Музей на огненной черте

31.07.2014

Нильс ИОГАНСЕН, Калужская область

Фото: Нильс Иогансен8 августа в военно-мемориальном комплексе «Зайцева гора» в Калужской области ждут министра обороны РФ Сергея Шойгу. К его приезду здесь готовятся, наводят лоск. Правда, внешний: на серьезный ремонт музея, находящегося в аварийном состоянии, денег пока нет.

250 километров от МКАД на юго-запад. Здесь с января 1942 года по март 43-го шли ожесточенные бои, Советская Армия штурмовала укрепления вермахта. Это южный край так называемого Ржевского выступа.

Два холма — собственно Зайцева гора (самая высокая точка Калужской области) и соседняя высота 269,8 господствуют над Варшавским шоссе. Вокруг — Шатинские болота. В ходе контрнаступления под Москвой именно до этого места дошли наши войска. И встали более чем на год.

Вдоль шоссе немцы насыпали валы из снега и земли, облив их водой, — и пехота не пройдет, и танки не «вскарабкаются». Построили множество огневых точек, а все проходы заминировали. Атаки частей РККА начались 5 января 1942 года.

«При штурме высот полегло очень много солдат. Списки есть только на 7–8 тысяч, которые лежат в «официальных» братских могилах. А сколько их тут еще… Из каждой сотни бойцов, которых поднимают поисковики, удается идентифицировать в среднем не более пяти человек», — объясняет директор музея «Зайцева гора» Валерий Негреску.

В окрестных болотах до сих пор множество бронетехники, недавно местный «олигарх», вооружившись металлоискателем за 700 тысяч рублей, нашел танк. Но инвестиции не окупились: машина так глубоко сидит в вязкой жиже, что ее не достать. Искатель не унывает: тут этого добра навалом.

Копают, не без того. Черные археологи здесь чувствуют себя вольготно, а официальные поисковики, наоборот, неуютно. «Местные власти не приветствуют работу «белых копателей», ведь поднятых ими бойцов нужно хоронить — выделять гробы, устраивать церемонии. А это деньги...» — объясняет местный житель Алексей.

Копательство — еще и способ выжить, работы-то мало. Мечта каждого мародера — обнаружить немецкий блиндаж. На месте укреплений можно кое-что найти: офицерский мундир (с пуговицами они ценятся), награды, бытовую мелочь...

Наши войска утюжили Зайцеву гору штурмовиками, бросали на нее танки. Бесполезно. Командование давило, требовало результатов, и тогда решили переключиться на соседнюю высоту 269,8. После множества атак холм приказали просто взорвать.

Идея «мины» (так в старину назывался подкоп под стену крепости, куда закладывали бочки с порохом) принадлежала саперу капитану Михаилу Максимцову. Он вспомнил, как Иван Грозный когда-то взял Казань, и предложил командованию воспользоваться опытом предков. Вот только генералы поняли по-своему: под высотку на глубине 15 метров прокопали лаз длиной более ста метров (от 150 до 400 — по разным источникам), рыли 47 человек — бывших шахтеров и метростроевцев. Двоих засыпало. А потом в «мину» притащили 25 тонн тола — кто-то явно страдал гигантоманией. Копали с 25 августа 42-го, подорвали 4 октября того же года.

«Вот она, воронка, сколько лет прошло, а все равно жуть берет. 90 метров в диаметре и 20 в глубину. Во всей округе в радиусе нескольких километров тогда сдетонировали минные поля», — говорит Негреску. Мы стоим на высоте 269,8, она же Фомино-1 — по названию некогда располагавшейся неподалеку деревни. На краю провала — безымянный памятник саперам, его поставили еще в советское время. Рядом кладбище, которое устроили поисковики. В основном могилы с табличками без фамилий… 

На немецкой аэрофотосъемке военных лет виден «кратер» лунного типа — последствия детонации 25 тонн тола. Высотку взяли. А через несколько дней немцы снова ее отбили. Дело в том, что они успели отвести войска, и мощный взрыв не нанес им существенного ущерба. Как узнали? Есть две версии: согласно первой, услышали шум под холмом и догадались, что русские делают подкоп, по второй — «мину» сдал перебежчик.

В советское время о Ржевской битве говорить не очень любили. Именно поэтому сам факт создания в 1972 году музея на Зайцевой горе вызывает огромное удивление. Например, в Полунино (высота 200, Ржевский район Тверской области) мемориал организовали только в 1987-м.

Как говорят местные жители, создание музея к 30-летней годовщине начала штурма Зайцевой горы «продавили» ветераны, которые дошли до самого верха. И там им помогли. Мы ведь мало что знаем про перипетии, которые случались в советской военно-исторической науке в начале 70-х. А они были. Например, известно про конфликт Брежнева с генералами: военачальники пытались запретить съемки фильма «Они сражались за Родину» — по их мнению, он дискредитировал наших полководцев. «Войну выиграли не генералы, а солдаты и полковники», — таков был вердикт Леонида Ильича, и картина в 75-м вышла на экраны. Хотя ее и пощипали цензоры.

Так и с музеем — половинчатость видна во всем. Стоит памятник, но что здесь было и когда — информации нет. Мемориальную стену с именами погибших установить тогда, сорок с лишним лет назад, запретили, только сейчас начали строить. Экспозицию велели делать по принципу «здесь шли ожесточенные бои», не более того. Благо с экспонатами проблем не возникло, каски и гильзы до сих пор чуть ли не под каждым кустом…

С советских лет в экспозиции мало что поменялось. Лишь добавились ранее запрещенные документы и книги о тех событиях. А вот сам музей изменился. Строение буквально разваливается, ремонта здесь не было с открытия, то есть уже 42 года. Оконные переплеты можно проткнуть пальцем — прогнили. Система отопления течет, ежедневно приходится откачивать из подвала по бочке воды. Стены облупились, покрытие полов отслоилось, а в комнате, где хранится архив с уникальными документами, сырость, так бумага долго не протянет. Правда, крыша цела. Пока.

Персонал музея — четыре человека, включая директора, — прилагает титанические усилия, чтобы спасти здание и экспозицию. Особенно зимой. «Система отопления у нас электрическая, стоят нагреватели, а ведь нередко бывают перебои с электроснабжением, дня на три-четыре, когда провода снегом порвет, это тут часто случается, линии изношенные. В 2015 году в деревню должны провести магистральный газ, вот только музей в плане подключения не значится — денег не выделили», — сокрушается Валерий Негреску.

Вот на тысячу квадратных метров плитки средства нашлись, ее сейчас спешно укладывают гастарбайтеры.

Вечный огонь к приезду Сергея Шойгу тоже зажгут. А вообще он не горит уже давно — и денег на газ нет, и кессоны под монументом пришли в негодность.

Фото: Нильс ИогансенА пока военно-мемориальный комплекс «Зайцева гора» закрыт. Директору просто стыдно водить туда людей, да и небезопасно это. Между тем в деревню постоянно приезжают родственники тех, кто в годы Великой Отечественной навсегда остался на Зайцевой горе.

«Лада» с самарскими номерами остановилась прямо напротив памятника, из нее вышел мужчина лет сорока. Разговорились. Его дед воевал в 170-м стрелковом полку в составе 58-й стрелковой дивизии. Летом 42-го пришло извещение — пропал без вести. Здесь, в районе этой «Высоты смертников». Двадцатипятилетний сержант, один из десятков тысяч. «Даже имени его нигде нет. А он тут погиб. Музей был хороший, сейчас в запустении. Плитку кладут, а имен героев нет — про людей забыли», — внук солдата достал из машины пару красных гвоздик и пошел к памятнику.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    Гусев Сергей 19.08.2014 18:55:24

    Автор явно духовный брат Сванидзе.
    Сидя на диване легко рассуждать постфактум ,что тут ошиблись ,здесь недосмотрели.
    Отвратительное впечатление от статьи.
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть