Джон Ву: «Меня вдохновляла «Война и мир»

22.07.2015

Алексей КОЛЕНСКИЙ

Москву посетил легендарный Джон Ву. Режиссер представил  первую часть четырехчасовой исторической эпопеи «Переправа» и пообщался с корреспондентом «Культуры». 

культура: Вы пустились в опасное плавание — снятой в Китае «Переправе» не избежать сравнения с «Титаником».
Ву: Ничего не поделаешь, Кэмерон и я экранизировали истории крупнейших морских катастроф ХХ века — в обоих случаях погибло около полутора тысяч человек. Столкновение пассажирского «Тайпина», везущего беженцев, и грузового «Цзин-Юаня» произошло в 1949-м и стало финальным аккордом войны гоминьдановцев с Народно-освободительной армией Китая. На ее фоне мы показываем судьбы людей, живущих надеждами на мирное будущее. 

культура: Вы сплетаете венок из трех любовных линий, причем каждая партия несет символическую нагрузку. Героини воплощают добродетели — веру, надежду и любовь, а преданные им кавалеры — рыцарские качества. В центре композиции бесстрашный чанкайшистский генерал, напоминающий Алена Делона. Бок о бок с ним воюет простодушный, готовый к самопожертвованию сержант. Есть и миротворец — отказавшийся от борьбы интеллигент — врач и художник, одержимый поисками Прекрасной Дамы... 
Ву: Изначально мы видели в сюжете шесть персонажей с разными социальными статусами. Наследница бизнес-империи выходит замуж за раненого генерала. Неграмотная девушка с юга знакомится с крестьянином из северной провинции. Вернувшийся из плена доктор разыскивает музу — японку из буржуазной семьи. Все они не встретили бы любовь, если бы не заговорили пушки. Их повенчала и разлучила война. Это абсолютное зло, но оно испытывает людей на прочность. И мне хочется верить, что есть счастливцы, которые проходят сквозь огонь, сохраняя лицо и обретая высокие чувства. Первая часть рассказывает об этом чуде, а кораблекрушение 1949 года станет кульминацией трех историй во второй серии, премьера которой состоится в ноябре. 

культура: Вы облагородили гонконгские боевики 80-х, подарив им сентиментальную образность. Спустя десять лет прославились в Голливуде, вдохновляли Тарантино и Вачовски, и в каждой картине оставляли фирменный знак — порхающих над поединком белоснежных голубей. Режиссер Ву скрещивает экшн с христианской моралью? 
Ву: Переехав в Америку, я принял христианские ценности: не убий, возлюби ближнего своего, не суди — да не судим будешь. Но не скажу, что стал религиозен в западном смысле слова. Прежде всего я китаец. Рос на американских фильмах 50-х–60-х, они продолжают вдохновлять меня и сегодня. Работая в США, просто возвращал долг. 

культура: Ваши гонконгские и голливудские боевики музыкальны — даже когда за кадром не звучит партитура, на экране продолжается «балет» парящих в рапиде пуль...
Ву: С детства запоминал мелодии из любимых фильмов, прокручивал их в голове и спустя несколько дней пересматривал кино под собственную «фонограмму». На съемочной площадке также не расставался с наушниками: музыка подсказывала мне настроение сцены. Затем, изучая эпизоды, перебирал композиции, искал идеальное сочетание изображения и звука. Так и работаю до сих пор.  

«Переправа»

культура: Утверждают, будто Ваш отец был ученым, мыслителем, чуть ли не диссидентом... Повлиял ли Ву-старший на мировоззрение сына?
Ву: На самом деле я выходец из простонародья, папа был школьным учителем, преподавал каллиграфию. Он внушил мне основы китайской этики, учил мужеству. Эта наука помогала выживать на опасных улицах Гонконга.  

культура: «Переправа» бьет рекорды в прокате Поднебесной. Думаю, не случайно — Вы проложили новый курс для традиционного китайского киноромана, подставив его паруса новым ветрам. В динамичном монтаже эпопеи оживают голливудские крупные планы, жанровые миниатюры в аскетичном японском стиле и фирменные батальные сцены «от Джона Ву». Кажется, над «Переправой» веет и русский дух...
Ву: Вы правы. События 40-х сыграли в истории Китая такую же судьбоносную роль, как для России война 1812 года, и, не скрою, меня вдохновлял роман «Война и мир» — не экранизации, а именно книга. Соблазн заимствования был велик, но я сознательно избегал сюжетных и портретных ассоциаций с Толстым. 

культура: Известно ли Вам, что название романа может быть переведено как «Война и общество»?
Ву: В самом деле? Это радует. Значит, не ошибся с ориентиром.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть