Татьяна Михалкова: «Русским духом в моде долгие годы и не пахло»

01.11.2012

Феликс ГРОЗДАНОВ

Определение «первая» к Татьяне Михалковой относится как нельзя лучше. Первая красавица среди моделей Советского Союза. Первая, появившаяся на подиуме в бриджах и шортах. Супруга первого — по статусу — российского кинорежиссера Никиты Михалкова. Основательница первого в стране фонда помощи талантливым молодым дизайнерам. Во время презентации коллекции модельеров «Русского силуэта» на только что завершившемся XXVIII сезоне Volvo-Недели моды в Москве с Татьяной Михалковой встретился корреспондент «Культуры».

культура: В этом году у Вас три юбилея — собственный, 40-летие первого выхода на подиум и 15-летие благотворительного фонда «Русский силуэт», который Вы возглавляете. Достойные поводы отметить.

Михалкова: Какие цифры! Я как-то в повседневных делах и забыла про профессиональные даты. Спасибо, что напомнили.

культура: Скажите, есть ли все-таки сегодня в России мода?

Михалкова: Все цивилизованные страны давно прошли период становления модной индустрии. Тот же журнал Vogue появился еще в 1892 году, знаменитый испанский ювелирный дом Carrera y Carrera, с которым давно сотрудничает Московский кинофестиваль, был основан более 120 лет назад. А мы этот мир моды только начинаем открывать. К нам вдруг хлынули гламур и глянец: пришли модные иностранные журналы, компании, вмиг заняв весь рынок. И мы забыли о собственных традициях, культуре. Русским духом долгие годы и не пахло — не было ни дизайнеров, ни производителей.

культура: Все помнят грандиозную очередь на Кузнецком мосту, когда там в 1994 году открылся первый в России бутик Versace.

Михалкова: И мы в ней стояли за джинсами. Сегодня со смехом вспоминаю, как ходили на презентации какой-то старой коллекции именитого кутюрье, пили шампанское и думали, что мы тоже сопричастны миру высокой моды. Просто до этого страна была серая, одинаковая, а весь этот калейдоскоп брендов, имен так манил. Мода в итоге заняла у нас огромное, несвойственное ей место, ее стало слишком много. И только сейчас все постепенно устаканивается, в том числе и за счет появления Недель моды, где отечественные дизайнеры могут показать свои коллекции.

культура: Прежде дефиле нередко проводились и в ночных клубах…

Михалкова: Это были мрачные страницы российской модной индустрии. Я же в ту пору мечтала о настоящих показах прет-а-порте. Тем более, был опыт проведения конкурсов среди модельеров. И тогда в голову пришла идея создать благотворительный фонд «Русский силуэт», который бы помогал молодым талантливым модельерам, продвигал бы начинающих художников моды. Ведь эти люди — наше будущее.

культура: Сегодня фонд ежегодно отсматривает две-три тысячи дизайнеров не только из России, но и стран СНГ и Прибалтики.

Михалкова: Да, «Русский силуэт» — самый крупный и по территориальному охвату, и по количеству участников проект. Мы сотрудничаем с более чем двумя сотнями учебных заведений, проводим 32 полуфинала. Нас поддерживают мэры и губернаторы во многих регионах страны. Это очень важно, ведь легкая промышленность была, по сути, уничтожена. Где наши знаменитые шелка, шерсть, меха? Все пришлось начинать заново.

культура: Но ведь создать качественную и красивую вещь — только полдела. Ее нужно грамотно продать.

Михалкова: И это сегодня огромная проблема. Отсутствие бизнес-образования в текстильных вузах мешает развиваться индустрии. У нас есть потрясающие дизайнеры, у них удивительная фантазия. Но наладить производство или продать готовую вещь они, за редким исключением, не могут. Пробиться молодым без помощи сегодня очень трудно. Меж тем западные Дома моды охотно берут их к себе — «безымянными». Хотя среди призеров конкурса «Русского силуэта» такие известные сегодня модельеры, как Алена Ахмадуллина, Александр Терехов, Вика Газинская, Кирилл Гасилин, Елена Скакун.

культура: Многие из них сегодня открыли собственные модные Дома, и Ваши нынешние подопечные уже идут к ним на стажировку. Конечно, все мечтают показать в итоге собственную сезонную коллекцию на большом подиуме. На подиуме когда-то блистали и Вы...

Михалкова: В ту пору, когда я начинала, на подиумах Советского Союза выступали Мила Романовская, Августина Шадова — настоящие русские красавицы, что называется «кровь с молоком». Я же была не типичной манекенщицей: всего 47 килограммов при росте 172 сантиметра. Кстати, в Лондоне в эту пору появилась Лесли Хорнби, известная всем под псевдонимом Твигги — «веточка», которая весила еще меньше меня.

культура: Но в юности Вы моделью быть не планировали, а собирались стать преподавателем иностранного языка…

Михалкова: Меня не приняли на работу педагогом из-за моей внешности. Длинные волосы и короткую юбку руководство института посчитало недопустимым. Мне сказали, что я смотрюсь слишком юной, что на фоне студентов буду выглядеть несерьезно. Расстроенная, я шла домой по Кузнецкому мосту и увидела объявление о наборе манекенщиц. Когда появилась перед членами художественного совета Дома моделей, где собрались ведущие модельеры страны, Слава Зайцев стал восторгаться: «Какие ножки! Какие красивые волосы!» Меня хвалили за то же, за что в другом месте перед этим отругали.

культура: Сильно ли, на Ваш взгляд, отличается образ манекенщицы той поры от сегодняшнего идеала подиума и глянцевых обложек?

Михалкова: Сегодня модельный бизнес очень помолодел, происходит быстрая смена героев. Байеры — закупщики модной одежды — от этого, конечно, в ужасе, ведь размер у женщины в России больше, чем в Европе, да и покупатель у нас взрослый. А агентства больше не вкладывают «долгие деньги» в раскрутку, поэтому исчезло понятие супермодели. Помните, прежде все знали имена Наоми Кэмпбелл, Синди Кроуфорд, которые, казалось, будут вечными. Их гонорары превышали доходы кинозвезд. Сегодня в этом бизнесе девушка старше 25 лет считается старушкой. Тогда как в общесоюзном Доме моделей манекенщицы дорабатывали даже до пенсии. Модели моего времени, в отличие от сегодняшних, должны были сами делать прическу и макияж, заниматься собственным стилем.

культура: В СССР манекенщица должна была олицетворять идеальный образ настоящей советской женщины. Именно поэтому за ними строго следили и не позволяли вольностей?

Михалкова: Вся наша жизнь состояла из сплошных запретов. За нами так наблюдали, как родители за детьми не всегда. Помню, за поход с Никитой Сергеевичем в ресторан получила выговор от директора Дома моделей. Нельзя! Кроме того, во время заграничных поездок специальный сопровождающий вечером обходил каждый номер, чтобы мы не покидали гостиницу, не убегали на дискотеки, не общались, не дай Бог, с иностранцами. Любые вольности были строжайше запрещены.

культура: До Вас, кажется, никто не выходил на советский подиум в шортах, мини-юбках…

Михалкова: Не выходили потому, что у нас в стране не была развита чулочная промышленность. Кстати, когда мы, манекенщицы, шли на работу, вслед неслись либо ругательства, либо аплодисменты и возгласы восхищения, ведь мы одевались нестандартно, даже вызывающе для той поры.

культура: Ваша дочь Надежда когда-то тоже участвовала в модных дефиле, а сегодня уже и внучка Наташа выходила в Ваш день рождения на подиум.

Михалкова: Надюшку целиком захватила актерская работа. Русских дизайнеров она уважает. Например, на свадьбе и на недавней премьере фильма «Любовь с акцентом» была в платье от Александра Арнгольдта, с которым давно дружит. Любит наряды от Александра Терехова, Татьяны Парфеновой, Юлии Яниной. Словом, поддерживает российскую модную индустрию, чему я, конечно, очень рада.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть