Жилплощадь с родословной

06.04.2012

Людмила БУТУЗОВА

На рынке «исторической недвижимости» очередное оживление: в Москве выставлена на продажу квартира известного советского художника Дмитрия Налбандяна.

Шестикомнатные апартаменты Героя Соцтруда, лауреата Сталинских и Ленинской премий расположены на Тверской улице, в доме постройки 1955 года. Общая площадь — 200 квадратных метров, жилая — 139. Наследники оценили квартиру в 76 млн рублей (более 2,5 млн долларов).

— Потенциальных покупателей пока нет, — заявили «Культуре» в агентстве недвижимости, которое выступает организатором торгов. — Звонят, интересуются состоянием, но в основном спрашивают, есть ли парковка. Почитатели творчества? Не объявлялись. Да и вряд ли квартиру в центре Москвы станут покупать из этих соображений...

Тем не менее квадратные метры оценены в умопомрачительную сумму именно с учетом того, что они принадлежали выдающейся личности. В художественных кругах Дмитрия Налбандяна называли «первой кистью Политбюро». В прошлом году на выставке в «Новом Манеже» были представлены его хрестоматийные полотна «Торжественный прием в Кремле 24 мая 1945 года», «Сталин и Мао Цзэдун. Великая дружба», «Встреча руководителей партии и правительства с представителями творческой интеллигенции».

Сюжеты большинства исторических работ, как сказано в рекламном буклете агентства, «задумывались в квартире художника, пронизанной духом творчества». Разумеется, это очень важно для поклонников соцреализма. Но, например, трехэтажный замок на улице Хэкфорд-роуд в Лондоне, где в 1873–1874 годах творил Ван Гог, оценили всего в 750 тысяч долларов, как обычную обветшалую недвижимость. Если бы не сохранились камин и сточная труба той эпохи, стоимость была бы еще меньше. Парижский особняк Ренуара на Монмартре — знаменитый и много раз описанный современниками «Замок туманов» — не могут продать с 2007 года, хотя цена опустилась с 4,5 млн до 3,75 млн евро.

А почему у нас так подскакивают цены на квартиры с историей?

— Ограниченность предложения таких объектов уже сама по себе способствует росту цен, — рассказывает эксперт рынка недвижимости Анатолий Литвин. — Во-вторых, цена — это инструмент активной маркетинговой стратегии, рассчитанный на особый контингент покупателей. Тех, кому хочется продемонстрировать окружающим свою успешность. Считается, что поселиться в спальне бывшего генсека — это круто, прикупить квадратные метры в Романовом переулке (в прошлом улица Грановского), где в свое время обитали Рокоссовский, Ворошилов, Буденный, — значит встать с ними в один исторический ряд.

В начале 2003 года настоящий ажиотаж вызвала продажа четырехкомнатной квартиры Юрия Андропова в знаменитом доме № 26 на Кутузовском проспекте. По словам Литвина, желающих было много, стартовая цена с 500 тысяч долларов за весьма аскетическое жилье, давно не знавшее ремонта, увеличилась до полутора миллионов долларов.

Однако сегодня покупательские предпочтения меняются: стоимость любой, даже самой «известной» квартиры в первую очередь зависит от ее потребительских качеств и только потом — от имени бывшего владельца. Особенно это касается квартир советской эпохи. При всем интересе покупателей к Дому на набережной там не продано почти ничего.

В Санкт-Петербурге квартиры и дома, связанные с именами революционных и советских деятелей, вообще не пользуются спросом. Владимир Ленин, например, проживал в десятке питерских квартир, сейчас это угрюмые коммуналки без всяких перспектив на расселение. Зато петербургский рынок «квартир с творческой историей» набирает силу. Жилплощадь знаменитостей чаще покупают деятели искусства и крупные бизнесмены, склонные к меценатству. Один такой любитель искусств недавно приобрел в особняке герцогов Лейхтенбергских на Английской набережной квартиры Анны Павловой и Сергея Дягилева, расположенные на разных этажах. Сейчас обе квартиры соединены лестницей, как это было в давние времена, восстановлены интерьеры.

Надо сказать, что покупка исторической квартиры — дело довольно хлопотное и накладывает на владельца массу обязательств: нельзя изменять планировку, необходимо согласовывать с городским комитетом по охране памятников любой, даже косметический ремонт. Однако настоящих ценителей истории это не останавливает. За квартиру барона Врангеля на набережной Фонтанки, 86, бились представители белоэмигрантских фамилий России, Америки, Англии и Франции. При советской власти там была жуткая коммуналка с коридорной системой и напрочь вырванной канализацией. Со времен Врангеля сохранились лишь фрагменты лепнины и — на удивление — бронзовые дверные ручки. Победил француз, заплативший за апартаменты вдвое больше первоначальной цены.

Еще одна особенность Санкт-Петербурга: перед продажей квартиры, даже не самой знаменитой, агентства готовят историческую справку: прежнее название улицы, откуда оно пошло, кто архитектор дома, чем прославились прежние обитатели и чем имениты нынешние. Мода «на родословные» вошла в обиход — все чаще в парадных можно встретить таблички с информацией об истории дома и его жильцах. Может быть, это и правильно, а то о выдающемся владельце квартиры соседи порой узнают только тогда, когда наследники выставляют ее на торги.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть