Майк Фиггис: «Терпеть не могу героев, спасающих мир»

24.09.2013

Алексей КОЛЕНСКИЙ

В конце октября в Москве будет проходить XII фестиваль «Новое британское кино». C «Культурой» побеседовал один из его участников, режиссер-экспериментатор, композитор и джазмен Майк Фиггис, автор психологического детектива «На грани сомнения» (российская премьера — 10 октября).

культура: Вы редкая птица — ведь мало кто из покорителей Голливуда вернулся в экспериментальное европейское кино. Энергичный американский дебют «Внутреннее расследование» и сегодня бьет током.
Фиггис: Недавно пересматривал, удивлялся самоуверенности и высокомерию режиссера. До этого никогда не бывал в Лос-Анджелесе, но думал, что все про него знаю. Меня несло. К счастью, в нужную сторону.

культура: Большинство режиссеров, экранизируя подобный сюжет, не избежали бы упреков в пропаганде гомосексуализма. Но персонажи Энди Гарсиа и Ричарда Гира идеальны, самодостаточны, безупречны. Кажется, под личинами хорошего и плохого копа сражаются ангел и демон.
Кадр из фильма «Внутреннее расследование»Фиггис: Забавно. В те годы я снимал клипы для Мадонны. Посмотрев «Внутреннее расследование», она заявила, что это лучший фильм о гомосексуальности. С ней согласился лондонский кинокритик-гей, ненавидящий меня и мои картины за их традиционную ориентацию (все — кроме этой). Признаюсь, повезло с историей, мой сценарист Генри Бин явно вдохновлялся шекспировским «Отелло». Очень важно происхождение героев: у Гарсиа — амбициозный и страстный латинос, верует в торжество справедливости. У Гира — манипулятор, злодей протестантского типа, Фауст и Мефистофель в одном лице. Ричард — гениальный актер, лучше всего ему удаются роли плохих парней.

культура: Большинство героев Ваших картин — свободолюбивые одиночки, исповедующие собственный моральный кодекс. Самый безумный и загадочный — персонаж Николоса Кейджа из «Покидая Лас-Вегас».
Фиггис: Сценарист, он же автор книги, Джон О’Брайен был алкоголиком и умер незадолго до премьеры. Это не сентиментальная, но очень романтичная история. Экзистенциальная исповедь. Я снимаю кино про людей, не вписывающихся в окружающий мир, — положительных антигероев, вроде формановского Макмерфи из «Пролетая над гнездом кукушки».

Кадр из фильма «На грани сомнения»культура: Герой «На грани сомнения» испытывает боль от необъяснимого исчезновения жены, сочиняет историю про роковых красавиц-близняшек, одна из которых виновна в смерти другой...
Фиггис: Старался уйти от шаблонных детективных ходов, переписывал сценарий 32 раза. В основе большинства моих фильмов — истории из моей жизни, которые кручу и раздуваю, стараясь не принимать сторону ни одного из действующих лиц. Если автору удается сохранить нейтралитет, начинается конфликт, развивающийся по собственным законам. Терпеть не могу героев, у которых есть миссии типа спасения мира. Мне нравятся персонажи с секретом. Любое лицо скрывает тайну. Например, вы мне улыбаетесь, а придя домой, обернетесь монстром. Персонаж потерял жену, но что мы о ней знаем? Может быть, она была ведьмой, и он убил ее, спасая собственную жизнь? У каждого преступника есть оправдание. Уверен, Гитлер, стоя перед зеркалом, думал: за что меня ненавидят? Я же отличный парень!

культура: Что думаете о 3D-технологиях?
Фиггис: Пока это эффектная внежанровая погремушка, кино для детишек.

Кадр из фильма «На грани сомнения»культура: На фоне изысканной звуковой палитры в Ваших картинах возникают моменты абсолютной, громоподобной тишины. Пришествие звука — самое драматичное приключение в истории экранных искусств?
Фиггис: Более травматичным было превращение кино из балаганного аттракциона в самодостаточное зрелище. Иными словами — разделение кино и театра, после которого последний так и не оправился до конца.

культура: Что наиболее ценно в классических русских лентах?
Фиггис: Бергман говорил: «Задача кинематографа — изучить лицо». Меня завораживают длинные крупные планы Довженко и Тарковского, сопоставимые с просторами вашей страны.

культура: По мнению многих, десятая муза переживает не лучшие времена. Каковы самые опасные тенденции текущего кризиса?
Фиггис: Первое — визуализация. Возникает ощущение тотального зрелища: все снимают всё. Это, конечно, иллюзия — предметная среда, фактура картин тают на глазах. Второе — диктат общедоступных цифровых технологий. Съемочный процесс становится анонимным, размывается авторский почерк и границы жанров. Исчезает элита, ответственная за стиль. Расцветает вкусовщина. Спецэффектами замазывают пустоту. Подлинным автором большинства фильмов становится продюсер. Все меньше режиссеров отстаивает собственное понимание кино.

культура: У истоков такого положения дел стоит Спилберг, заставивший взрослых смотреть картины, снятые для детей?
Фиггис: Именно он. Враг всего подлинного, профессиональный растлитель.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть