Филипп Шансель: «Северная Корея — это другая планета»

29.06.2017

Ксения ПОЗДНЯКОВА

В Центре фотографии братьев Люмьер открылась выставка «(Не)возможно увидеть: Северная Корея». В рамках проекта кураторы отобрали более семидесяти снимков современных авторов, каждый из которых имеет собственное представление о жизни республики, акцентируя внимание на «деталях, часто неуловимых невооруженным взглядом». 

Обозревателю «Культуры» удалось пообщаться с французским фотографом Филиппом ШАНСЕЛЕМ, украсившим экспозицию серией «Ариран», показывающей празднование дня рождения Ким Ир Сена, и портретной галереей граждан КНДР «Счастье Кима». 

культура: Чем Вас привлекла эта страна? 
Шансель: Северная Корея — одно из самых закрытых мест на земле. Особенно в глазах иностранцев. В мире не столь много ее изображений, так было десять лет назад и так по большому счету осталось и сегодня. К тому же меня всегда привлекали сообщества, куда попасть простому смертному тяжело. Или практически невозможно, как в случае с Северной Кореей. Точно так же в 80-е меня интересовали коммунистические страны: Советский Союз, ГДР, Болгария, куда я не раз ездил. Любопытно, как функционируют подобные общества. Свою миссию вижу в том, чтобы дать другим людям шанс заглянуть в те места, которых они не знают и без меня не смогут увидеть. 

культура: А Вы никогда не боялись, что подобные путешествия плохо для Вас закончатся? 
Шансель: Нет, мне нравится связанный с этим риск. К примеру, недавно я ездил в Кабул. Там повсюду полно людей с автоматами, но страшно не было. Думаю, если начинаешь бояться, надо просто уезжать. В какой-то степени это способ проверить себя. Мне кажется, когда вы снимаете других людей, интересуетесь ими, ставите себя на их место, то открываете вещи, касающиеся лично вас. 

культура: А как Вам удалось проникнуть в КНДР? Говорят, там не слишком жалуют иностранцев. 
Шансель: Я понимал, что попасть в Северную Корею будет очень тяжело. Однако мне не хотелось ехать туда в качестве туриста и делать фотографии тайком, на скорую руку. Решил пойти официальным путем. С самого начала я позиционировал себя художником, представляющим собственный фотопроект. Долго искал возможность, пока не встретил одного француза, который согласился помочь. Он был бизнесменом, первым открывшим в Пхеньяне коммерческое бюро. Мне удалось войти в его структуру. Думаю, в каком-то смысле я тоже был ему нужен, чтобы привнести в его проекты художественный взгляд и показать властям, что он на их стороне. 

культура: Что показалось Вам наиболее интересным в этой стране? 
Шансель: Я был в Корее семь раз. Первый вояж состоялся в 2005-м, последний — в 2014-м. На мой взгляд, самыми продуктивными стали периоды с 2005-го по 2007-й и с 2012-го по 2014 год. Я видел множество потрясающих вещей. Об этом говорят и мои снимки. Больше всего меня интересовало, как преображается реальность. Как выглядит абсолютная власть, ее эстетика. Хочу заметить, что пропаганда очень мобилизует художников, поощряя их создавать привлекательный образ страны как внутри государства, так и для иностранцев. 

КНДР — это другая планета. Там все иначе: нет ни интернета, ни банковских карт. Это страна, где все регламентировано с утра до вечера, где люди просыпаются под патриотические песни, мотивирующие их работать лучше, чем накануне. 

Как бы вам объяснить... С одной стороны, это восхищает, с другой — ужасает. Возникает двоякое чувство. Когда видишь изображение апокалипсиса, ты же понимаешь, как это красиво, но в то же время и невероятно страшно. Здесь нечто подобное. Для меня красота вообще часто связана с разрушением. Именно поэтому я, к примеру, ездил в Японию фотографировать «Фукусиму» после катастрофы. Был потрясен этим зрелищем, но и убит горем оттого, сколько людей погибло. 

культура: На выставке представлена Ваша серия «Ариран». Что это такое? 
Из серии «Ариран». Стадион Первого мая. Пхеньян, 2006 годШансель: Ариран — потрясающее действо. Самое грандиозное шоу в мире. В нем заняты десятки и десятки тысяч человек, которые с помощью множества разноцветных карточек выстраивают на стадионах огромные художественные полотна. В какой-то степени участники напоминают живые пиксели. Однако меня интересовал во всем этом мотив абсолютной власти. Мне кажется, ариран — это портрет Северной Кореи. Ты восхищен этим зрелищем, четко выверенным, абсолютно регламентированным, где каждый на своем месте, но в нем есть что-то нечеловеческое. Сквозь красоту проступает портрет тоталитарной власти. Ведь что самое страшное в диктатуре — невозможность сделать ни одного шага в сторону, отступить от правил. В Корее порой возникает чувство, что ты находишься внутри фильма, а вокруг тебя актеры, играющие отведенные им роли. 

культура: Вас никогда не обвиняли в том, что Вы романтизируете диктатуру? 
Шансель: Бывает. К сожалению, люди часто думают, что если ты интересуешься той или иной страной, то, значит, разделяешь ее идеологию. Мне кажется, все с точностью до наоборот. 

культура: Что главное в работе фотографа? 
Шансель: Я документалист. Моя задача показать мир таким, какой он есть, а не таким, каким я мог бы его представить, преобразив или выдумав реальность. Понимаете, я начинал как журналист и поначалу просто делал фото для своих репортажей, иллюстрируя тексты собственными снимками. Позже сосредоточился исключительно на фотографии и занимаюсь ею уже более 20 лет. На мой взгляд, она должна оставаться прежде всего документальным свидетельством. Не хочу, чтобы люди плакали, глядя на мои снимки. Важно, чтобы они сконцентрировались на изображении, на том, что я хочу им показать. Чтобы они смотрели на проблему, которую я представляю, будь то политические игры, идеология, религия, война, конфликты. Когда я снимаю Северную Корею, речь идет не только о ней самой, но и обо всех диктатурах, что существовали на земле с начала времен. Катастрофа «Фукусимы» — это не только конкретная беда, но и Вторая мировая война, бомбардировки Хиросимы и Нагасаки. Когда снимаю Антарктиду, всегда помню о тех, кто ее открыл, про то, как нам сегодня необходим экологический баланс на планете. Каждый раз я иду от частного к общему, от локального к глобальному. По крайней мере, стараюсь так делать. Хотя, может быть, это звучит несколько самодовольно. 


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (3)

  • alt

    Пров 30.06.2017 14:51:28

    "Ведь что самое страшное в диктатуре — невозможность сделать ни одного шага в сторону, отступить от правил".
    -------------------------------------------------------------------------------------------------------------------
    Правила приучают людей к порядку. Порядок экономит время, труд и ресурсы, личный эгоизм заменяется личной ответственностью. Что в этом плохого?
  • alt

    Константин 01.07.2017 23:26:50

    Полностью согласен
  • alt

    Владимир 01.07.2017 12:34:22

    Французский фотограф Филипп ШАНСЕЛЕМ элементарно ангажирован, как и его Франция. Дело фотографа снимать, дело зрителя интерпретировать. А смешивать два этих занятия - и есть политическая ангажированность.
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть