Обмани меня, потом я тебя

23.09.2014

Алексей КОЛЕНСКИЙ

На наших экранах 49-я комедия Вуди Аллена. Отыскавшего, наконец, ответ на вопрос: как зарождается чувство? 

1928 год. Популярный фокусник Стэнли Кроуфорд (Колин Ферт), прерывает турне и прибывает на Лазурный Берег, чтобы разоблачить мошенницу-спиритистку, порочащую профессию иллюзиониста. Эта задача оказалась не по плечу его другу и коллеге Говарду Буркану (Саймон Макбёрни), намеренному расстроить готовящийся брак своего состоятельного приятеля — без ума влюбленного в аферистку Брайса Кэтлиджа (Хэмиш Линклейтер). Представившись хозяевам виллы вымышленным именем, Стэнли знакомится с прелестной ясновидящей Софи Бейкер (Эмма Стоун), периодически ощущающей духовные «вибрации» и смутно улавливающей связь гостя с древней магией. 

На спиритическом сеансе Софи вызывает покойного отца Брайса. Дух шуршит портьерами, стучит по столу, поднимает под потолок горящую свечу. Стэнли не удается поймать девушку на жульничестве. Следующим утром, уловив «вибрацию», Софи раскрывает инкогнито Кроуфорда. Оказывается, что и семейные тайны иллюзиониста для нее — открытая книга. Стэнли признает свое поражение. Прогуливаясь по окрестностям в обществе Софи, фокусник заново открывает для себя мир, размышляет: раз вокруг полно духов, то, должно быть, наша жизнь — не пустая и глупая шутка, а бессмертья, может быть, залог...

Софи, успевшая принять предложение аристократа, влюбляется в Стэнли. Он не разделяет чувство ясновидящей. Напротив, помолившись, восклицает: «Какой же тряпкой я стал, уверовав в спиритизм!» Взяв себя в руки, фокусник решает подслушать, о чем все время шепчутся Софи и его коллега Говард. Коварство заговорщиков разбивает сердце иллюзиониста. Оказывается, Стэнли провели на мякине, использовали его «преображение» для доказательства подлинности дара Софи.

Солнечная, невесомая, будто растрепанная внезапно налетевшим бризом юмореска Вуди Аллена — философский шедевр, по лирической мощи сравнимый с классическими лентами Эрнста Любича. Приняв на вооружение метод мэтра, так называемый Lubitsch Touch (выбор единственно верной точки съемки, придающей репризам монументальный, насыщенный оттенками комизм), Вуди отошел от канона и пошалил с образами салонных персонажей. Они у Аллена существуют в «разболтанном» состоянии. Здесь все — не те, за кого себя выдают или кем друг друга воображают. Еще в прологе становится очевидно: Стэнли — посредственный фокусник, самовлюбленный позер. С первого взгляда ясно: Софи — бездарная притворщица. А кто же творит чудеса? 

Трое волшебников. Оператор Дариус Хонджи озарил «лунным светом» лицо Эммы Стоун, снял картину синемаскопными линзами 70-х, смягчил и утеплил изображение, снизив контрастность пленки. Художница Соня Гранде исколесила Европу, разыскивая платья 1920-х. А затем на площадке материализовался дух подлинного иллюзиониста — Вуди Аллена. Невротичную манеру его игры по очереди воспроизвели Макбёрни, Стоун, и — в уморительно скандальной десятиминутной сцене предложения руки и сердца — Колин Ферт. 

Друг фокусника Говард бьет на жалость, возбуждает любопытство и сострадание. Софи демонстрирует неотмирность и обреченность на мезальянс. Прозревший иллюзионист — гордыню, перерастающую в самобичевание. А автор, последовательно наполняющий собой исполнителей, — обаяние многоликого демона-соблазнителя. Ранее Вуди Аллен себе такой роскоши не позволял. Видимо, просто не умел.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть