Олеся Николаева: «Модернизация через одичание России не нужна»

03.02.2012

Елена ГАРЕВСКАЯ

Олеся Николаева — не только признанный поэт, но еще и прозаик и эссеист. В конце прошлого года в Татианинском храме при МГУ прошла презентация ее новой книги «Чудесные истории». По признанию самой Николаевой, «ощущение необычайности, «чудесности» жизни возникает всякий раз, когда приоткрывается смысл происходящего, за которым угадывается действие Промысла Божиего».

культура: «Голос Родины больше не ищет уста, чтоб «сказать себя миру». Национальную идею выдумывают чиновники», — сказали Вы недавно...

Николаева: Вроде бы сейчас много говорится о человеке, но в направлениях государственной, социальной и культурной политики он унижен, затравлен. Изменилась оптика во взгляде на человека: эти новые линзы не дают проникнуть ни в его глубину, ни в тайну его личности. Из жизни нашего общества вычеркнуты такие понятия, как благородство, честь, великодушие, бескорыстие, деликатность, жертвенность, призвание, служение, в конце концов, долг. Ум, талант, творчество, мастерство оказываются невостребованными: почти все медийное пространство заполонила агрессивная пошлость и бездарность. Знак вместо символа, симулякр вместо образа, перформанс вместо драмы. Вы обратили внимание, насколько плотно вошло в нашу жизнь это паразитическое «как бы»: «и она как бы родила, а ребенок как бы умер...» Плюс тотальное вранье. Слово больше ничего не значит. Поэтому — по закону проекции — всякий врущий никому и не верит. У нас никто никому не верит и не доверяет.

культура: Я тоже не люблю «как бы», глубокомысленное «ну, как-то так..», а еще нахальное «на самом деле». Но это пена, которую русский язык смоет с себя, как бывало уже не раз. А насчет тотального вранья: разве, скажем, в 1970-е годы вранья было меньше?

Николаева: Многие наши социально-психологические проблемы и беды тянутся со времен советской власти. Сама система потворствовала лжи. Но вот пришли времена, когда с этим могло бы быть покончено. Сейчас нет внешнего механизма принуждения, а мы погрязли во лжи: ложные ценности, дутые авторитеты, подтасовки и подделки... Причем меня волнует не социальный, не политический, а культурный аспект. Мы начали говорить об обесценивании слова. Для человека как существа словесного это трагическая ситуация. Если ты не веришь слову, то не поверишь в Истину и Смысл. А без смысла человек гаснет, выдыхается, духовно гибнет.

культура: Что же произошло? У Вас есть представление, как изменяется современный российский человек?

Николаева: Очевидны усилия переменить наш национальный, традиционный культурный и ментальный код.

культура: А кто пытается это сделать?

Николаева: Тут движение по нескольким направлениям. Со стороны государства — отсутствие какой бы то ни было культурной политики. Поскольку именно в культуре выкристаллизовывается национальное самосознание, то вообще непонятно, зачем существует это государство? Ради чего и ради кого? Каким оно хочет быть, к чему стремится, в чем его ценности, какой истине оно служит? Культура и искусство не могут существовать на принципах рыночной конъюнктуры. Их «окупаемость» иного свойства. Культура на «маркетинговой» арене не может конкурировать с той попсой, которую постоянно раскручивают и рекламируют СМИ. Массовая культура существовала всегда. Но я категорически против того места, которое она стала занимать в национальной жизни, вытеснив все художественное, талантливое, не говоря уже о нравственно доброкачественном и просто пристойном.

Те, кто исконно составлял цвет нации, прозябают в полном социальном ничтожестве. Это происходит потому, что подлинная культура и искусство не востребованы самим государством, забракованы «рыночниками», которые плодят не умеющих и не приученных думать плебеев.

В искусстве побеждают депрессивные тенденции, везде востребована червоточина и гнильца. Премиями награждаются фильмы, после просмотра которых хочется либо застыть в унынии, либо повеситься: «Бубен, барабан», «Елена», «Волчок».

Но все равно подлинное искусство появляется вопреки всему. Никто не ожидал, что фильм «Остров» с довольно средним сценарием, но отличной игрой актеров, работой оператора и режиссера будет иметь такой баснословный кассовый успех. Значит, все-таки наш народ не потерял вкус к подлинности. А многомиллионные очереди в храм Христа Спасителя к поясу Богородицы? Значит, живет потребность в святыне. И я надеюсь, что эти здоровые чувства, эта национальная «матрица» отгонит от себя все болезненное, гнетущее дух и убивающее душу. А то, знаете, теперь поговаривают, что национальная матрица — это-де тормоз на путях модернизации. Но если модернизация будет проходить по линиям варваризации и человеческого одичания, то лучше уж нам опять вернуться к гусиным перьям, русским печкам и колодцам с ключевой водой. Ибо как предметом искусства является человек, так и целью государства должно стать очеловечение человека, поднимающее его на высоту его призвания, на раскрытие его уникальной личности.

культура: Что в такой ситуации может сделать отдельно взятый человек? Например, Олеся Николаева?

Николаева: Я вела на телеканале «Спас» авторскую программу «Прямая речь», куда приглашала замечательных людей, обделенных вниманием главных телеканалов. Подписывала коллективные письма против современной реформы образования. Вместе с другими писателями — Битовым, Варламовым, Кабаковым, Поляковым, Распутиным — встречалась с Владимиром Путиным. На этой встрече я разразилась грозной филиппикой по адресу властей, обвиняя их в отсутствии культурной политики, в игнорировании национальных смыслов и ценностей. В частности, вслед за Распутиным говорила о бедственном положении толстых литературных журналов, о лукавом «спрос рождает предложение» и выдвинула иную формулу — «предложение рождает спрос». Ибо — какой спрос был на «Гамлета»? На «Божественную комедию», на «Идиота» и «Бесов»? Тогда Путин спросил: что конкретно вы предлагаете? Я сказала: надо организовать целевую подписку на эти журналы по библиотекам, причем государство должно на эту подписку выделить деньги. Путин обещал и сдержал слово: я самолично по телевизору в новостной программе видела, как он давал чиновникам соответствующее поручение. И что же потом? Все было саботировано!

В разных министерствах главным редакторам журналов сказали: а вы кто такие? У нас тендер, пусть все существующие журналы в нем участвуют. В распоряжении премьера речь шла о «Новом мире», «Знамени», «Дружбе народов», «Октябре», «Москве», «Нашем современнике», «Звезде» и, кажется, «Сибирских огнях». Библиотеки долго не получали бюджета на подписку, журналы не понимали, каким тиражом им выходить. Потом, когда журналы были уже напечатаны, в библиотеку поступили деньги... Может быть, в наступившем году все произойдет вовремя? Очень сомневаюсь.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть