Рис Ифанс — «Культуре»: «Каждому поколению нужен свой Человек-паук»

29.06.2012

Заира ОЗОВА

Человек-паук вернулся в новом обличье: с 5 июля (а в залах IMAX уже с 29 июня) в наших кинотеатрах один из самых знаменитых комикс-героев снова будет одолевать врагов, летать на паутине над Нью-Йорком и бороться со своими комплексами. Мы встретились с Рисом Ифансом, который сыграл злодея в «Новом Человеке-пауке», и обсудили с ним его героя — доктора Курта Коннорса, превращающегося в трехметрового Ящера.

Прославившись еще в 1999 году после запоминающейся роли в «Ноттинг Хилле», блистательный валлиец Ифанс, наконец, дорос до главных ролей. За последний год он появился на наших экранах, солируя в ретро-байопике «Мистер Ганджубас» и в большом студийном проекте «Аноним». Но все же нельзя не признать, что лучше всего у мистера Ифанса получаются роли злокозненных неудачников: таким был его Ксенофилиус Лавгуд в «Гарри Потере и Дарах Смерти», таким вышел и доктор Курт Коннорс в «Новом Человеке-пауке».

культура: Нельзя сказать, что Ваш персонаж воплощает абсолютное зло. Он, как и многие отрицательные герои в фильмах о Человеке-пауке, просто сошел с ума по уважительной причине, не так ли?

Ифанс: Да, ведь поначалу ничего не предвещало… Вы видите доктора-генетика с одной рукой, который из лучших побуждений пытается помогать людям, как и он сам, лишенным конечностей. Вроде бы персонаж, достойный сочувствия. Тем более что он вовсю старается двигать науку вперед. Но при этом так усердствует, что совершает непростительную ошибку.

культура: То есть он еще и жертва?

Ифанс: Ну, может, и не жертва, но он тоже страдает. Курт всегда старался использовать силу во благо, но в какой-то момент у него сбились прицелы и понятие «благо» обрело совсем уж размытые очертания.

культура: Кто вдохновлял Вас при создании этого образа?

Ифанс: Герои классической литературы. Один из самых очевидных примеров — доктор Джекилл и мистер Хайд. Превращения в Ящера становятся для доктора Коннорса своего рода актами эскапизма. Ящер — это его альтер эго, как мистер Хайд для доктора Джекилла. В образе рептилии Курт становится сильным, храбрым и юрким — конечно, после этого мало кому захочется возвращаться в тело субтильного безрукого профессора.

культура: Вы, такой умелый актер с театральной подготовкой, как чувствовали себя в роли компьютерного персонажа? Ведь, чтобы сыграть Ящера, Вы были вынуждены расхаживать по площадке с датчиками motion capture на лице и теле.

Ифанс: Это крайне увлекательно! Тем паче что технология заметно шагнула вперед. Мне на лице нарисовали подробнейшую «цифровую карту» — около 5000 точек. С такой скрупулезностью невозможно упустить даже малейшее движение мускула. А потом на всю эту картину наложили изображение Ящера. Признаться, меня иногда передергивало, когда я узнавал на лице огромной хищной рептилии свои мимические выражения. Что касается остального тела… Первую пару дней мы использовали огромного парня в качестве модели для CGI. Его параметры наложили на мою пластику — в итоге Ящер, эта исполинская детина, двигается так, как я и задумывал.

культура: А как же хвост? Вы ведь должны были воображать его присутствие. Это как-то повлияло на Вашу пластику?

Ифанс: Иногда и вправду приходилось представлять, что у меня хребет тянется до самого пола. А иногда все было проще — я ходил по площадке с огромной палкой, приделанной к моему костюму. Это комический вариант для тех, у кого с воображением проблемы.

культура: В русском прокате фильмы дублируют, но в трейлере Ваш доктор Коннорс разговаривает с английским акцентом. Кому пришло в голову сделать героя британцем?

Ифанс: Ну, он работает в большой корпорации, которую сам же и основал. Действие происходит в недалеком будущем, и логично предположить, что корпорация эта многонациональна. Сделав своего героя англичанином, я вроде как отдал дань пресловутым «британским ученым», которые часто играют решающую роль в важнейших научных открытиях. Настолько часто, что стали героями анекдотов.

культура: Вы были знакомы с комиксом-первоисточником, до того как получили роль?

Ифанс: Когда я был ребенком, я страшно «перся» от Человека-паука. Постоянно хотел наряжаться в его костюм. Не сказать, что я в итоге вырос в оголтелого почитателя комикс-культуры, но Человек-паук мне нравился всегда. В этой истории ботана, которого в школе достают сверстники и который в итоге обретает суперспособности, кроется довольно сложная метафора пубертатного взросления. Он ведь сильно отличается от, скажем, Бэтмена-миллиардера, который сидит на куче денег и бесится с жиру. Нет, Питер Паркер — обычный подросток, и все его мотивации далеко не супергеройские. Вот это мне в нем бесконечно импонирует.

культура: И все же почему именно сейчас понадобилось перезапускать франшизу, которая с успехом покоряла кинозрителей не так давно?

Ифанс: Это архетипичная мифологическая история, которую должно для себя открывать каждое поколение. Первый фильм о Человеке-пауке вышел десять лет назад — подросткам, которые тогда взахлеб смотрели трилогию Сэма Рэйми, сейчас самим впору рожать детей. Зрителям каждого поколения нужен свой Человек-паук, который мог бы разговаривать с ними на их языке.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть