Руки помощи

01.07.2014

Ксения ВОРОТЫНЦЕВА

Их работа для обывателя незаметна. Многие ли знают имена людей, благодаря которым мы и сегодня можем любоваться иконами Рублева или картинами Боровиковского? Глава «Росреставрации» Владимир БРЯНОВ выступил с инициативой учреждения конкурса «Золотые руки России. Мастера российской реставрации». В число учредителей конкурса вошла и наша газета. А сегодня Владимир Иванович рассказывает «Культуре» о планах по возвращению профессии былого престижа.

Брянов: Мастера, восстанавливающие шедевры, — люди одержимые. Всю жизнь они получают скромные деньги. И в семьях нередко считаются неудачниками. Государство их никак не поощряет. Признание в лучшем случае достается директору фирмы. Наша премия задумана для восстановления справедливости. Хотим отметить конкретных мастеров — в первую очередь тех, кто оставит после себя реставрационную школу. Ведь сегодня населению прививается новое мышление: зачем, мол, делиться навыками, плодить конкурентов? Одному пожилому реставратору я прямо сказал: какие у тебя в 65 лет могут быть соперники? Нужно гордиться количеством учеников, а не мастерством, которое унесешь в могилу.

культура: Получается, можем потерять секреты ремесла?
Брянов: В Москве сейчас только один реставратор по коже. К счастью, она взялась обучать сына. Подобных мастеров не готовят в институтах. Специфика профессии такова, что многие знания передаются от мастера к ученику. Например, в Палехе дед мог писать иконы, а внук тер ему краски. Подобная семейственность почти ушла. Разве дочь выберет эту профессию, видя, как мать получает 10–15 тысяч рублей?

культура: Каких еще специалистов не хватает? 
Брянов: Например, тех, кто умеет делать искусственный мрамор, украшавший дворцы и колонны в дворянских усадьбах. На Руси его еще называли оселковым камнем. По сути, это особым образом свернутый гипс с характерным рисунком. Толщина всего 50 миллиметров. Подобный материал практически вечен: может эксплуатироваться до 300 лет. Требуется лишь покрывать воском и полировать. Венецианская штукатурка, пришедшая ему на смену, имеет толщину до трех миллиметров. У нее нет благородного величия мрамора. Зато получается дешевле и быстрее...

В прошлом году искусственный мрамор в России умели делать шесть человек. В этом — осталось пять. А школы так и не создано. И хотя технологии давно опубликованы, изготовить материал ни у кого не получается.

культура: Премия сподвигнет реставраторов делиться профессиональными секретами?
Брянов: Надеемся, что победители будут на базе «Росреставрации» проводить мастер-классы, курсы повышения квалификации для молодых специалистов. Кроме награды планируем вручать значок из золота. Не все таланты у нас популярны, как киноактеры, которых узнают на улицах. А так люди будут видеть: идет мастер «Золотые руки России».

культура: И сколько номинаций?
Брянов: Этот вопрос определит экспертное сообщество. Первый конкурс хотелось бы провести уже нынешней осенью. По его результатам собираемся выпустить альманах, где о каждом победителе будет небольшая статья с фотографией — чтобы человек мог принести книгу домой и показать ее близким, а владелец памятника знал, кого приглашать на реставрацию.

культура: Появятся ли еще какие-нибудь награды для реставраторов?
Брянов: Государство нас наконец услышало, причем это касается не только поддержки Министерством культуры инициативы проведения конкурса. Готовится положение об учреждении государственной награды «Почетный реставратор России». Возможно, «Золотые руки» станут своеобразным отборочным туром, и победителей нашего конкурса будут рассматривать как потенциальных кандидатов на госнаграду

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть