Первый, как слышите? Прием!

02.03.2012

Валерий ТИМОЩЕНКО, кинодокументалист, Краснодар

Это мысли о Владимире Путине. О человеке, который лучше, чем хотел бы казаться.

Это взгляд кинодокументалиста, поймавшего себя на мысли, что по профессиональной привычке оценивает премьера, как героя некоего фильма под названием «Россия. XXI век». Согласитесь, трудно себе представить человека, более информированного о том, что есть сегодня наша страна и современный мир, имеющего больше возможностей наблюдать реальную природу людей, их худшие и лучшие стороны в критические моменты.

Противостояние разведок, кавказская война, вызов терроризма, тайные пружины и действительные причины мирового экономического кризиса, трагичность и надежда, возвращение страны к вере... При этом он и по судьбе, и по должности обязан считывать действительность, что называется, «в реальном времени», точно ее анализировать, реакцию иметь молниеносную — не в телевизионном ток-шоу, а в реальном сражении. Принимать в течение часа решение, за которое надо нести ответственность на протяжении последующих ста лет и перед собой, и перед историей. Есть люди, убеждающие словами, а есть — всем своим существованием.

Почему же мы большей частью видим героя в ситуациях не то что не главных, а почти случайных, чуть ли не светских? Лучшее что есть — традиционное появление в новостях. Да, уместно, да, по делу, но сводки советского Информбюро, при всем уважении к ним, не заменят ни лирических песен, ни боевых киносборников с подлинной хроникой, ни тем более прямого обращения. Нам же пока «Братья и сестры!» никто не сказал.

Понятно, что это нелегко, талант искренности — самый редкий. Это вообще-то библейский термин: «искренний твой…» Я еще искренен с тобой, это значит — я еще твой друг, я тебя не предал.

Нет, этот талант у героя точно есть вопреки всему, вопреки профессиональной закрытости разведчика, политика, и он проявлялся в самые болевые моменты новейшей истории России.

Грозный, Видяево, Мюнхен… Три наиболее известные, запомнившиеся нам точки сборки, три момента истины. Почти предание.

«Мы будем преследовать террористов везде. В аэропорту — в аэропорту. Значит, вы уж меня извините, в туалете поймаем, мы и в сортире их замочим!»

«На телевидении есть люди, которые сегодня орут больше всех и которые в течение десяти лет разрушали ту самую армию и флот, на которых сегодня гибнут люди. Вот сегодня они в первых рядах защитников этой армии. Тоже с целью дискредитации и окончательного развала армии и флота! За несколько лет они денег наворовали и теперь покупают всех и вся!..»

«Я считаю, что зарплата у военных абсолютно нищенская. Поэтому я и сказал с самого начала, что мы должны иметь совсем другую армию. И не пыжиться. Считать, что мы должны иметь ... тридцать лодок, десять, но обеспеченных всем. Чтобы офицеры жили нормально... За те 100 дней, которые я являюсь президентом, я готов ответить. За все остальные 15 лет я готов сесть с вами на одну скамейку и задавать эти вопросы другим».

«Россию, нас, постоянно учат демократии. Но те, кто нас учит, сами почему-то учиться не очень хотят. Считаю, что для современного мира однополярная модель не только неприемлема, но и вообще невозможна. И не только потому, что при единоличном лидерстве в современном — именно в современном — мире не будет хватать ни военно-политических, ни экономических ресурсов. Но что еще важнее: сама модель является неработающей, так как в ее основе нет и не может быть морально-нравственной базы современной цивилизации».

Дело не только в том, что за этим следовали реальные дела. Практически все лидеры кавказских бандформирований 90-х отправлены в мир иной, хорошие ракетоносцы, подводные и воздушные, у нас есть, однополярного мира оппонентам создать пока не удалось, хотя впечатляющие попытки продолжаются.

Профессиональная обязанность документалиста проста — не лжесвидетельствовать. Вот мы и свидетельствуем, что герой на переломных, тяжелейших этапах истории остался собой, а не функцией. Маска не приросла к лицу, он остался искренним, это дорогого стоит.

Но особенность этих прорывов в том, что они всегда происходили в отчаянной, одинокой борьбе героя с толпой журналистов, которым такой герой, такой человек был не нужен. Он категорически не соответствовал ни заказу их начальников и работодателей, ни их собственному внутреннему мировоззренческому заказу.

Для подобной тональности разговора герою необходимо иметь хоть каплю доверия к человеку, стоящему по ту сторону камеры. Пока ничто этому доверию не способствует. С той стороны объектива все последние годы — или привычный цинизм, стёб, желчь, или подобострастие. Второе, как говорится, горше первого.

Одна из главных реалий времени, а может быть, и одна из главных опасностей для нашего Отечества — медиакратия. Огромная власть, сосредоточенная в руках пиарщиков, журналистов, телеведущих. Любого человека, особенно государственного, можно и приподнять, и опустить, для этого есть миллион способов.

Для полной победы медиакратии нужно сформировать общество, которое в глубине души считает себя сборищем мерзавцев. Нужны зрители, абсолютно медиауправляемые, которые смотрят ящик по пять-восемь часов в день, практически не читают книг и даже не пытаются делать выводы, основываясь на реальности, статистике, на личном опыте, а не на мнении телеведущего.

В сегодняшней информационной войне расклад сил ненамного отличается от того, что был во времена первой чеченской войны. Ту ситуацию стоит вспомнить и нам, и герою. Вся пресса, за малым исключением, отчаянно поносила собственную армию, власть, собственную страну. Одиноким державникам адресовались только желчь, злая ирония, проклятия, ненависть. «Повстанцам» и «борцам за независимость» — сочувствие, симпатия, сдержанное восхищение.

И они никуда не делись эти ребята, они по-прежнему у руля телеканалов и газет.

Все без исключения лидеры так называемой оппозиции, рожденные, увы, не в любви, а в пробирке пиартехнологов и в этом смысле полностью зависимые от медиасообщества, обречены вечно работать на публику. Чем хуже в стране, тем им лучше, растут их значимость и протестный электорат. Но в нас, обычных гражданах, упорно живет надежда, что хотя бы один политик в стране, Первый, будет работать не на публику, а на народ.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть