Карпа по осени считают

05.09.2014

Ирина АРСЕНЬЕВА, Курск — Белгород

Наличие рыбы в рационе — показатель здоровья нации. В 2013-м россияне в среднем съели на 2 кг рыбы больше, нежели в 2009-м. Конечно, возникли опасения, что ответные санкции сведут на нет наметившуюся отрадную тенденцию. Но в прошлом номере «Культуры» мы рассказали: власти готовят для отрасли пакет стимулирующих мер, а промысловики арктических и тихоокеанских морей готовы откликнуться на вызовы времени. Другой аспект решения проблемы — в ускоренном развитии культуры рыбоводства внутри страны. Продолжая изучать вопрос, наш корреспондент побывала в рыбхозах российской глубинки.

— Сегодня выращиваем по 150 тонн рыбы в год, но могли бы и больше — тонн по 250, — говорит Михаил Хижняков, директор Ушаковского рыбхоза, расположенного под Курском. — Мы даже помощи не просим. Главное — не мешайте.

Ушаковский рыбхоз стал заложником нового закона «Об аквакультуре». Пруды, которые с 1963 года принадлежали рыбхозу, вдруг оказались местами общего пользования. Конечно, рыбаки не преминули воспользоваться возможностью поудить на берегу водоема, где рыба так сама и просится на крючок. «Это все равно, что открыть охоту на свинокомплексе», — разводит руками Хижняков. Немалый ущерб предприятию наносят и браконьеры. Последний конфликт едва не закончился трагически для самого руководителя.

— Связали мне руки, бросили в машину и подожгли ее, — Михаил Иванович потирает красные отметины на запястьях. — Еле успел выбраться. 

Тем не менее оставлять любимое дело он не намерен. Осенью у ворот рыбхоза выстраиваются настоящие очереди — куряне приезжают за недорогой и качественной рыбой. Тут разводят карпа, толстолобика, белого амура и карася. Чтобы вырастить экземпляр, который не стыдно на стол подать, необходимо два-три года.

Личинку — так называют едва вылупившихся из икры мальков — привозят из Ростовской и Смоленской областей. Трехдневные рыбешки размером с кончик иглы, в ведре воды помещается около 50 000 таких малюток. За лето малыши обычно успевают набрать граммов по сто, в сентябре их отправляют в специальные зимовальные пруды. Весной рыбу снова переселяют, на этот раз в большие нагульные водоемы. К осени второго года карпы вырастают до килограмма. «Самая товарная рыба», — отмечает директор. Предприятие отпускает ее по 100 рублей за килограмм, перекупщики поднимают цену в полтора-два раза. Торговым сетям невыгодно связываться со свежей рыбой, поэтому для курян единственный шанс купить местный продукт — отправиться на рынок. Или обратиться на сам рыбхоз, тут работают как с оптовыми, так и с розничными клиентами. Чтобы карп набрал 2–3 килограмма, нужен еще год. Затрат больше, но такая рыба считается уже элитной и ценится гораздо выше.

Конечно, карп и толстолобик вряд ли заменят норвежского лосося. Но куряне могут поделиться опытом выращивания более ценных пород. Когда-то местная форель славилась на всю страну, а для того, чтобы на столе у партийной элиты была свежая осетрина или стерлядь, в Курск отправляли специальный самолет.

Рыбхоз «Спартак» работает и сегодня, хотя о былом процветании напоминают, кажется, только спокойная гладь водоемов да объявления и газетные вырезки, которые бережно хранит его руководитель. «Рыбный завод В.А. Ковальчукова, что в селе Васильевском Курского уезда, удостоенный на Всероссийской Нижегородской выставке большой серебряной медали, открыл продажу осетров, севрюжки и стерляди, а также живой икры рыб ценных пород...» — читает Леонид Кулдышев. Корни хозяйства уходят в конец позапрошлого века. Основоположником рыбного завода был местный помещик, который поставил тут все на широкую ногу. В прудах водились не только традиционные караси, лини, окуни, но и лосось, форель, таймень, сиг и гатчинская форель. Естественно, завод был известен далеко за пределами уезда.

Ни революция, ни даже Великая Отечественная не смогли осушить эти пруды. «И в оккупацию рыбхоз работал, — рассказывает Кулдышев. — Правда, на немцев. Местный крестьянин спустил один пруд, хотел насолить фрицам. Его демонстративно расстреляли...» В советское время завод производил по несколько тонн товарной форели в год. Но до магазинов эта рыба не доходила, оседая в холодильниках и на столах советской номенклатуры. Перестройка довершила то, что не удалось двум войнам и революции, — хозяйство оказалось заброшенным.

Леониду Кулдышеву пришлось восстанавливать его буквально по крупицам: расчищать пруды, строить преграды для паводковых вод, доставать «генетический материал» — рыбу, которая станет хорошим производителем. Сегодня предприятие работает по принципу замкнутого цикла: от получения икры до товарной рыбы. Правда, производит только стандартный для региона набор: карп, толстолобик и белый амур. Несколько лет назад Леонид Владимирович попытался возродить форелевое хозяйство. Привезенные из района Кисловодска представители царской рыбы в прозрачных проточных каналах чувствовали себя как дома. «По расчетам, на наших мощностях можно было производить не менее 7–10 тонн форели. Думали о производстве икры и личинки для нужд других хозяйств», — вспоминает наш собеседник. Но грандиозным планам не суждено было сбыться. Специальные корма для форели слишком дороги. Выручить мог бы мясоперерабатывающий завод, отходы производства которого отлично подходят для этой рыбы, но крупное предприятие в Курске закрылось, а доставка из других регионов оказалась нерентабельной.

В общем, чтобы сегодня успешно конкурировать на рынке, нужно предложить потребителям что-то особенное. Например, вскоре в магазинах могут появиться баночки с черной икрой белгородского происхождения. Несколько месяцев назад в Белгородской области запущен комплекс по производству осетрины и икры. К 2018 году компания собирается выйти на производство более чем 20 тонн осетрины и одной тонны черной икры в год. Как отмечают специалисты, эти продукты, выращенные в хозяйствах, являются единственной законной альтернативой добытым браконьерами.

Планирует выращивать осетра и палию и еще одна белгородская компания — ООО «Чистые пруды». Сегодня хозяйство успешно производит форель, постоянно расширяя свой рынок сбыта. Деликатесное мясо белгородской янтарной форели уже оценили жители Москвы,  Санкт-Петербурга и Ростова. 

Икру компания закупает в США. Хороший исходный материал могут предложить Франция и Дания, но не Россия. Увы, импортный материал позволяет получать одних самок, дело в том, что самцы уступают им по товарному виду, а значит — не радуют покупателей. После того, как икра проклюнется, мальки еще около четырех месяцев проводят в инкубаторе. Затем рыбешку переводят на уличное содержание. Но и тут малькам необходим круглосуточный уход: их только кормят 12 раз в день. Постоянно чистят ванны, так как рыба очень привередлива к качеству воды. Вода тут чистейшая — артезианская, ее добывают девять скважин. А для чистки бассейнов используют подводные пылесосы.

Цыплята-бройлеры на птицефермах достигают товарного веса в течение семи недель, поросята — примерно через полгода. Чтобы вырастить форель на продажу, необходимо ухаживать за ней не менее трех лет. Рыба — это «длинные деньги». Например, от подготовительных работ по производству осетра до товарной рыбы пройдет семь лет. И государственные инвестиции оказали бы серьезную поддержку бизнесу. 

Первые шаги уже сделаны. Год назад была принята программа «Развитие аквакультуры ценных пород рыб и других гидробионтов в Белгородской области на 2013–2015 годы и на период до 2020 года», предусматривающая субсидии на компенсацию части затрат на развитие аквакультуры.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть