Свежий номер

Женщины Ирины Велембовской

02.03.2017

Евгения КОРОБКОВА

Фото из семейного архива

24 февраля исполнилось 95 лет со дня рождения Ирины Велембовской. По книгам основоположницы женской психологической прозы были сняты киноленты, ставшие культовыми. Кто, к примеру, не помнит знаменитое дефиле Инны Макаровой с чемоданом на голове в картине «Женщины» — наш привет Софи Лорен с аналогичным трюком в фильме «Чочара».

— Мама родилась слишком рано, — говорит дочь писательницы Ксения Михайловна. — Если бы жила и работала сейчас, стала бы очень популярна. Женская психологическая проза расцвела — ее романы знали бы наизусть...

Квартира в центре Москвы с высокими потолками, старинной мебелью и обоями в английский ситчик: здесь бережно хранят память об Ирине Александровне. На большом овальном столе — книги на иностранных языках. Польский, английский, венгерский, даже китайский. Мало издаваемая в СССР, Велембовская была одним из самых популярных советских авторов за рубежом. 

Черно-белые портреты на стенах. Улыбающаяся женщина с короткой стрижкой и внимательными глазами — сама писательница. Хохотушка, радушная хозяйка. Обожала собирать грибы и ягоды, косила сено, не хуже любого мужчины колола дрова и писала, о чем другие не смели или не хотели: о простых русских женщинах. 

На Велембовскую между тем обрушивались тонны критики, публиковали ее неохотно. Читающая интеллигенция не особо интересовалась жизнью тружениц мебельных фабрик, литейщиц и почтальонш. Другое дело — кино, которое смотрели все. Но путь к экрану оказался долог.

Надо сказать, Ирина могла и не столкнуться со своими героинями. Ее родители не были людьми «из народа». Мать принадлежала к дворянскому роду Фиделли. Потомки итальянцев, приехавших в Россию еще в XIX веке, становились известными архитекторами и художниками. 

После революции отец Ирины заведовал магазином «Образование» на Кузнецком Мосту, позднее занимал пост в наркомате продовольствия. Жили в семикомнатной квартире в Брюсовом переулке. В доме часто звучала иностранная речь. Мама, Анна Игнатьевна, непрерывно изучала языки.

— Ира, что там на кухне, кошку тошнит?

— Нет, это мама английский учит, — комичный диалог, произошедший много лет назад между Ирой и ее сестрой Галей, в семье до сих пор пересказывают со смехом.

Уже постаревшая бабушка Аня будет писать внучке Ксении: «На Кубе началась революция. Была бы помоложе — немедленно рванула к Фиделю. А пока — срочно приступаю к изу­чению испанского...»

Кстати, исследуя родословную, Александр Васин, зять Велембовской, обнаружил, что родственником Ирины Александровны был, возможно, сам Ленин!  Впрочем, семье это мало помогло. 

Летом 1938-го отца забрали. Жилье уплотнили, мать немедленно уволили, а Ирина бросила школу, чтобы пойти работать. К тому времени от былого богатства уже след простыл. Круглый год Велембовская ходила в парусиновых тапочках, которые с наступлением холодов мазала гуталином. Арест отца стал первой ступенькой в череде несчастий. Началась война. Ирина записалась на курсы медсестер. 

— Ей было девятнадцать, хотела на фронт. Но попала под суд, — рассказывает дочь писательницы. — Вместе с другими девчонками ее поставили сторожить склад. А наутро выяснилось, что оттуда пропало несколько пар валенок.

Ирину погнали по этапу на Урал. Выжить помог веселый характер и упорство. Она добывала золото, валила деревья, трудилась на мебельной фабрике. Там, на Урале, родился сюжет ее первого, но к сожалению, почти никому не известного романа «Немцы». Да и прочие герои — оттуда. 

Фото: РИА НОВОСТИ

...Однажды в редакции журнала «Знамя», где только вышел один из первых рассказов Велембовской, раздался звонок. «Из цирка звонили: там твоих «Женщин» поставить хотят», — передал местный шутник.

Но звонили не из цирка. 27-летний режиссер Павел Любимов, прочитав историю о работницах мебельной фабрики, загорелся идеей. Плотно закрученные сюжеты трех новелл интересны и сегодня. Главный вывод точен и печален: удел женщины — любовь и жертвенность. Лишь так обретаешь счастье.

Велембовская наотрез отказалась писать сценарий — не было опыта. Но в том, который подготовил по книге Будимир Метальников, по мнению режиссера, не хватало диалогов. И Любимов пригласил писательницу на съемочную площадку — восполнять пробелы. Так и родилась крылатая кинофраза. «Любовь у меня будет. Мне б вот только пальто справить приличное», — планировала Дуся Кузина, героиня «Женщин». 

В памяти Ксении, тогда совсем маленькой девочки, остались и ярославская деревня, где проводились съемки, и дом гостеприимной бабы Дуни, в котором жил режиссер Павел Любимов, и совместные походы за грибами, и застолья съемочной группы. Проникшись атмосферой съемок, Ирина Велембовская на гонорар купит себе домик в той деревне... 

— В последние годы у мамы был роман с «Ленфильмом», — делится Ксения Велембовская. — Однажды она вернулась потрясенная. Рассказала, что в пробах «Сладкой женщины» принимали участие Высоцкий и Гундарева. Была уверена, что кино будет необыкновенным. 

К сожалению, Высоцкий в ленте не сыграл. Экранизацией Велембовская осталась не очень довольна. Произведению приделали хеппи-энд. Марика, жениха героини, превратили в Ларика... О правках — отдельный разговор. Дочь писательницы вспоминает и редактуру повести «Мариша Огонькова» в журнале «Октябрь».

— Есть эпизод, когда деревенская девочка, работающая в госпитале, ест котлету и думает: вот бы эту котлету — маме. Цензор из «Октября» зачеркнул крест-накрест текст и написал: «В деревне мясо было всегда. Не было только мясорубок».

«Сладкая женщина»

Работа сценаристом помогла избавиться от финансовых трудностей. В доме появились деньги. На гонорары с одного фильма можно было купить несколько кооперативных квартир.

Мучило Ирину Александровну одно. До конца жизни она мечтала издать своих «Немцев» — самый дорогой ее сердцу роман, написанный в годы уральской ссылки. Герои этой книги — не враги по ту сторону фронта, а жители румынского Баната, интернированные в СССР в конце войны. «Мама работала с ними на лесоповале. Сдружилась и влюбилась в одного из них», — поясняет Ксения Михайловна.

Идея гуманизма и неоднозначности любых категорических оценок, лежащая в основе произведения, сейчас кажется невероятно актуальной. Однако когда после смерти матери Ксения Михайловна взялась хлопотать об издании, выяснилось, что рукопись утеряна. 

В 2009-м немецкая писательница Герта Мюллер получила Нобелевскую премию по литературе. После этого все заговорили о ее «Качелях дыхания» — романе, посвященном судьбам банатских немцев в СССР. Критики утверждали: она первой открыла эту тему. Первой — после Ирины Велембовской. Наша соотечественница опередила нобелевскую лауреатку на 60 лет. 

Спустя годы в архивах Литературного института роман «Немцы» был все-таки найден...

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел