрандт

08.06.2012

Мария КОКОШ, Вологда

В Вологде открылась выставка «Я посох свой доверил Богу», приуроченная к 90-летию народного художника России Владимира Корбакова. Ему вручена золотая медаль Российской академии художеств.

В холщовом комбинезоне, сплошь заляпанном красками, вологодский художник Владимир Корбаков напоминает Ренуара. Худощав, седовлас, изыскан, улыбчив. Его картины — во многих музеях и собраниях России и мира. Сам же мастер уже 90 лет и зим влюблен в родную Вологду, жизни вне ее не представляет, хотя объездил многие страны.

Корбаков ловко лавирует среди холстов, которыми загромождена его мастерская.

— Это меня Босх нарисовал, забавно вышло, правда? А вот, — с трудом вытаскивает тяжелый холст, — это Веласкес. Рембрандт, — он чуть поменьше холст выбрал, торопился...

Девяносто лет, конечно, серьезный возраст, много кого можно было застать, но чтобы Рембрандта…

Корбаков пишет сам себя — в стиле Рембрандта, Матисса, Пикассо, Малевича, Тышлера, Кончаловского, Шагала, Рубенса, Дали, Эль Греко, Веласкеса, Модильяни, Пикассо, Кандинского, Гойи, Ван Гога...

Ради потенциального авторства Олега Кулика — Корбаков не пожалел двух меховых шапок, себя стилизовал под собаку породы колли.

Без юморной, нагловатой фантазии вряд ли Корбакову удалось бы выполнить поставленную перед собой задачу: заполнить белые хосты сотнями лиц — неважно, реальных или выдуманных. Фактурная многослойная живописная манера без конца требует новых героев, и недостатка в них никогда не было. Корбаков писал портреты вологжан — детей, рабочих, крестьян. Автопортреты (больше 120, для сравнения: Рембрандт осилил 98), портреты друзей, моделей и совсем случайных людей. Кроме них, потратил килограммы краски на декоративные праздничные натюрморты, пейзажи родной любимой Вологды, летопись Череповецкого металлургического комбината, окна квартала Красных фонарей в Амстердаме, на страницы истории — например, свежий цикл к столетию русско-японской войны. А после всего снова возвращался к портрету.

В 1941-м молодой художник Корбаков ушел на фронт добровольцем. В боях под Москвой был ранен и чуть не лишился правой руки. Ее чудом вопреки обстоятельствам спас военный доктор. С тех пор Корбаков ни разу не усомнился в своем предназначении. Более того, уверен, что не просто работает — «прямой заказ от неба» выполняет.

Портретная история Корбакова имеет обратную перспективу. Его — и это уже не шутки — писали почти все знаменитые и не очень знаменитые мастера. Началось с карандашного наброска, сделанного Таиром Салаховым на лекции по истории искусства в 1951 году в Суриковке. Потом были Виктор Попков, Эдуард Браговский, Илья Глазунов, Михаил Куприянов, Иван Бруни, Зураб Церетели — всего более 500 современников. Так сложилась уникальная коллекция Корбакова «Меня рисуют друзья».

Да, был бы жив старик Рембрандт наверняка изобразил бы Корбакова, например, капитаном стрелковой роты в «Ночном дозоре» или отцом, обнимающим блудного сына. Любопытно, что заказов на портреты Корбаков не берет: натуру должен захотеть писать. В свои 90 он признается: перед глазами с утра до вечера стоят большие белые холсты, которые еще предстоит заполнить.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть