Но паразиты — никогда!

05.07.2019

Алексей КОЛЕНСКИЙ


«Паразиты»
Южная Корея, 2019

Режиссер: Пон Чжун Хо

В ролях: Сон Кан Хо, Ли Сон Гюн, Чо Ё Чжон, Чан Хи Чжин

18+

В прокате с 4 июля

На экранах — семейная трагикомедия «Паразиты» Пон Чжун Хо, удостоенная каннской «Золотой пальмовой ветви». Первой за почти столетнюю историю корейского кинематографа.

В сеульском полуподвале нищенствует семейка Ки. Однажды на огонек к бедолагам заглядывает подрабатывающий репетиторством студент. Выясняется, что парень собирается на стажировку в США и хочет передать ученицу приятелю. Выдав себя за выпускника университета, юный Ки Ву втирается в доверие к девице и ее состоятельным родителям Пакам. Оказывается, те планируют заняться образованием и своего младшего отпрыска. Так в дом проникает сестра проходимца — «модный арт-терапевт» Ки Чжон. Затем аферисты подсиживают хозяйского шофера и кухарку, их места занимают папаша Ки Тхэк и мамаша Чхун Сук. Богатые простофили не нарадуются на образцовых слуг. Но однажды идиллии приходит конец. В отсутствие хозяев «паразиты» решают воспользоваться прелестями нелегального положения, затевают семейный пир и узнают, что в просторном хайтековском особняке скрываются еще и другие приживалки...

«Паразиты»Не желая раскрывать детали замысла, Чжун Хо предложил зрителям авторский меморандум: «Людям из разных слоев общества нелегко дается жизнь в одном пространстве. Все больше случаев в этом грустном мире, когда человеческие отношения, построенные на сосуществовании и симбиозе, не клеятся, и одна группа людей переходит в паразитическую зависимость от другой. Живя в подобном мире, кто может показать пальцем на нуждающуюся семью, занятую борьбой за выживание, и назвать ее паразитами? Нельзя сказать, что они были паразитами с самого начала. Они — наши соседи, друзья и коллеги, которые оказались на краю пропасти. Как иллюстрация жизни обычных людей, которые неизбежно оказываются в такой ситуации, этот фильм — комедия без клоунов и трагедия без злодеев. Все это приводит к жестокой путанице и стремительному падению...» Эпитеты последней фразы следует поменять местами: на самом деле Чжун Хо пленил фестивальную публику стремительной путаницей и жестоким падением.  

Чтобы разделить восторг фестивальных зрителей, искупавших «Паразитов» в пятнадцатиминутной овации, нужно сформулировать ответ на вопрос: почему проходимцам удается легко и вдохновенно помыкать господами? Все очень просто: между первыми и вторыми возникают чисто рабочие отношения.

«Паразиты»Обитатели элитного особняка Паки мнят себя персонажами приватного земного рая; слуги нужны им в качестве публики, которой демонстрируются стандарты красивой жизни. Семейка Ки, в свою очередь, платит за эту честь сдержанными восторгами: «Если бы я была богатой, тоже была бы милой. Деньги, как утюг, — разглаживают все морщинки...» — грезит кухарка. В обществе потребления иных критериев личных заслуг не предусматривается, но, как выясняется, лучшей валютой становятся ритуальные игры взаимного восхищения. На каждом новом повороте сюжета жертвы обмана и лукавые слуги «духовно обогащаются», приумножая свой символический капитал: нувориши упиваются аристократизмом, нуворишки — буржуазным комфортом. Кажется, идиллия паразитизма может длиться вечно. У обоих семейств буквально «сносит крышу», и в этот миг картина обретает символический масштаб. Но кто является главным зрителем инсценировки?

Корейский режиссер утверждает: это сам дьявол. Вернее, их здесь обнаруживается минимум трое. Пресытившимся слугам предстоит незабываемая встреча с нищими конкурентами за место под солнцем, а их зазнавшихся господ ждет встреча с «высшим разумом».

Помещенный в центр композиции семейный пир лгунишек Ки имеет точный референс — оргию «нищих духом» в бунюэлевской «Виридиане», злую карикатуру на «Тайную вечерю» Да Винчи.

«Паразиты»Семейству Паков достается масонский «гостинец». Уверившие в превосходство над простыми смертными, простофили решают исполнить каприз отпрыска и устанавливают на заднем дворе скаутский вигвам. Сын Паков скрывается в убежище, исчезает из виду, и тут лента обретает сюрреалистический контекст. Родители не решаются оставить ребенка без присмотра, однако предаются любовным утехам ввиду светящегося в ночи сооружения, смахивающего на «всевидящее око», из глубины которого раздается вещий глас: «еще не время, еще не пора!».    

Поручив обитателей особняка заботам их собственных демонов, Чжун Хо докручивает метафорический ряд до предела брутальной наглядности: «нищим духом» придется хлебнуть сточных вод и опуститься на самое дно, а высокомерным покровителям — навсегда распрощаться с семейным гнездом и рассудком.




Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть