Сделано с душой

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

20.07.2018

Центр фотографии имени братьев Люмьер представил ностальгический проект «Душа московских улиц»: около 60 работ Владимира Степанова, сделанных в 1950–1960-е. 

Автор начал публиковаться в 1957 году — несколько любительских кадров напечатала «Вечерняя Москва». Потом было сотрудничество с журналом «Советское фото», фотохроникой ТАСС, поступление во ВГИК и в конце концов — переход в кино. И хотя мастеру как репортеру досталось меньше славы, чем более именитым коллегам,  например Владимиру Лагранжу, произведения Степанова не уступают творениям классиков. А гуманистическая направленность снимков выражает дух оттепельного времени, когда внимание уделялось обычным человеческим радостям: люди хотели любить, растить детей, грустить, веселиться — просто жить.

Впрочем, главными героями стали не безымянные прохожие, а сама Белокаменная, не случайно вынесенная в название выставки. Такой Москвы уже не увидишь: кривые, но уютные улочки, деревянные домишки, белье на веревках, детвора, гуляющая свободно, без взрослых. Это город для людей, лишенный пафоса и лоска: милый и даже провинциальный. На одной работе — гигантское здание МГУ, низенькие хрущевки, а на переднем плане — бревенчатые развалюхи. Зрители останавливаются и гадают: с какой точки сделано фото и как выглядят эти места сегодня. Солянка, Покровка, Маросейка, Чистые пруды — облики Златоглавой фиксируются бережно, с любовью.

Любопытно, впрочем, проследить и за бытом москвичей. Паренек посреди улицы с упоением поглощает стаканчик фруктового мороженого. Мальчишки-филуменисты разглядывают спичечные этикетки, на коллекционеров неодобрительно косится барышня. «Лучше бы делом занялись», — наверняка думает она. По Красной площади еще ездят автомобили, а около ГУМа сидят две старушки и прикрывают руками глаза от солнца: фото называется «Гости столицы». На скамейке в Старосадском переулке отдыхают две пожилые дамы, и вдруг понимаешь, что они родились еще до революции: следов эпох в творениях Степанова оказывается куда больше, чем кажется на первый взгляд. Эти кадры отличает не только историческая перспектива, и даже не феноменальная удачливость и хорошая реакция фотографа: чего стоит снимок с мальчиками, пускающими бумажный самолетик с балкона, — момент выбран удивительно точно. Черно-белые образы старой Москвы — еще и чистая поэзия: так, кольцо из выпавшего снега внезапно превращает урну в какую-то диковинную вазу. А изображение мальчика, одиноко играющего в футбол, становится графикой, где для ошеломляющего эффекта необходим минимум средств: ломаная линия ворот, белый круг мяча и маленькая застывшая фигурка в правом верхнем углу.