Свежий номер

Мексиканские страсти

21.12.2018

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

Фото: Александр Авилов/mskagency.ruВыставка «Viva la Vida. Фрида Кало и Диего Ривера. Живопись и графика из музейных и частных собраний» открылась в ЦВЗ «Манеж». Экспозиция подготовлена Культурно-историческим фондом «Связь времен» и петербургским Музеем Фаберже. 

Последний почти три года назад уже радовал жителей и гостей Северной столицы работами Фриды: тогда публике показали 35 произведений художницы. Москвичи же увидят более 90 творений знаменитой пары. А также работы, созданные менее известными мексиканскими авторами (например, одноклассником Фриды Артуро Бустосом), подаренные ГМИИ им. А.С. Пушкина и ни разу не выставлявшиеся в России.

Среди других раритетов — гигантское полотно «Славная победа» (1954) кисти Риверы, переданное автором Советскому Союзу и хранящееся в Пушкинском музее. С помощью холста художник выступил с политическим заявлением — против вторжения американских войск в Гватемалу. Вообще, творчество мастера представлено разнообразно: здесь и образ доколумбовой Америки (1950), и портрет первой жены Ангелины Беловой (1918), и советские дети с инопланетными глазами (классик дважды приезжал в СССР, в 1927-м и 1955-м), и эстетское ню последней подруги мэтра Долорес Олмедо, основавшей музей, где хранятся крупнейшие собрания Кало и Риверы (отсюда прибыли в Москву многие работы). Поклонники Кало увидят хрестоматийные, хорошо известные произведения — вроде трагической «Сломанной колонны» (1944) и пугающей картины «Всего-то несколько царапин» (1935).

Название выставки перекликается с последним творением Фриды. Понимая, что ее время на исходе, она изобразила сочные алые арбузы и подписала: «Да здравствует жизнь!» Этой вещи, к сожалению, нет в экспозиции. Зато есть другая — финальная картина Диего Риверы. Мастер, постоянно изменявший жене и получивший ласковое прозвище «людоед», после смерти супруги осознал, как много она для него значила. Подобно другим эгоцентрикам и тиранам, классик оказался сентиментальным и написал свой вариант «Арбузов» (1957). Долька на переднем плане надкушена: намек на библейское грехопадение. Или, возможно, на осознание бренности, недолговечности бытия — как в натюрмортах жанра Vanitas, где нередко изображали тронутые тленом фрукты.

Фото: Александр Авилов/mskagency.ruВ целом отношения звездной пары выходят на выставке на первый план, затмевая собой картины. Неудивительно: «Фрида Кало — Диего Ривера» один из главных мексиканских брендов XX века, а их любовь (точнее, со-зависимость) давно превратилась в миф. Однако эта легенда — плод именно ушедшего столетия, и с точки зрения сегодняшнего дня она не выглядит такой уж привлекательной.

Организаторы подчеркивают: Фрида и Диего в творчестве исполняли традиционные роли — «женскую» и «мужскую». Кало — самоучка, ее искусство направлено внутрь себя: многочисленные сюрреалистические картины предстают визуализацией сеансов психоанализа. Ривера — трибун и глашатай, один из главных авторов мексиканских муралов — образцов монументальной живописи. Художница исследовала внутренний мир, ее муж-коммунист пытался преобразовать окружающую действительность. Пока Ривера преследовал амбициозные цели, Кало пыталась разобраться с их любовными отношениями. Все ее творчество было рефлексией: осмыслением любви к Диего и попыткой справиться с многочисленными страданиями, моральными и физическими (например, «Больница Генри Форда» (1932) посвящена неудачной беременности). Казалось бы, уличившая мужа в измене, она охотно заводила романы на стороне. И вообще — нарушала установки того времени: помимо полиаморных отношений увлекалась алкоголем и наркотиками (Фриду мучили постоянные боли — следствие страшной аварии, пережитой в юности). Однако этот бунт сегодня выглядит не таким уж радикальным. Невольно напрашивается параллель с культовым сериалом «Секс в Большом городе», где главная героиня, свободная барышня за тридцать, с удовольствием отрицала все правила патриархального мира, кроме одного: она, как многие поколения женщин, стремилась заполучить мужчину своей мечты. Кало, вселенная которой вращалась вокруг Риверы, в этом смысле оставалась человеком XX века. Один из главных экспонатов — работа «Диего и я» (1944), где художница попыталась совместить свое лицо с ликом мужа, привести их к общему «знаменателю». Казалось бы, несложная затея на практике, как известно, провалилась. Остается гадать, каким оказалось бы творчество Фриды Кало, родись она хотя бы на полвека позже.




Фото на анонсе: Александр Авилов/mskagency.ru



Распечатать

Поделиться

Назад в раздел