Свежий номер

Запуск «Пилота»

20.09.2018

Денис СУТЫКА, Иваново

Фото: Пресс-служба фестиваляЕлизавета Боярская переквалифицировалась в следователя, театральный режиссер Константин Богомолов взялся за «Содержанок», худрук Театра на Малой Бронной Сергей Голомазов возглавил «Хор», а Федор Бондарчук освоил профессию гинеколога. В Иваново завершился первый фестиваль отечественных киносериалов «Пилот», где было представлено около двадцати телепроектов.

Вполне вероятно, не все сериалы, представленные на фестивале, в итоге встанут в сетку ТВ, но, судя по интересу первого зрителя, большинство из них ждет долгая жизнь. По крайней мере на один сезон. Возглавил «Пилот» продюсер и режиссер Валерий Тодоровский. В попечительский совет вошли советник президента по вопросам культуры Владимир Толстой, генеральный директор кинокомпании «Студия ТРИТЭ Никиты Михалкова», председатель экспертного совета Фонда кино Леонид Верещагин, кинорежиссер и продюсер Федор Бондарчук, генеральный директор продюсерской компании COSMOS studio Александр Акопов, продюсер, руководитель кинокомпании «СТВ» Сергей Сельянов, директор кинокомпании «ПРОФИТ» Игорь Толстунов, генеральный продюсер компании «Среда» Александр Цекало.

Оценивало сериалы профессиональное жюри, а лучший проект выбирали зрители. По итогам фестиваля лучшей актрисой была признана Елизавета Боярская за роль следователя в сериале «Ворона», а народный артист России Юрий Стоянов получил награду за роль в «Вампирах средней полосы». Режиссер и сценарист Илья Куликов отмечен за лучший сценарий — к сериалу «Учителя». Лучшим продюсером стал Александр Цекало за проект «Алиби». Михаил Поляков награжден за режиссуру сериала «90-е. Весело и громко». Проект стал абсолютным лидером зрительского голосования.


Корреспондент «Культуры» пообщался с президентом смотра Валерием Тодоровским и продюсером Сергеем Сельяновым.


Валерий Тодоровский: «Началась новая эра кинематографа»

культура: Почему решили провести фестиваль «Пилот» именно в Иваново?
Фото: Пресс-служба фестиваляТодоровский: Смотр организовал не я, а исполняющий обязанности губернатора Ивановской области Станислав Воскресенский. Для этого у него есть вполне оправданные амбиции: он уже создал очень успешный фестиваль «Короче» в Калининграде. Возглавив регион, он подумал, а почему бы не сделать кинофестиваль в Иваново?! Здесь очень благодарный зритель. Киносмотров такого масштаба в городе не проводилось, а потому проект стал событием. Станислав Сергеевич собрал, как сам любит выражаться, «совет джедаев» — продюсеров Сергея Сельянова, Игоря Толстунова, Рубена Дишдишяна, Сергея Мелькумова, меня — и сказал: «Мне бы хотелось сделать фестиваль. Давайте подумаем, каким он может быть». Так родилась идея «Пилота». А потом губернатор предложил мне стать президентом смотра, так как я давно занимаюсь сериалами, люблю их, стараюсь делать проекты максимально честно и качественно.

Сериалы — очень актуальная тема. А вот фестивалей, им посвященных, у нас в стране нет. Это очень народная история, так как людям есть на что посмотреть. Профессионалам же интересно увидеть пилоты новых проектов, которые только через полгода, а то и год появятся на ТВ. К тому же у них есть возможность увидеть реакцию зрителя.

культура: Обычно первый блин, как говорится, комом. С какими сложностями вы столкнулись при организации?
Тодоровский: Мы как раз говорили с программным директором «Пилота» Егором Москвитиным о том, что это все не так просто наладить, так как индустрия — сложная штука. Есть продюсеры, которые делают проекты. Есть каналы — заказчики этих проектов, то есть покупатели. Для того чтобы показать пилот сериала, надо со всеми договориться. И подчас это непросто, даже если идея всем нравится.

«90-е. Весело и громко»культура: Как считаете, почему формат сериала пользуется популярностью?
Тодоровский: История с продолжением — как форма — существовала всегда. Скажем, Лев Толстой, безусловно, писал «Анну Каренину» как сериал. Вряд ли он рассчитывал, что ты сядешь и за вечер все прочтешь. Значит, ты будешь читать частями, останавливаясь в каких-то местах, а потом продолжать.

Это заложено в природе человека. Когда дети засыпают, им обычно рассказывают сказку. Хорошая бабушка всегда останавливается на самом интересном месте и говорит: «Если ты сейчас быстро заснешь, то завтра узнаешь, чем все закончилось».

Есть еще одно важное обстоятельство, уже связанное с современной жизнью. Большое кино сегодня чаще всего апеллирует к аттракциону. Такие жанры, как драма, триллер, да, в общем-то, и комедия, постепенно уходят с больших экранов. Если ты хочешь посмотреть настоящую драму, то скорее увидишь ее по телевизору. Если бы сегодня пришел молодой Коппола с проектом «Крестный отец», то никто бы не дал ему денег снять фильм. Но он бы получил их от Netflix и сделал сериал. Так же мала вероятность того, что «Таксист» Скорсезе сейчас вышел бы в широкий прокат, но он бы безусловно стал востребован на HBO.

Я считаю счастьем для киноиндустрии, что сериалы и носители развились до такой степени и заработали столько денег, что могут финансировать проекты, которые для полнометражных фильмов становятся неподъемными. Сегодня, насколько слышал, бюджет Netflix — шесть миллиардов долларов в год. Там сегодня работают Скорсезе, Иньярриту и другие известные режиссеры.

Сериальный бум, произошедший в Америке, связан с тем, что каналы настолько разбогатели, что смогли разойтись по интересам. В чем сегодня наша самая большая драма? У нас мало каналов, которые могут реально показывать и делать качественный продукт, ориентируемый на отдельную аудиторию. По идее, должны быть сериалы для пенсионеров, военных, подростков, продвинутых хипстеров и так далее. А мы делаем какой-то уникальный проект, который должны смотреть все, в то время как аудитории, по сути, не пересекаются.

культура: Неоднократно обсуждалась мысль о том, чтобы создать единую платформу, где был бы представлен контент всех российских телеканалов. Насколько это реально? 
Тодоровский: Я не реформатор и не занимаюсь такими вещами, но, мне кажется, будет очень сложно соединить всех под одной крышей. Есть конкуренция, есть ощущение, что мы лучше, а вы хуже. Как все это поделить и организовать? Это не ко мне.

«Алиби»культура: Сегодня крупные киносмотры открещиваются от сериальных проектов, пытаясь сохранить чистоту большого кино. В то же время люди во всем мире все чаще предпочитают смотреть фильмы дома. Если тенденция продолжится, не умрет ли прокат как таковой?
Тодоровский: Давайте по порядку. Большие фестивали относятся к Netflix и другим платформам по-разному. Например, Канн не хочет брать их фильмы. Организаторы настаивают: «Мы показываем только фильмы, выходящие в широкий прокат». О´кей, они отказались. А Венеция думает иначе. В частности, картина «Рома» Альфонсо Куарона, победившая недавно на Венецианском кинофестивале, сделана на Netflix. Мне кажется очень глупым отказываться от картины лишь потому, что она не шла в кинотеатрах.  

Что касается второй части вашего вопроса, сколько лет я живу, столько слышу о том, что кинотеатры вот-вот умрут. Вначале говорили, что прокат убьет ТВ, потом угрозу видели в видеомагнитофонах и DVD. Полагаю, люди, занимающиеся кинопрокатом, понимают, что делают. Большой зал с широким экраном, хорошим звуком и чувством коллективного просмотра — это нечто волшебное и незаменимое. Пока не вижу признаков, чтобы прокат умер.

культура: Вы работаете как в формате полнометражных фильмов, так и сериалов. В чем кайф от каждого из них?
Тодоровский: Я люблю оба формата. Очень высоко оцениваю сегодня возможность делать сериалы на самые серьезные темы самого высокого художественного уровня. Это же касается и кино.


Сергей Сельянов: «Надеюсь, смотр в Иваново станет значимым и востребованным»

культура: В чем Ваш интерес на фестивале?
Фото: Пресс-служба фестиваляСельянов: На фестивале я представляю Ассоциацию продюсеров кино и телевидения. Так как я занимаюсь общественно-индустриальной деятельностью, то придаю большое значение развитию индустрии в целом, всех ее направлений, в том числе и сериального формата. Чем могу, тем способствую. Участвую в регулировании законодательных направлений, борьбе с пиратством, развитии проката и так далее. Появление такого фестиваля очень органично сочетается с запросами современного зрителя, так как мы уже с трудом представляем свою жизнь без сериалов. В советское время их делали мало, но каждый становился событием. Потом к нам завезли «Санта-Барбару», «Богатые тоже плачут», «Рабыню Изауру». В конце 90-х начался бум отечественных проектов, таких как «Улицы разбитых фонарей» и так далее.  Думаю, для Иваново проект станет значимым и востребованным. Это правильная идея, продиктованная самой жизнью.

культура: Вы стали флагманом российский анимации, заняли свою нишу в жанровом кинематографе, являетесь бесспорным авторитетом в авторском кино, а вот сериальный формат Вас почему-то не привлекает...
Сельянов: Мы со студией «Мельница» производим анимационные детские сериалы. Только что состоялась премьера мультсериала «Царевны» в копродукции с СТС — рассказ о приключениях пяти девочек, чьи образы созданы на основе героинь русских народных сказок. Но нельзя объять необъятное, хотя девиз кинокомпании «СТВ» с момента ее основания — «Пусть расцветает сто цветов». Мы действительно делаем разное кино и анимацию. Что касается обычных сериалов, то мы с партнерами производим и их, но в небольших объемах.

культура: Сейчас в прокат выходит фильм Наталии Мещаниновой «Сердце мира», получивший Гран-при «Кинотавра». Чем Вас как продюсера привлекла эта история?
Сельянов: Мы познакомились с Наталией во время работы над «Аритмией» Бориса Хлебникова, где она была соавтором сценария. Человек очень талантливый, со своим чувством кино, острым чувством жизни, со своей правдой и сомнениями. Если есть талантливый человек с сильным сценарием, если ты вообще расположен поддерживать авторское кино, то что еще надо? Это был тот самый случай. 

Действие «Сердца мира» происходит в нетипичном для нашего кинематографа месте: на притравочной станции, где натаскивают собак на норного зверя. Тема, я бы сказал, провокативная, так как параллельно бурно обсуждается законопроект и решается вопрос, насколько вообще этична такая охота.

С другой стороны, это история про людей. Главному герою легко с животными, и он хочет, чтобы так же у него получалось с людьми, а это непросто. Его стремление войти в семью человеческую — очень трогательное, тонкое, волнующее. Меня это зацепило. Сейчас показ «Сердца мира» с успехом прошел в Торонто. В конце сентября поедет в Сан-Себастьян — на  фестиваль, который очень редко привечает российских режиссеров. Последним был Валера Тодоровский с картиной «Любовник». Это очень хороший знак.

«Сердце мира»культура: Герой «Сердца мира» тяжело сходится с людьми, а Вам, если не секрет, легко находить общий язык с коллегами?
Сельянов: А чего мне сходиться? Нравитесь вы мне как человек или нет, не имеет никакого значения. У нас более высокая цель. Чтобы сделать качественный проект, нам необязательно дружить и любить друг друга. Приятно, конечно, если так возникает химия, но главная химия заключается в самой картине. Сначала вы придумываете проект, разрабатываете его и вроде бы как-то им управляете. Но как только он обретает некоторые очертания, то уже фильм управляет вами, и вы должны слышать его, а не себя.

Серьезные, авторские фильмы — это тяжелый хлеб для продюсера. Во всем мире авторское кино, за исключением, может быть, Франции, показывает далеко не те результаты, что так называемые блокбастеры. Тут мотивации как у продюсеров, создателей авторского кино, так и у самого зрителя другие. Ясно, что такие проекты часто убыточные. Например, «История одного назначения» собрала 25 миллионов рублей, а зрителей за десять  дней проката — около семи тысяч. Это мало. А картина сильнейшая!

культура: Кажется, «Аритмию» Бориса Хлебникова, которую Вы продюсировали в прокате, посмотрели более 300 000 зрителей...
Сельянов: Да, и это были очень хорошие результаты.

культура: В начале 2000-х в одном интервью Вы сказали, что авторское кино будет становиться все более популярным по мере интеллектуального развития зрителя. На Ваш взгляд, аудитория сделала шаг вперед?
Сельянов: Я считал, что с ростом общего количества зрителей будет расти примерно пропорционально и количество поклонников авторского кино. На самом деле этого не произошло. В 2000-х цифра в 50 000 зрителей была хорошим показателем, такой она остается и сейчас. За последние два года лишь три картины — «Нелюбовь», «Довлатов» и «Аритмия» — показали хорошие результаты. Хочется верить, что это не случайность.

культура: По-Вашему, что должно произойти, чтобы зритель стал больше смотреть авторское кино?
Сельянов: Это достаточно мудреный вопрос. Во-первых, имеет значение то, что в кинотеатрах нужно платить деньги. Одно дело — отдавать их за развлечения: потратил какую-то сумму и тут же получил приятные эмоции. Другое дело, платить деньги за то, что тебе придется думать, чувствовать дискомфорт, задаваться вопросами из серии «а правильно ли я живу?». Возникает естественный барьер. Во-вторых, к примеру, во Франции кинематограф изучают в школах. Естественно, зритель на выходе обладает большим багажом знаний и определенным культурным уровнем. Ведь, по сути, авторское кино — тоже развлечение, сравнимое с симфонической музыкой или оперой. Если ты достаточно развит, начитан и насмотрен, то можешь получать наслаждение от киноязыка, ритма картины и самого содержания.

А потом есть еще такой нюанс. В Советском Союзе Андрей Тарковский вырастил своего зрителя, и к концу его карьеры их было около трех миллионов. По нынешним меркам — сокрушительная цифра. И не только у Тарковского была такая большая аудитория. Он вызывал много вопросов у думающих людей. Многим хотелось почувствовать правду, свободу. Слава Богу, сегодня ситуация не такая одномерная, как при СССР. И если для того, чтобы повысить популярность авторского кино, нужно вернуться в советское время, то я категорически против. Да, большие художники, как показывает жизнь, часто раскрываются именно в условиях давления, ограничения, жесткой цензуры. Но, повторяю, вряд ли это нужно стране.

культура: На фестивале «Зеркало» показали предпоследнюю картину Тарковского «Ностальгия». Зал полон молодежи. Но на вопрос, почему вы здесь, некоторые восклицали: «Ну как же?! Это же Тарковский!» И при этом практически никто из них не мог вспомнить имя и отчество режиссера. У Вас нет ощущения, что появилась мода на интеллектуальную тусовку?
Сельянов: Слово «мода» — очень верное. Кинофестивали — важная часть индустрии, но тем не менее к производству фильмов она большого отношения не имеет. Например, на Берлинский кинофестиваль невозможно попасть. Залы забиты. У входа люди часами стоят в поисках лишнего билетика. Фестиваль заканчивается, на следующий день фильм-победитель выходит в прокат, и в зале никого. Понимаете — никого! Говоря об авторском кино, я всегда привожу в пример Францию. Там есть большая забота о своей культуре и языке. Они вкладывают очень много денег и усилий на их поддержание и развитие. Там просто невозможно не посмотреть какой-то хороший авторский фильм, иначе в обществе ты будешь выглядеть белой вороной. Происходит эдакий модный террор.


Фото на анонсе: Пресс-служба фестиваля


Распечатать

Поделиться

Назад в раздел