Ги Меттан: «Запад всегда найдет повод для санкций»

13.09.2016

Андрей САМОХИН

Известный швейцарский журналист и политик, в недавнем прошлом председатель парламента женевского кантона, а ныне — депутат от Христианско-демократической партии Ги Меттан знает нашу страну не понаслышке. В 1994 году он удочерил трехлетнюю русскую девочку, получил российское гражданство и с тех пор исколесил одну седьмую часть суши вдоль и поперек.

Сегодня мы беседуем о его работе «Запад — Россия: тысячелетняя война. История русофобии от Карла Великого до украинского кризиса. Почему мы так любим ненавидеть Россию?». За минувшее лето книга успела навести в Европе шороха.

культура: Как приняли Ваш труд на Западе? Наверное, часто приходится выслушивать обвинения, что Вы «агент Кремля»?
Меттан: На родине к моей книге о русофобии, господствующей в западных политических элитах и в СМИ, отнеслись неплохо. Будучи нейтральной страной, Швейцария сильно озабочена тем, чтобы не казаться, а быть независимой. Это, кстати, стало причиной, по которой правительство включилось в санкции лишь косвенно. Но «мейнстрим» в европейских масс-медиа и чиновничьих кругах — вести общий наступательный курс по отношению к России.

Во Франции книгу бойкотировали все основные издания. Но интересно, что при этом народ в целом принял ее хорошо. После исламистских нападений, а также успехов российской военной операции против террористов в Сирии для европейского общественного мнения становится все более очевидным, что официальная русофобская пропаганда была «ложным звонком». Но моя книга никоим образом не является акцией, оплаченной российским лобби. Перед вами не боевик, а холодный и безэмоциональный исторический анализ предрассудков и общих мест, которые пестовали и развивали западные ученые и пропагандисты на протяжении столетий. Вот причина, почему это так неудобно для моих оппонентов: я просто привожу факты, тщательно избегая оценочных мнений и теорий заговора.

культура: Ранее основным идейно-организационным звеном русофобии являлась Великобритания. Так повелось еще со времен Джерома Горсея и Джайлса Флетчера, оклеветавших Иоанна Грозного. А есть ли такой географический центр сейчас? 
Меттан: Как только Россия начала превращаться в серьезную силу, ее стали рассматривать на континенте в качестве потенциального противника. С той поры ее царь, либо президент, либо другой национальный лидер изображается как тиран, деспот — в общем, плохой парень, чья единственная цель состоит в том, чтобы поработить чистую и невинную Европу. Эти банальности про российский деспотизм и экспансионизм проходят сквозь все века с периода церковного раскола, спровоцированного германскими императорами и католической церковью в XI столетии.

Указанные предрассудки легли в основу фабрикации в 1760-е годы тайным кабинетом французского короля Людовика XV подложного «Завещания Петра Великого». Его в 1812-м опубликовал Наполеон, чтобы оправдать свое вторжение. Ложное «Завещание» использовалось французскими и английскими империалистами, дабы объяснить свое участие в Крымской войне. И только в 1870-е западные страны признали, что этот документ подделка. Смешно, но лондонская Times использует почти одинаковые эпитеты, рисуя политические портреты царя Николая I в 1850 году и президента Владимира Путина в 2016-м, как будто время на редакционных часах застыло.

культура: Следует ли рассматривать русофобию в качестве явления не столько политического, сколько духовного — несущего мировоззренческое неприятие нашего строя души и жизненных принципов, противостоящих западничеству?
Меттан: Глобальные интересы и конкуренция — основные причины русофобии. У британских и американских геополитиков, скажем, Маккиндера или Спайкмена, равно как у их современных последователей, подобных Збигневу Бжезинскому, одна навязчивая идея: задержать, задушить, разоружить или уничтожить Россию. Либо по крайней мере изолировать ее, поскольку она является ключевой силой на пространстве от Европы до Китая. В своей книге, изданной в 90-е, Бжезинский очень ясно говорит: Украина должна быть отделена от России всеми возможными средствами, чтобы пошатнуть европейское положение последней. При этом саму ненавистную страну следует расчленить на три части, чтобы не мешала Западу контролировать Евразию.

Однако эта геополитическая борьба, как правило, драпируется в одежды «морального долга цивилизованного мира», который-де несет высокую миссию продвижения демократии, свободы и прав человека. По сути, это лишь модернизация старой колониальной легенды, обосновывавшей завоевание Латинской Америки, Азии, Африки необходимостью принести дикарям блага цивилизации. Но граждане западных стран не слепые — и они все более наглядно убеждаются в двойных стандартах «миссионерства». Исповедуя жесткую риторику в адрес России, Ирана, Китая, таковую полностью опускают по отношению к деспотическим союзникам Запада, той же Саудовской Аравии. Столь гибкое использование высоких некогда нравственных понятий в качестве инструментов достижения специфических целей напрочь их дискредитирует. И это на самом деле вызывает сегодня большую озабоченность истинных демократов и правозащитников.

культура: На Ваш взгляд, будущее человечества в некоем внегосударственном интернационале и окончательном упразднении границ или в свободном и равноправном союзе стран-наций, сохраняющих свои духовные, бытовые особенности, — ну почти как кантоны в Швейцарии? 
Меттан: Я считаю, что существует всего один вид людей и что каждый человек обладает одинаковыми правами и обязанностями вне зависимости от того, где он живет и какой у него цвет кожи. То же относится к народам. Любая нация обладает равными правами и обязанностями. Данное положение и было основополагающим принципом ООН. Проблема в том, что некоторые нации считают себя «более равными» и диктуют свои моральные ценности, экономическую систему или религию другим. Именно это и служит причиной сегодняшней напряженности в мире. Мы можем назвать такую политику неоимпериализмом, даже когда она маскируется борьбой за равноправие. Да, я думаю, что опыт Швейцарии, с ее парой религий, четырьмя национальными языками и двумя культурами — латинской и немецкой, — может быть моделью того, как организовать сотрудничество, справедливое для всех. Подобное стало возможным благодаря прямой демократии, где рядовой гражданин волен предложить законодательные изменения путем сбора подписей (право инициативы и право на референдум). Но это очень трудно разработать. Югославия также была примером «жизни вместе», однако ее разрушили внешнее вмешательство и внутренний дисбаланс. Обычный способ защиты меньшинств в мультиэтнических или многонациональных государствах — сильная центральная власть, как в России или Китае, помогающая избежать анархии, что самое плохое для всех людей. Реальна, наверное, и комбинация обоих принципов при наличии инструментария прямых консультаций с народом.

культура: Может быть, будущее окажется похожим на то, какое вывел Оруэлл в романе «1984»?
Меттан: Если смотреть на мир в целом, то, да, пожалуй, мы медленно, но верно вползаем в оруэлловскую антиутопию. Единая «политкорректная» идеология с постоянным голосом масс-медиа, который нашептывает вам в ухо о преимуществах: либеральной экономики, индивидуализма без социальной ответственности; «демократии», выводящей за скобки «нормального общества» тревожные голоса своих критиков; всеобъемлющих «прав человека», на самом деле строго ограниченных политическим декором при грубом попрании социальных, экономических, экологических прав каждого землянина.

культура: Как менялось Ваше отношение к России за то время, что Вы с ней знакомы?
Меттан: На мой взгляд, за последние десять — пятнадцать лет перемены произошли очень заметные. Страна стала гораздо более открытой и приятной для туризма, повысился уровень жизни, бытовые условия. Обе столицы — Москва и Санкт-Петербург — весьма разнообразны в своих культурных проявлениях, причем как днем, так и ночью. После самоизоляции 90-х Россия успешно демонстрирует свою позицию на международной арене, делает это убедительно и напористо. 

Считаю, вашей и моей стране (у меня ведь теперь двойное гражданство) непременно нужно развивать собственное производство, уходить от сибаритства экспортной экономики. Еще предстоит кардинально улучшить условия для малых и средних предпринимателей, которые являются главной опорой занятости, инноваций и внутреннего роста. Коррупция и бюрократия должны быть минимизированы. Также явно просматривается задача увеличения инвестиций в науку, культуру, сельское хозяйство и местную инфраструктуру. Это железная необходимость, поскольку Запад будет пытаться продлевать санкции и ограничения как можно дольше. Он всегда найдет повод, чтобы не ослаблять экономическое давление.

культура: Каким, по-Вашему, должно быть поведение Кремля в нынешней обстановке?
Меттан: Для меня особенно важно, чтобы Россия вела себя как Россия. То же самое относится и к Китаю, Бразилии, развивающимся государствам. Я устроил настоящий скандал на Западе, заявив, что наши собственные свободы зависят от Москвы и Пекина. Потому что убежден: без сильного противовеса западные народы постепенно все растеряют. Запад никогда не был столь прогрессивен, как во времена Советского Союза: страх коммунизма заставил капиталистов вручить некоторые социальные подарки своим народам. Это закончилось 25 лет назад. Но ведь то же верно и для личных свобод. Как типичный швейцарский гражданин, рожденный в стране кантонов, я настоящий демократ. Я знаю ограничения и недостатки двух великанов — России и Китая: коррупция, неравенство, отсутствие поддержки малого бизнеса, концентрация власти. Однако я также и реалист. Без эффективных противовесов западная система быстро превратится фактически в мягкую автократию, где демократия будет лишь видимостью. 

культура: Что должны сделать глобальные игроки, дабы остановить сползание к третьей мировой войне? Играет ли в этом какую-то роль культура? 
Меттан: На данный момент Россия не потеряла самообладание, несмотря на такие провокации, как развертывание ядерных ракет США в Румынии и Польше. Но вызывает беспокойство нарастающий поток пропаганды войны на всей планете. У меня складывается впечатление, что мозговые центры и СМИ готовят общественное мнение к новой конфронтации, как накануне Первой мировой. Это особенно тревожит интеллектуалов на Западе, где антироссийская и антикитайская шумиха носит все более систематический и воинственный характер.

Борьба с терроризмом может стать возможностью сотрудничества. Только оно должно быть справедливым. Культурные и гуманитарные обмены, как музыка и туризм, — также хорошие способы сломать предрассудки. Жители Запада, открыв Россию впервые, бывают сильно удивлены, увидев страну, гораздо более дружелюбную и гостеприимную, чем они думали. Впереди много работы, чтобы избавиться от клише злого русского медведя.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть