Большой экран с Дарьей БОРИСОВОЙ

27.01.2012

Дарья БОРИСОВА

«ПОТОМКИ», 120 мин. США, Fox Searchlight
Режиссер — Александр Пэйн 
В ролях: Джордж Клуни, Джуди Грир, Мэттью Лиллард, Шэйлин Вудли 
В прокате с 26 января

Полторы недели назад «Потомки» отхватили два «Золотых глобуса» — за лучший фильм в категории «Кинодрама» и за лучшую мужскую роль, исполненную Джорджем Клуни. Теперь, когда картина добралась до наших экранов, стоит признать: аккредитованные в Голливуде коллеги не промахнулись с призами. Рассказанная в фильме история кажется частной, семейной, но на поверку в ней, как океан в капле, отражается глобальная беда. Это не новый прием; немало наблюдений за разложением человечества, завораживающих апокалипсисов мы видели в последнее время. Удивителен финал «Потомков»: в нем есть ощущение, что беду можно избыть. И это не банальный американский хеппи-энд. Похоже, автор уверен: почти скинутый с корабля современности институт Семьи еще не отжил свое.

А к началу фильма у героя Джорджа Клуни все хуже некуда. «Почему мои женщины стремятся к саморазрушению?» — недоумевает богач и красавец Мэтт Кинг. Жена со скуки пристрастилась к водным лыжам, свернула себе шею и лежит в коме без надежды на выздоровление. Старшая дочь пьет, гуляет, демонстрирует полное презрение к семейным проблемам. Младшая грубит одноклассникам и учителям, отца в грош не ставит. В довершение всего Мэтт узнает, что незадолго до катастрофы жена изменила ему с соседом — ничтожным и трусоватым агентом по недвижимости. Оказывается, его родственники просто зашлись в праздности, пока он годами вкалывал, сохранял для семьи свою долю наследства. «Разве смысл брака не в том, чтобы облегчать путь своему спутнику?» — снова задается он наивным вопросом, глядя в неподвижное лицо жены. «Как вы со мной разговариваете?! Для вас что, совсем нет авторитетов?» — это уже дочерям. Жизнь заставила проснуться, выйти из-за офисного стола к семейному очагу — а очаг-то почти потух. Семейство Кингов — потомственная гавайская аристократия. В их владении были километры золотоносной курортной земли. Кузены Мэтта, полуспившиеся лентяи, собираются продать последний актив — прекрасную дикую территорию у океана. Но Мэтт отказывается расставаться с наследством прабабки — гавайской принцессы, вступившей в союз с белым американцем. Это решение зреет в нем постепенно, словно наперекор той коррозии, что проступила в его доме.

Роль Клуни выпала труднейшая. Мэтт Кинг — и обманутый муж, и отец-одиночка, и, неожиданно для себя, новый глава клана. Испытав унижение по мужской части и почти потеряв связь с родными детьми, он начинает обратное, центростремительное движение. Мудрость картины Пэйна в каких-то очень простых вещах. Например, в том, что отдалившихся родных сближает общая беда. Мэтт и девочки ищут злополучного соседа — просто чтобы посмотреть ему в глаза, попытаться понять, зачем он был нужен их жене и матери. И неожиданный разворот Мэтта — к сохранению земли предков, к интересам большой Семьи — отнюдь не моралите, а естественное движение человека, ощутившего холодное дыхание одиночества. «Потомки» — про нашу жизнь, в которой дом подчас больше напоминает гостиницу, чем крепость. Но картина Пэйна и о том, что никто не отменял роли личности в семейной истории. Джордж Клуни сыграл подлинного отца, мужчину — способного понять, простить и начать новый отсчет времени.

«ОПАСНЫЙ МЕТОД», 94 мин. Великобритания, Франция, Германия, Швейцария, Канада. Recorded Picture Company, Lago Film, Prospero Pictures
Режиссер — Дэвид Кроненберг 
В ролях: Майкл Фассбендер, Вигго Мортенсен, Кира Найтли, Венсан Кассель 
В прокате с 26 января

Можно было предположить, что рано или поздно Дэвид Кроненберг — исследователь темных глубин души — обратится к образам отцов-основателей психоанализа. Но такого скромного в художественном плане фильма от него вряд ли кто ожидал. История отношений Зигмунда Фрейда, Карла Юнга и Сабины Шпильрейн могла бы стать коммерческим хитом, но для этого стоило хотя бы выдержать жанр. «Опасный метод» вибрирует между мелодрамой и анекдотом. Когда актеры играют любовь — смешно, а шутки на тему сексуальных и национальных пристрастий Фрейда отдают чем-то малоприличным.

С первых же кадров ужасает Кира Найтли. Она кривляется весь фильм, и премия «Золотая малина» за худшую женскую роль года была бы актрисе адекватной наградой. Поначалу-то ее героиня — пациентка доктора Юнга, но даже этот факт не примиряет с необходимостью наблюдать гримасы и судороги. Майкл Фассбендер в роли Юнга, напротив, избег всяческой аффектации, хотя авторы много чего «веселенького» припасли для его героя: то он сметает себе в тарелку несметное количество еды в гостях, то хлещет плеткой полуголую коллегу. Тернист путь исследователя. Перспективный метод приходится испробовать на себе. Впечатленный разработками модного венского доктора Фрейда, Юнг применяет приемы психоанализа в лечении новой пациентки. Барышне становится настолько лучше, что она сама решает стать психоаналитиком, и единственная преграда — отсутствие опыта интимной жизни — преодолевается ею с помощью того же доктора Юнга. Ни его законная супруга, ни дети не становятся помехой профессионально-любовному дуэту. Однако вредный старикашка Фрейд хочет видеть в молодом немецком коллеге рабски покорного последователя, а никак не самостоятельного ученого. Сабина ловко играет на струнах взаимной ревности двух светил, но однажды преспокойно выходит замуж за кого-то третьего и приобретает законное право заявляться с большим животом на чай к фрау Юнг.

Из всей этой троицы Юнга Кроненберг пощадил больше остальных. Фрейд же в исполнении Вигго Мортенсена — совершенно шаржированный персонаж. Стеб идет даже не столько над одиозной зацикленностью доктора на сексуальности как первооснове всей человеческой деятельности, сколько над мелкими его слабостями, вроде бы недостойными статуса ученого-революционера. Он, например, совершенно серьезно сообщает Сабине Шпильрейн, что Юнг как истинный ариец ничего хорошего им, евреям, не принесет, так что надо быть с ним начеку. В наивной просьбе Юнга пересказать свой сон — ну, чтоб он, молодой ученый, попрактиковался в трактовке — Фрейд высокомерно отказывает: не хочет «потерять свой авторитет».

В истории фигурирует еще и Отто Гросс — провокатор и маргинал врачебного цеха той поры. Выбрать на эту роль патентованного экранного соблазнителя Венсана Касселя — неоригинальное, но вполне сносное решение. Его персонаж счастливее всех. Пока Фрейд видит сны, а Юнг мучается от собственных порывов за рамки моногамии, Гросс наслаждается жизнью во всем ее многообразии. Это его собственный метод, который оказывается смертельно опасным: весть о самоубийстве этого жуира выглядит в фильме самой черной авторской ухмылкой.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть