Последняя осень Жени Табакова

28.11.2013

Татьяна УЛАНОВА, Ногинск-9 — Черноголовка, Московская область

Фото: PHOTOEXPRESS Пять лет назад, 28 ноября 2008 года, в первый день Рождественского поста, в подмосковном военном городке Дуброво (Ногинск-9) был зверски убит семилетний Женя Табаков. Ценой собственной жизни он спас старшую сестру от насильника. В 2009-м мальчика посмертно наградили орденом Мужества. В этом году перед школой № 83, которая теперь носит имя Е.Е. Табакова, установили монумент маленькому герою. А у его безутешной мамы подрастает малыш, очень похожий на Женю...

«Я смогу побороть взрослого мужчину?»

— Приезжаю с работы. Захожу в комнату, а там — только стулья. И гроб... Я в холодном оцепенении. Заглядываю, а в гробу — Женя. Я как закричу!.. Проснулась. Плачу. На работе рассказываю — все плачут со мной. А сама успокаиваю себя: не может быть, не может быть...

Вещий сон случился задолго до трагедии. А за два дня до того страшного вечера Женя напросился с мамой на прогулку, и у них состоялся такой разговор: 

— Мам, а что со мной будет, если я умру? Я в кого превращусь?

— Сынок, если с тобой что-то случится, я не переживу.

— Ну, а все же?

— Если будешь себя плохо вести, обижать нашего кота, то сам превратишься в кота. И тебя тоже будет обижать какой-нибудь мальчик. А будешь хорошо себя вести — Боженька тебя заберет.

— Мам, а я смогу побороть взрослого мужчину?

— Нет, сынок. У вас разные весовые категории.

— А если я буду каждый день отжиматься?

— Сыночек, ты просто еще очень маленький...

Фото: РИА НОВОСТИЗачем был тот странный разговор? Почему все так произошло? За что? Ответов на эти риторические вопросы Галина Табакова не найдет никогда. Пять лет без сына — как целая вечность.  

— Это в поезде, возвращаемся от дедушки... День рождения Жени, шесть лет... Последнее лето, с Яной на озере в Черноголовке... Последнее 1 сентября... У Жени всегда была расческа, ложечка для туфелек. Игрушки аккуратно сложены. Он очень любит порядок...

Галина раскладывает на столе фотографии сына и, рассказывая, то и дело сбивается на настоящее время. Формула «время лечит» в такой ситуации не работает. Галина родилась в семье военных, выросла в Дуброве. Вечерами любила совершать пробежки. В выходные с детьми ходила через лес на источник. В городке всегда было тихо, спокойно. И до сих пор здесь на окнах первого этажа редко увидишь решетки, подъезды не закрываются, на лестничных площадках ночуют велосипеды и санки, а на улице мамаши безбоязненно оставляют коляски...

Когда-то городок был закрытым. Но теперь спецкору «Культуры», например, достаточно было предъявить журналистское удостоверение и паспорт. Никаких предварительных заявок. Вход в Дуброво — через КПП. Посторонняя машина не проскочит. Но человек не машина — элементарные дырки в заборе никто не отменял. 

«Ну какой сволочной народ!»

Убийце Жени Табакова лазейка была не нужна — отсидев очередной срок, он приехал в Дуброво на общих основаниях, к маме и брату. 

— Достав из открытого почтового ящика письмо, Сергей Кияшко позвонил в квартиру на первом этаже, — восстанавливает хронологию преступления следователь-криминалист Управления криминалистики Главного следственного управления СК РФ по Московской области (в 2008 году — следователь по особо важным делам следственного отдела по Ногинску) Александр Белянин, которому на 28 ноября выпало суточное дежурство. — Яна из-за двери сказала, что мамы нет. Но преступник был настойчив: ничего, отдам письмо вам. Войдя в квартиру и убедившись, что дети дома одни, он повел Яну в ванную. Сделал из полотенца веревки, связал девочке руки, ноги. И потребовал рассказать, где лежат драгоценности. А когда сам ничего не нашел, развязал Яну. Чтобы помогла.

Брать в квартире было откровенно нечего — золотые серьги и цепочка Галины, копеечная бижутерия Яны. Плюс купюра в 500 рублей. Поняв, что больше поживиться нечем, рецидивист оглядел милую 12-летнюю девушку. Остальное было делом техники — первый раз Кияшко попал за решетку в 17 лет. Именно за изнасилование. Столько же в общей сложности провел в местах не столь отдаленных. Снова связав девочке руки (на этот раз — шнурком от мешка для сменной обуви), он стал снимать с Яны джинсы. В это время в комнату вошел Женя: «Уходи! Или я буду защищаться!»

— Кияшко стал угрожать девочке ножом, требовать, чтобы она прогнала брата, иначе он его убьет, — продолжает следователь Белянин. — Мальчик побежал на кухню, схватил небольший нож и повторил: «Уходи! Или я буду защищаться!» Кияшко не реагировал. И тогда Женя нанес ему три удара в спину.

Свитер на Кияшко был толстым, нож — маленьким. Выбив у Жени несерьезное оружие, Кияшко погнался за ребенком. И только в этот момент семилетний мальчик испугался — залез на кровать, прижался лицом к стене...

Полуголая, со связанными руками, Яна выбежала из квартиры. Девочка кричала, стучала. Наконец на четвертом этаже открылась дверь и женщина спросила, что случилось. Потом выскочила на балкон и крикнула прохожим, что в квартиру ворвался маньяк. Молодые ребята поднялись на четвертый этаж, предполагая, что трагедия случилась там. А когда спустились на первый, дверь в квартиру Табаковых уже была нараспашку — преступник ушел. 

— Позже один из соседей — красивый, здоровенный, распальцованный мужчина, явно не из военных, возмущался: «А что вы от меня хотите? Я смотрел телевизор, ничего не слышал... А если б и слышал — вышел бы, что ль?»

Директор школы № 83 в Ногинске-9, учитель с большим стажем работы и офицерская жена, Наталья Ивановна Креузова не скрывает эмоций.  

— Мы всю жизнь здесь! Никогда такого не было: чтобы не выйти, не помочь! Да вы о чем?! Вечер. Все дома. Раздетая девчонка бегает по подъезду и кричит: «Спасите!..» Нет, ну какой сволочной народ!

Завернув Женю в одеяло, полицейские сами доставили его в больницу недалеко от дома. Но спасти истекающего кровью мальчика, получившего в хрупкую спинку восемь ножевых ранений, — медицине не под силу. 

— Кияшко показал, как совершал преступление, — Александр Белянин открывает на компьютере страшные снимки. — Мальчик забился к стенке, а убийца, опершись коленом на кровать, наносил ему в спину удары. Общая длина ножа была более 20 см, а клинок такой, что на груди Жени образовался натечный кровоподтек — нескольких миллиметров не хватило лезвию, чтобы пройти насквозь.

Почему дети были одни?

Весть о трагедии в Подмосковье моментально облетела страну. Информагентства соревновались в скорости передачи подробностей. Военный городок Ногинск-9 в лентах превратился в обычный Ногинск (это все равно что Арзамас-16, нынешний Саров, назвать просто Арзамасом). О Жене писали, будто он из семьи военных врачей. А правда в этой истории очень нужна.

Родители мальчика развелись, когда ему было три года, Яне (дочери Галины от первого брака) — восемь. Папа-сантехник семье не помогал. Даже раздражался, когда дети (Яну он удочерил) прибегали, просили денег. На хлеб молодая женщина зарабатывала сама. Изредка доставляя детям удовольствие: мультики в ногинском кинотеатре, дельфинарий — тогда еще на Семеновской, зоопарк, прогулки по Москве-реке. Единственный раз удалось отдохнуть в Турции — любимый мужчина купил путевку. «Сама бы никогда не смогла заплатить за троих 50 тысяч», — признается мама Жени. Но и с этим человеком совместная жизнь не задалась. В 2008-м году Галя работала на игровых автоматах в одном из московских казино. Платили прилично. Но трудиться приходилось сутки через двое. Такая сермяжная правда. А что было делать? Как растить детей? Бабушек нет. Няня не по карману... — Яна, конечно, очень выручала. Когда Женя был в садике, отводила и забирала. Пошел в школу — помогала с уроками. Она ответственная. Я не боялась оставлять их вдвоем. Обычно вечером звоню — Яна докладывает: «Помылись, ложимся спать». Утром: «Встали, собираемся в школу»... Но все равно каждый раз предупреждала: дверь никому не открывайте! Тем более, есть глазок. И ведь сначала она не открыла. А тот обошел соседей и снова вернулся...       

— Дети есть дети, — вздыхает Татьяна Ивановна Щетинина, педагог начальных классов, у которой училась Яна, а потом Женя. — На уроках ОБЖ мы твердим об этом каждую неделю: никому! ни при каких обстоятельствах! что бы ни говорили!.. И они все знают. И отвечают на занятиях правильно. А остаются дома одни — и обо всем забывают.

Помогали всем миром

«С Женей несчастье!» — когда мальчика увезли в больницу, соседи позвонили Галине.

Пятница. Вечер. Таксист летел по встречной полосе. Но помочь сыну Галя уже не могла. Пережив чудовищный стресс, начала заикаться. Стала выбрасывать и раздавать мебель, чтобы уехать из несчастной квартиры, находиться в которой было невыносимо. И плакала, плакала... 

— У Жени была плоская переносица, я любила целовать ее: «Ты мой лягушоночек!» Смешной, нежный. Однажды напекла блинов. Спрашиваю: «Ну что, вкусно?» — «Да, мам, очень. Особенно сгущенка»... Вечером ляжет спать, полежит в своей кроватке, а потом ко мне бежит. Я шутила: «До армии будешь со мной спать?» А сама до последнего целовала ему пяточки...

— А как Яна пережила случившееся?

— Она стала больше общаться с девочками. Я убивалась, плакала. А дочь говорила: «Ну ладно, я пошла гулять». Мне было так больно: «Яна, неужели ты не переживаешь?» — «Хочешь, чтобы я села рядом с тобой и рыдала?» Я и сейчас часто признаюсь: «Так скучаю по Жене». Хотя и стараюсь эту тему не затрагивать. Яна даже на кладбище не ездит. Считает, что она во всем виновата.

— В день похорон я построила всех в спортзале, — вспоминает Наталья Ивановна Креузова. — Стою. Заплаканная вся, конечно. «Ну что, вам объяснять, куда мы идем? Или и так понятно?» Школа стояла мертвая. Тихо выстроились, пошли к дому Жени. Никто слова не проронил... Это не первая смерть у нас. Дети гибли, тонули, умирали от рака. Но такого зверского убийства не было... Восемьсот учеников встали по обе стороны дороги от Жениного подъезда до КПП, бросали цветы и плакали. А я помню, увидела Женечку в гробу — от ветра волосики разлетелись, казалось: спит мальчик, сейчас встанет. Рассказываю, а у самой мурашки по телу...

Узнав о случившемся, жители городка приносили деньги на похороны. Чужие люди присылали посылки. Из соседней Черноголовки приехали с конвертом: «Это вам из детского садика». А когда встал вопрос о том, чтобы Гале с Яной куда-то переехать (квартира в Дуброве была служебной), Лидия Антонова, в то время министр образования Московской области, призвала сотрудников ведомства перечислить дневной заработок на счет Галины Табаковой. Потом и учителя Подмосковья перевели кто сколько мог. Так собралась сумма на приличную квартиру в Черноголовке. Даже на ремонт осталось. Мебель на свои личные деньги купил тогдашний мэр наукограда Юрий Филиппов. А когда казино и залы игровых автоматов закрылись, глава Следственного комитета РФ Александр Бастрыкин устроил Галю на работу. Он же предложил подать документы на награждение Жени орденом Мужества. Благодаря Бастрыкину в школе сделан хороший ремонт. Ассоциация любителей оружия собрала на своем сайте средства и установила памятник на могиле Жени. Бесплатно работал скульптор Александр Рожников, решивший создать монумент у школы. Ни копейки не взяли мастера, отливавшие фигуру Жени с голубкой и вороном. За бронзу заплатил губернатор Подмосковья Андрей Воробьев. Ежегодно в конце ноября в школе № 83 проходят спортивные соревнования памяти Жени Табакова. А ко дню его рождения, 6 марта, в области проводится творческий конкурс. Ребята пишут сочинения и стихи, рисуют. И спрашивают учительницу Щетинину: «А мы еще будем смотреть фильм о Жене?»

— Весь мир откликнулся, — утирает слезы Галина. — Я думала, так не бывает. Спасибо большое всем. Александр Иванович Бастрыкин и Олег Николаевич Остапенко (бывший командующий космическими войсками, теперь — глава «Роскосмоса». — «Культура») до сих пор приезжают с подарками, поддерживают.

Усыновленное зло

Александр КуренковРазыскивать преступника в Ногинске-9 начали незамедлительно. В городке  развесили ориентировки. К поиску были привлечены военнослужащие. Но обнаружил и обезвредил Кияшко офицер космических войск Александр Куренков. На следующий день после убийства Жени он приехал на дачу недалеко от Дуброва и увидел на участке следы и кровь. Окно в доме было разбито. Выманив Кияшко из укрытия, подполковник скрутил его и позвонил в милицию. Офицера наградили медалью. Все вынесенное из квартиры Табаковых было возвращено Галине. Все, кроме сына. 

В ходе следствия выяснилось, что Кияшко был причастен еще к одному эпизоду в Дуброве — обманным путем, показав в глазок торт и цветы, он проник в квартиру к женщине, сорвал цепочку. Но сотрудник милиции отправил дело мировому судье, посчитав, что потерпевшая не сильно пострадала — «всего лишь» получила побои. К тому же женщина по вызову не явилась — дело закрыли. А поинтересуйся страж порядка биографией рецидивиста — и Женя остался бы жив.     

28 августа 2009 года, когда должно было состояться предварительное слушание, из сизо в суд поступила телефонограмма: Сергей Кияшко обнаружен в камере повешенным на простыне. И только после смерти рецидивиста в городке стали открыто обсуждать прежде закрытую тему: Кияшко рос в семье военных, последние два года даже учился в местной школе. Но оказалось, он был усыновлен в раннем детстве и имел, по выражению местных жителей, очень плохую генетику — родителей-алкоголиков лишили родительских прав, родные братья и сестры тоже были судимы. Зло передавалось по цепочке, как электрический ток. Разряд ударил в светлого, чистого, отважного мальчика...

Приемную маму Кияшко, много лет назад пожалевшую забитого детдомовца, в Дуброве давно не видели. Не хочет бывать в военном городке и Галина Табакова. Тяжело встречаться с одноклассниками Жени. Живет и работает она теперь в Черноголовке. Галя вышла замуж и родила сына, которого окрестили в честь Николая Чудотворца. Ему уже два с половиной года. И он очень похож на Женю...

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий

Комментарии (1)

  • alt

    ЛИБ 29.11.2013 09:33:02

    Такое возможно только при либерализме.
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть