Птичек не жалко!

27.01.2016

Алексей КОЛЕНСКИЙ

29 января в Первом павильоне «Мосфильма» состоялась 14-я церемония вручения наград Национальной кинопремии «Золотой орел».

Лучшим фильмом признана комедия Анны Меликян «Про Любовь». Приз за лучшую режиссеру достался Станиславу Говорухину, чей фильм «Конец прекрасной эпохи» получил также награды за лучшую мужскую роль второго плана (Дмитрий Астрахан), художника по костюмам (Наталья Монева) и художника-постановщика (Валентин Гидулянов). Лучшие звукорежиссеры (Анатолий Белозеров, Лев Ежов), лучший монтаж (Мария Сергеенкова, Алексей Маклаков) лучшая женская роль второго плана (Мария Кожевникова) и лучшая музыка (Юрий Потеенко), по мнению академии, — ​у «Батальона». В номинации лучший сценарий награды удостоен Александр Миндадзе. Премии за операторскую работу (Юрий Король) и лучшую главную женскую роль (Юлия Пересильд) получила «Битва за Севастополь». Лучшую мужскую роль сыграл Федор Бондарчук («Призрак»). Лучшей зарубежной лентой в российском прокате стал «Бердмэн» Алехандро Иньярриту, а специальный приз за вклад в мировой кинематограф получил Никита Михалков. Что касается телевизионных номинаций, то лидером по числу выигранных статуэток стал сериал «Палач». Картина победила в номинациях за лучший телефильм и лучшие роли — ​мужскую (Андрей Смоляков) и женскую (Виктория Толстоганова). Лучшим анимационным фильмом признаны «Три богатыря: ход конем». Среди неигровых картин победы удостоилась лента Павла Печенкина «Варлам Шаламов. Опыт юноши».




Накануне церемонии награждения корреспондент «Культуры» встретился с номинантами.

Какие отечественные ленты вдохновляли мастеров экрана в минувшем году?

С какими премьерами Года российского кино нельзя разминуться?

В чем главные проблемы отрасли и сможем ли мы приблизиться к их решению в 2016-м?


Станислав ГОВОРУХИН («Конец прекрасной эпохи», 6 номинаций): 

— Мне понравились «Две женщины» Глаголевой, «Территория» Мельника, «Про Любовь» Меликян, «Еще один год» Бычковой, «14+» Зайцева... Есть ощущение, что и я снял очень хорошую картину. Но в целом российский репертуар радует все реже — что-то мы совсем бедненькое кино делаем. Наверное, начинает сказываться нищета — прежде всего в головах. В режиссуру и продюсирование приходят абсолютно безграмотные, не имеющие литературного вкуса люди. Чего от них можно ждать? В основе настоящего кино лежит большая книга, великая драматургия. А из ничего не снимешь что-то — поэтому, как правило, чем выше у нас бюджет, тем хуже проект. Если подобные фильмы начнут собирать полные залы, значит, наступил полный абзац. Впрочем, везде так. В кинотеатрах США сидят негритянские, мексиканские, пуэрториканские подростки (и еще неизвестно, кто необразованнее — российские или американские ребята). Они потребляют зрелища, рассчитанные на современную публику, — это очень плохое кино и ничего тут не поделаешь. Надо менять прежде всего зрителя. Эта задача не кинематографистов или критиков, а всего общества, системы образования и воспитания. На это уйдут многие годы.


Сергей МОКРИЦКИЙ («Битва за Севастополь», 8 номинаций): 

— Сильные впечатления подарили «Милый Ханс, дорогой Петр» Миндадзе и «Про Любовь» Меликян, интересная, хотя и не бесспорная, «Родина» Буслова. Грандиозные — «Территория» Мельника, «Страна ОЗ» Сигарева... Год кино сулит много новых впечатлений — жду не дождусь премьеры «Ледокола» Хомерики, «Экипажа» Лебедева, «Викинга» Кравчука. Верю, надеюсь, но... Для поколения моих родителей кино было не развлечением, а источником знаний, ответом на вопросы бытия. Оно заставляло думать, спорить, искать себя. Помню, мама не пускала меня во двор, говорила: сиди у телевизора — ума набирайся. Мои дети восприняли бы это как глупую шутку. Кино, в которое я верю, может иметь успех только в том случае, если будет не только крепким по ремеслу, но и сильным эмоционально. Едва ли завтра возможно пришествие нового Антониони, но зрителя еще можно заставить плакать, сопереживать. Такую творческую задачу я и ставлю перед собой. И в меру сил пытаюсь ее решать. 


Юлия ПЕРЕСИЛЬД («Битва за Севастополь», номинация «Лучшая женская роль в кино»):

— Меня околдовал «Конец прекрасной эпохи» Говорухина, это настоящая магия кино. «Орлеан» Прошкина-младшего — экспрессивное, жесткое зрелище. Хороши «Дурак» Быкова, «Норвег» Званцовой, «Училка» Петрухина, «Самый лучший день» Крыжовникова. Жанр музыкальной комедии у нас утерян, и Жора небезуспешно пытается его возродить.

Год кино начну с просмотра комедии Павла Руминова «Статус: свободен». Очень ценю Даню Козловского и Лизу Боярскую — среди актеров моего поколения мало людей, подобных им, умеющих не размениваться на сериалы, развиваться, идти вперед, а главное — пахать так, как пашут наши старшие товарищи. Жду премьер «Матильды» Учителя, «Экипажа» Лебедева, «Викинга» Кравчука и, конечно, «Чужого» Чухрая, где мне довелось сняться. 

Главная проблема нашего кино — сценарная. К сожалению, очень часто деньги дают на плохую драматургию. Сильные тексты отпугивают продюсеров, главная претензия: ой, слишком высокохудожественно, кто это будет смотреть? Ориентация на 13–14-летних зрителей — страшный бич. Но, общаясь с подростками, я вижу, что их перекормили выморочными историями с участием телезвезд. Например, «Молодость» Паоло Соррентино нравится молодежи, никого не смущает, что главные роли играют два гениальных деда. Потому что это большое, удивительно живое кино про людей, поднимающее важные вопросы, с прекрасными диалогами... 

Спрос рождает предложение, это понятно. Но в Год кино хотелось бы увидеть предложения, вдохновляющие спрос. Если не прививать хороший вкус, юные зрители отвернутся от экранов, и дальше все будет только хуже. 


Галина ЕВТУШЕНКО («Лев Толстой и Дзига Вертов: Двойной портрет в интерьере эпохи», номинация «Лучший неигровой фильм» — совместно с Анной Евтушенко):

— С большим интересом отсмотрела игровую и документальную программы нынешнего «Золотого орла». Оценивать результат, безусловно, должны профессионалы. Но остается проблема: как донести фильм до зрителя? Особенно остро она стоит для неигрового кино. Стоило бы уделять больше внимания тому, что происходит вокруг снятых фильмов.

Несколько лет я веду киноклуб в столичном Доме кино — после просмотров люди не желают расходиться, хотят спорить, обсуждать, спрашивать. Это чувствуют кинематографисты. И не только. В Год литературы наряду с моими коллегами из режиссерского цеха — Вячеславом Хотулевым, Сергеем Головецким, Олесей Фокиной, представляющими свои фильмы на литературные темы, нас навещали Лев Аннинский, Игорь Волгин, Владислав Отрошенко, Александр Эбаноидзе, начинающие писатели... И Год российского кино для поклонников документальных картин — значимое событие. Русское прошлое — кладезь интереснейших историй и сильнейших эмоций. Уверена, нам будет что показать и обсудить. Однако отслеживать неигровой репертуар сложно. Тематический план не доводится до аудитории, и зачастую зрители просто не видят лент, поддержанных Министерством культуры. Документалистика не должна уплывать в интернет мимо залов и телеэкранов. Надеюсь, открывающиеся в малых городах России кинотеатры станут зрительскими киноклубами — площадками для творческих встреч и обсуждений как игровых, так и документальных картин. Но и в больших городах таких площадок должно быть много. Этим надо заниматься.


Владислав ОПЕЛЬЯНЦ («Воин», номинация «Лучшая операторская работа»):

— В 2015-м мне впервые довелось поработать на двух проектах, и времени на просмотр российских фильмов почти не было. В ближайшее время непременно восполню пробел. 

Главная проблема нашего кинематографа — дефицит хороших сценариев. Предполагаю, они есть, но мало востребованы. Я — оператор, но убежден, что в нашей работе первичны литература и драматургическая идея. Почти всегда можно найти сюжетный и изобразительный ход для сильной картины, но, увы, подобными поисками мало кто у нас озабочен. Надеюсь, что в Год российского кино все замыслы коллег будут реализованы вне зависимости от количества вложенных средств.


Сергей АНТОНОВ («Необыкновенное путешествие Серафимы», номинация «Лучший анимационный фильм»): 

— Думаю, настоящей бомбой станут «Волки и овцы: Б-е-е-е-зумное превращение» — совместный проект Сергея Сельянова и воронежской студии Wizart Animation. Также успех ждет «Синдбада: Легенду семи морей», снятого с участием голливудских художников, и «Бременских разбойников», сделанных под руководством талантливого аниматора Александра Храмцова («Ку! Кин-дза-дза»). Поклонников авторской мультипликации ждет встреча с «Гофманом и тайной часовщика» Станислава Соколова.

Вся отечественная анимация держится на господдержке. Так же и в Европе, где полный метр обходится в 8–10 миллионов евро и окупается крайне редко. «Студия Уолта Диснея» зарабатывает на успешных фильмах до пятнадцати процентов от своих доходов, остальное — туризм и брендинг (один Винни-Пух приносит более семи миллиардов долларов в год). Разумеется, голливудские продюсеры могут добиваться невероятного качества, невзирая на издержки. Например, «Рапунцель» рисовали три года, результат не устроил продюсеров. Наняв новую команду, мультфильм пересняли с нуля в 3D-графике. Самый дорогостоящий анимационный проект в истории кино обошелся в 250 миллионов долларов. 

Чтобы поставить на ноги поточное производство, нужен опыт проб и ошибок целого поколения, которое еще предстоит сформировать. Пока отрасль «точит» кадровый голод и жуткая текучка — из сотни людей находят себя в профессии лишь единицы. Продюсеры боятся вкладываться в новые бренды, эксплуатируют франшизы. Сейчас со своим соавтором Виктором Стрельченко сочиняю новые похождения «Белки и Стрелки».

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть