Кушай, дорогой!

24.05.2013

Тамара ЦЕРЕТЕЛИ, Тбилиси

После семилетнего эмбарго грузинские товары вновь пересекли границу России. И не в качестве непосильной ноши в руках туристов, а в торговых масштабах. Вскоре соотечественники вспомнят вкус «Киндзмараули» и «Саперави», «Боржоми» и сулугуни, а если повезет — и грузинских фруктов тоже.

Я-то вкус и не забывала — благо езжу на родину регулярно. Зато знакомые, узнавая, что отправляюсь в Грузию, каждый раз донимали: «В Тбилиси летишь? Слушай, привези бутылочку!» Этих бутылочек набиралось столько, что впору было заподозрить меня в контрабанде. С потеплением российско-грузинских отношений, надобность таскать на своих плечах котомки, полные вина и чачи, надеюсь, отпала. Спасибо Роспотребнадзору и Геннадию Онищенко лично. И никакой иронии.

«Тоже мне Онищенко!»

Для забывчивых: запрет на продажу грузинских товаров в России ввели в 2006 году — после бесконечного обмена «любезностями» между политиками двух стран. Официально Онищенко тогда заявил, что эмбарго связано с несоответствием продуктов санитарным нормам. Чем изрядно повеселил публику: получалось, остальные товары на российском рынке — заоблачного качества (за исключением молдавских: эти продукты также попали под запрет). В Грузии имя главы Роспотребнадзора стало даже нарицательным: «Да нормальное лобио! Ешь! Тоже мне — Онищенко!»

После победы оппозиции на парламентских выборах осенью прошлого года ситуация кардинально изменилась — качество грузинских товаров сразу повысилось. Во всяком случае, представители России заявили, что никаких барьеров для возвращения грузинской продукции они не видят.

В Грузию отправились две инспекции Роспотребнадзора — проверять санитарно-гигиенические нормы предприятий, риск-факторы производства и прочие труднопроизносимые показатели. Грузинские виноделы отмечали доброжелательность инспекторов и удивлялись их чрезмерной деловитости.

— Мы хотели им стол накрыть, как положено — гости все-таки. А они убежали на другое предприятие, даже вино не попробовали! — сетует сотрудник одного винзавода.

После проверок виноделы должны были предоставить Москве документы для получения государственной регистрации.

— Это сложный процесс, бюрократия в России огромная, — говорит председатель Национального агентства вина Грузии Леван Давиташвили. — Но я должен сказать спасибо специалистам Роспотребнадзора: они помогают правильно составить документы и даже исправляют грамматические ошибки. У нас же с 2006 года никаких отношений с Россией — по-русски почти не приходится говорить. Я тоже подзабыл...

Гордыми обладателями госрегистрации в России теперь являются пять грузинских винодельческих компаний, еще десять получат ее буквально на днях. Зарегистрировалось и «Боржоми» — бутылки с легендарной минералкой первыми пересекли российскую границу. Тем временем два созвучных ведомства — Минсельхоз Грузии и Россельхознадзор ведут переговоры о поставках в Россию фруктов и овощей. В общем, снова дружба.

«Боржоми» уже не модно

Казалось бы, в Тбилиси только и должны говорить о снятии эмбарго и ликовать по этому поводу. Но в центре внимания были совсем другие темы. Например, в день моего приезда на бывшей площади Ленина, а ныне — Свободы, православные активисты основательно напугали участников митинга в защиту геев и лесбиянок. Тбилиси гудел несколько дней. Кажется, отменой эмбарго интересовалась только я. Да и то по долгу службы.

«Помидоры — настоящие, грузинские!» — предлагает продавец одного из многочисленных лотков на нашей улице. Местные овощи и фрукты здесь ценятся — потому что экологически чистые. Если Москва даст добро, эти продукты, а также мед, пойдут в Россию...

Для производителей овощей и фруктов российский рынок может стать основным источником дохода, считает Георгий Сетуридзе, руководитель Центра грузино-российского экономического сотрудничества.

— У нашей продукции хорошее качество, мы можем конкурировать со Средней Азией, Испанией, Израилем и прочими, — говорит он. — Можно дойти до годового оборота в миллиард долларов.

Я киваю: миллиард — это много. Пока же грузинские овощи и фрукты никуда не экспортируются: Европа далеко, а у соседей по Кавказу своих навалом. Так что недаром Георгий Квирикашвили, министр экономики и устойчивого развития назвал российский рынок спасением для Грузии.

Что до грузинской минеральной воды, то здесь на первом месте, конечно, «Боржоми». Компания, к слову, принадлежит русским. До введения эмбарго «Боржоми» экспортировала в Россию около ста миллионов бутылок в год и, наверное, сделает все возможное, чтобы вернуть былые позиции.

Кстати, в самой Грузии «Боржоми» теперь пьют мало. Безусловный лидер — минеральная вода «Набеглави». Вот только минералку, которую предпочитают грузины, в России в ближайшее время попробовать не смогут — весь имеющийся в наличии «Набеглави» рекой льется по контрактам в другие страны. Москве пока не наливают. К концу года в компании решат, как быть с северным соседом.

Главное — длинный хоботок

— Не надо просить русских покупать нашу продукцию. Нужно просто сказать: «Уважаемые товарищи! Мы готовы поставлять вам товары такого же отличного качества, как раньше!» — церемонно, словно тост, произносит Георгий Кепашвили, директор «Брети», самого крупного в Грузии завода, выпускающего мед.

— Вы знаете, что ни в одной точке планеты не представлено сразу три четверти мировой флоры, кроме как на Кавказском хребте? В Грузии 14 видов почв. Даже в самой великой стране мира — России — нет такого! — поражает он меня широтой кругозора.

В мае грузинский мед пойдет на российский рынок, сообщили информагентства.

— Наш мед не какой-нибудь китайский, он обязательно займет свою нишу, — уверен мой собеседник.

Кстати, исключительным грузинский мед становится во многом благодаря знаменитой серой горной кавказской пчеле с рекордно длинным хоботком — им можно проникать в глубь цветка и собирать самые полезные вещества.

— Это ее советское название, на самом деле пчела — грузинская, — уточняет еще один специалист в этой теме Михаил Тетруашвили, советник группы развития пчеловодства «Путкара». — В западной Грузии есть маленькое горное село Мухури — кавказская пчела родом оттуда.

Пока что в самой Грузии со сбытом меда дела обстоят неважно: потеряна культура потребления, жалуются пчеловоды. Продажи возрастают лишь перед Новым годом и Рождеством, когда во всех домах принято варить гозинаки. Так что если грузинский мед выйдет на российский рынок, это будет существенным подспорьем для его производителей. А насчет качества и конкурентоспособности здесь не волнуются — Грузия может предложить уникальные разновидности меда, например, собранные с растений, произрастающих только на высоте двух тысяч метров.

Истина в вине

Но саФото: РИА "Новости"мый ожидаемый в России грузинский продукт, естественно, вино. Причем начала поставок ждут не дождутся и в самой Грузии. Экспорт есть, но не тот, что был прежде.

— Грузию в мире просто не знают, — сетует Леван Давиташвили. — А если и догадываются о ее существовании, то не подозревают, что это винная страна.

— До эмбарго Грузия поставляла в Россию 50 миллионов литров, — дополняет Георгий Рамишвили, председатель правления ассоциации «Грузинское вино» и генеральный директор компании «Багратиони». — После объявления запрета общий экспорт упал до восьми миллионов. В прошлом году мы вышли на 28 миллионов, в основном за счет поставок на Украину.

Зато, по дружному признанию виноделов, эмбарго благотворно повлияло на качество. По словам Рамишвили, «до запрета лишь процентов десять вина было хорошим». Значит, политика политикой, а смысл в действиях Роспотребнадзора был. Теперь в Грузии строжайший контроль, подделки исключены в принципе.

— Это я вам гарантирую на сто процентов, — убеждает меня Давиташвили. — Подделки производятся не у нас, а за границей. В Германии, например, встречается вино с грузинскими этикетками, при этом написано, что оно из Испании. В Прибалтике продается болгарское «Киндзмараули». Мы боремся, подаем в суд. Кстати, одна из обязанностей всех наших посольств — отслеживать подделки. Но с Россией у нас нет дипломатических отношений, так что мы должны найти какую-то другую схему контроля.

В самой же республике контроль — аж 200 процентов. «Если ГОСТ требует 15 параметров, то мы проверяем 32», — уверяет Давиташвили.

Кстати, сами грузины вино в бутылках практически не пьют — только разливное. Оно дешевле.

Конечно, мои собеседники не надеются, что снова займут лидирующие позиции в России. Но уверены, что их продукция окажется не хуже заполонивших наши прилавки французских, итальянских и других вин.

— Мы участвуем во всех топовых конкурсах, у нас мировое признание, — уверяет Георгий Рамишвили.

Схема продажи грузинского вина в России из Тбилиси видится примерно так. Вот идет вдоль прилавка пресыщенный покупатель и лениво перебирает бутылки: «Чилийское — пил. Южноафриканское — пил. Болгарское — не могу больше. Испанское — опять одно и то же...» И вдруг — бац, грузинское! «Давно его не было, дай-ка, думает, попробую». А качество-то мировое — 32 параметра как-никак. Главная надежда — на поколение, которое помнит былую дружбу с Грузией, фильмы, песни и — вино.

Правда, стоить заморский продукт в России будет минимум 350 рублей за бутылку. Но ведь качество вещь дорогая, а ностальгия вообще бесценна.

В ближайших номерах «Культуры» — вспоминаем грузинские вина. Сорта винограда, регионы, фирмы-производители. Как пить, чем закусывать, какие тосты произносить. Читайте на здоровье!

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть