Сеть, ложь и видео

09.03.2017

Августин СЕВЕРИН

Чем опасны самые популярные блоги Рунета?

«Одевайтесь тепло, берите зонтики, чай, кофе, хорошее настроение и друзей». Эта, казалось бы, безобидная запись, сделанная украинским блогером на личной интернет-страничке, повлекла за собой цепь событий, приведших крупное европейское государство к полному краху. Ровно так же через социальные сети были спровоцированы и кровавые беспорядки в Стамбуле, и «арабская весна» — прокатившаяся по Северной Африке и Ближнему Востоку волна столкновений и революций. «Культура» решила выяснить, насколько велика подобная опасность у нас и какие иные риски таит в себе зависимость подрастающего поколения от раскрученных аккаунтов.

Сегодня аудитория самых популярных блогеров, например, в YouTube, достигает нескольких миллионов подписчиков. Скажем, у Екатерины Трофимовой (Cate Clapp) их более 5 млн человек, а возглавляет список русскоязычных интернет-кумиров 20-летний паренек из села Александрия Днепропетровской области Иван Рудской, более известный как EeOneGuy. Замысловатое буквосочетание читается просто: ИванГай. На новости его канала подписано более 11 млн пользователей. Для сравнения: тираж газеты «Правда» в лучшие времена, когда подписка была добровольно-принудительной, составлял немногим больше 10 млн. Что дает блогерам такая популярность? Славу? Престиж? Разумеется. Но прежде всего — деньги.

— Есть три способа монетизации блогов на YouТube, — рассказывает гендиректор агентства Digital Stories Артем Колесников. — Первый — выплаты за прокрутку рекламных роликов. С каждого показа — маленький процент. Три ролика в день, до 500 тысяч просмотров у каждого, в общей сложности — 1,5 миллиона. В итоге набегает немалая сумма. Второй способ — прямая реклама: в этом случае блогеры получают деньги непосредственно от рекламодателя. Платят, как договорятся. Наконец, третий — можно продавать собственные товары и услуги или выступать в различных телешоу: сетевые звезды — люди востребованные.

Много ли удается заработать таким образом? Очень. К примеру, упомянутый выше ИванГай, по информации сервиса WhatStat, отслеживающего рейтинг и статистику русскоязычных каналов YouТube, получает от 797,3 до 996,7 тысячи долларов в год. Разброс объясняется тем, что точная сумма известна лишь самому блогеру и банкам, в которых он хранит сбережения. А как же налоги, спросите вы.

— Ситуация с блогерами пока не урегулирована, поэтому их доходы налогом не облагаются, — пояснил «Культуре» председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков. 

Один из возможных вариантов — введение патента на блогерскую деятельность.

Я бы в блогеры пошел

Стать владельцем популярного аккаунта — целая наука.

— В каждой соцсети свой способ раскрутки, — объясняет Артем Колесников. — В YouTube полезно дружить с теми блогерами, которые уже достигли известности, или покупать у них упоминания о своем ресурсе. Можно набрать просмотров и на волне скандала: например, в нынешних топах — Диана Шурыгина. Одни считают, что она стала жертвой насилия, другие обвиняют ее в том, что оговорила невиновных. Вообще YouTube заинтересован в появлении ярких авторов. Поэтому проводит мероприятия, где начинающие могут познакомиться с теми, у кого миллионная аудитория, поучиться у них.

Другая заметная сеть — Instagram. Чтобы раскрутить там личную страницу, нужно хотя бы пару раз в день выкладывать запоминающееся сообщение. Контент, как говорят профессионалы. 

— Я начала примерно месяц назад, — рассказывает Елена Уколова. — У меня имелось чуть более четырехсот подписчиков, и я, в свою очередь, была подписана человек на триста. Хотелось расширить аудиторию, чтобы получать бонусы и подарки от магазинов или ателье. Тему выбрала такую: «Жить здорово!». Стала рассказывать в Сети, как провожу выходные, как это классно — знакомиться с новыми людьми, какая у меня замечательная кошка...

Но одних только занимательных историй часто бывает недостаточно. В помощь начинающим существуют специальные программы, которые за 200–300 рублей «накручивают ботов» — добавляют подписчиков, но не настоящих, а созданных роботами. В результате возникает иллюзия популярности. Зашедший на страничку полагает, раз народ здесь тусуется, значит, есть что почитать, и тоже подписывается. 

Правда, подобная метода работает недолго, поскольку боты регулярно исчезают со страницы (есть у них такая техническая особенность), и приходится либо докупать новых, либо вручную добавлять обитателей соцсетей к себе в друзья. Сегодня у Елены более двух тысяч подписчиков, и ей уже стали приходить предложения от рекламодателей. 

— Недавно ко мне обратился фитнес-клуб с просьбой написать о них, взамен — бесплатная тренировка, — не без гордости сообщила девушка.

Если людям интересно то, о чем вы пишете, количество пользователей будет расти.

— Один мой знакомый за два года разогнался до ста тысяч подписчиков, — откровенничает Артем Колесников. — У него очень интересный блог, к тому же он общается со своими читателями, устраивает разные конкурсы.

А каким должен быть блог, чтобы стать интересным? Давайте глянем на российский топ YouTube. ИванГай, идущий на первом месте, — фактически сплошная клоунада. Кривляния, гримасы, незатейливые шутки, бессодержательные сценки сменяют одна другую. Удивительно, так много людей это смотрит. В группе лидеров и канал Кейт Клэп (Екатерина Трофимова) — как раз о том, что «жить здорово».

— Считаю, мой блог — вполне себе приятный, — говорит «Культуре» 23-летняя Екатерина. — Когда у человека есть проблемы в жизни, он ко мне заходит и узнает, что купить, почитать, посмотреть, да и просто можно пообщаться, найти друга. Я выступаю в такой роли и, на мой взгляд, достаточно успешно.

Еще одна разновидность популярных блогеров — летсплееры (от англ. let’s play — давай поиграем). Они транслируют в Сеть свое прохождение видеоигр, сопровождая это комментариями — порой остроумными, чаще не очень. Казалось бы, безделица, но подписчиков им не занимать. Кстати, шведскому летсплееру с никнеймом PewDiePie принадлежит крупнейший канал на базе YouTube. И наш украинско-российский сетевой герой EeOneGuy также в свое время начинал в качестве летсплеера.

Кроме того, в Сети наблюдается любопытный феномен: последователей быстро набирают дети 10–13 лет. Среди известных блогеров есть и вовсе малыши: они просто играют в игрушки, предложенные рекламодателями, и получают огромную аудиторию, а их родители — гонорары. 

Дело в том, что аудитория блогеров-подростков — ровесники, которые стремятся подражать кумирам, а в силу неразвитости критичного восприятия это идеальные потребители всего, что им, простите, впаривают. Юные граждане более внушаемы: взрослые несколько раз подумают, прежде чем купить что-нибудь ненужное, но какая мать устоит перед плачущим чадом: «Мама, хочу!!!»

Это опасно?

Сетевые властители дум вместо разумного, доброго, вечного распространяют жвачку для мозга. А подрастающее поколение, вместо того чтобы развиваться, глупеет.

— Когда ребенок сидит и смотрит ролики якобы детских блогеров, нацеленные только на монетизацию и больше ни на что, он попадает под обаяние этой истории, хочет оказаться на месте своего кумира, начинает воспринимать с доверием модель поведения, которую транслируют данные каналы, а это прямой путь к деградации, — уверен психолог Кирилл Светицкий. — В итоге вырастает человек, не способный к внутренней эволюции, простоватый, но с большими амбициями. Если, конечно, родители за уши его не оттащат, не объяснят, что это чушь собачья, не покажут, где есть интересные, хорошие и полезные ролики, допустим, размещенные «Союзмультфильмом», или развивающие видео. В конце концов, можно выйти во двор поиграть или почитать книжку. 

По словам Светицкого, родители и окружающая среда должны мотивировать маленького человека на захватывающее, позитивное и полнокровное развитие, тогда у него вырабатывается поведенческая модель, в соответствии с которой он прогрессирует всю оставшуюся жизнь.

— Ребенок духовно растет сам, помогает в этом другим, улучшает свой дом, нашу страну, — продолжает ученый. — У него больше чувств, больше мыслей, он становится умнее, внутренне богаче, с ним интересно.

С интернет-жвачкой все не так. Об опасности тотального оглупления подростков и повальной лайкомании говорил недавно в передаче на канале «Бесогон ТВ» режиссер Никита Михалков. Правильнее сказать — бил тревогу. Вот на экране подросток с брекетами, готовый выполнить задание своего кумира ИванГая — это у него игра такая, задания раздавать. Сначала легко: съесть ложку корицы. Плюется паренек, кашляет, но ест. Следующая задачка посложнее: с моста спрыгнуть. И что — прыгнул. Со страховкой, конечно, но кто может гарантировать ее надежность? Зато десятки тысяч лайков — вот оно, счастье.

— Вы только вдумайтесь, — изумляется Михалков, — эти задания, которые все более усложняются, заставляют человека рисковать своей жизнью — ради чего?!

И далее — логичный переход: готовность выполнять волю интернет-вождя приводит к созданию групп смерти. Молодых людей подталкивают к самоубийству. Трагедия под Псковом, когда парень и девушка заперлись на даче, стали стрелять во все стороны и транслировать это видео в Сеть, а потом покончили с собой, — звено в той же цепи, убежден Михалков.

На майдан? Спасибо, нет

Наконец, самый важный вопрос: представляют ли мегамедийные блогеры опасность для страны в целом? Способны ли они вывести свою многомиллионную аудиторию на «майданы», «болотные» и «манежные»? 

Едва ли. Среди обитателей топовых позиций нет людей политизированных. И если даже вдруг за деньги кто-то из них начнет продвигать политические лозунги, привычная аудитория не поймет этого и отвернется, считает директор по внешним коммуникациям Rambler & Co, член экспертного совета при комитете Госдумы по информационной политике Матвей Алексеев.

С ним согласен и руководитель пресс-службы Роскомнадзора Вадим Ампелонский. К тому же, поведал он, государство наблюдает за происходящим в Сети, и большинство популярных блогов (более трех тысяч посещений в сутки) занесены в реестр Роскомнадзора.

— Блогеры, и особенно видеоблогеры, являются сейчас важными и массовыми каналами коммуникации с большой мотивирующей силой для личной аудитории — это правда. Однако в России действует антиэкстремистское законодательство, за его соблюдением следит Генпрокуратура, — подчеркивает Вадим Ампелонский. — Все, что противоречит данному правовому акту, быстро выявляется и блокируется.

На практике это значит, что известный блогер, выступив с экстремистским заявлением, может лишиться солидного заработка, что приносил ему канал. Но самое главное — люди не хотят «великих потрясений».

— Мое мнение, как человека, у которого в «Фейсбуке» порядка 10 тысяч подписчиков: на данный момент опасности «русского майдана» нет, — делится Матвей Алексеев. — В обществе отсутствует страх, нет глобальной критики власти.

Самый цитируемый российский политолог, директор Института политических исследований Сергей Марков также сомневается в том, что блогеры способны инспирировать переворот. Сегодня в России не имеется базы для формирования протестных настроений, полагает он.

— Повторение Болотной, а тем более майдан крайне маловероятны, поскольку власть извлекла уроки из того, что было в 2011-м, — успокаивает Марков. — Вдобавок Россия подвергается гибридной атаке со стороны НАТО. И большинство сограждан понимает: поддержка оппозиционных настроений — де-факто работа на врага. Видя такой сплачивающий эффект, думаю, люди не станут поддерживать деструктивные силы. Даже будучи чем-то недовольными. Ко всему прочему опыт Украины, абсолютно катастрофический и наглядный, также снижает вероятность массовых протестов.

Впрочем, все это совершенно не значит, что опасности не существует. В преддверии выборов наши оппоненты могут активизироваться, предупреждает политолог.

— Страны НАТО хотят подорвать веру в легитимность избрания президента в марте 2018-го, поэтому возможны всяческие провокации, — подчеркивает он. — Бросить демонстрантов на полицию — на мой взгляд, пройденный этап. Но, считаю, что в заграничных штабах уже сидят и готовят какие-то хитроумные комбинации. И популярные блогеры могут сыграть значительную роль. Прежде всего в организации уличных акций.

Скрытая угроза

О подобных сценариях говорит и директор Центра исследований легитимности и политического протеста Евгений Венедиктов:

— Тот же Навальный не упустит возможность раздуть народное недовольство. Это очень знаменитый блогер, в его группах «ВКонтакте» мы фиксируем накрутку подписчиков. Причем комментировать посты в группах Навального в ВК запрещено. Такая у него демократия.

Весьма популярный в Рунете Олег Макаренко, в Сети более известный как Фриц Моисеевич Морген, уверен, что блогеры — лишь «боевой отряд, используемый влиятельными персонами для попыток опрокидывания власти». Вот они-то, эти персоны, и представляют главную опасность.

— Чтобы организовать майдан, нужны не блогеры, а политики, — утверждает Олег Макаренко. — Зато согнать людей для участия в протестных акциях — да, на это блогеры способны.

Основной движущей силой таких выступлений, по его мнению, могут стать не «радикальные либералы», как это было на парламентских и президентских выборах 2011 и 2012 годов, а противоположный сектор.

— Теперь уже ясно, что прозападное движение в России себя сильно дискредитировало, поэтому ставка будет, вероятно, делаться или на ура-патриотов, или на сторонников силового восстановления СССР, — продолжает Макаренко. — Эти две категории станут эксплуатировать тему социального неравенства и недостаточного влияния России в близлежащих республиках. Полагаю, на этот раз рядовых участников протеста будут использовать «втемную», зарубежные политики и дипломаты открыто не поддержат митинги и демонстрации.

Возникает резонный вопрос: как же купировать потенциальную угрозу?

— Важно, держа в уме опыт Украины, не допустить раскола российского общества, — отмечает Венедиктов. — Нужно вовремя перехватывать оппозиционную повестку и реагировать на нее. 

— Угроза не слишком значительна, однако если мы не будем работать на этом направлении, нишу заполнят западные «партнеры», — убежден Олег Макаренко. — Государству стоит вести планомерную деятельность по донесению своей точки зрения до широких народных масс. Нужно честно и подробно рассказывать о ситуации в стране, о том, что делают власти и чего хотят достичь. Надеяться, что народ как-нибудь сам все поймет, в современном мире нельзя.

Итак, несет ли блогосфера угрозу обществу? И да, и нет. С одной стороны, огромное количество популярных блогов — не более чем марионетки в руках рекламодателей. Опасны они тем, что кормят свою паству, в основном детей и подростков, всякой ерундой и глупостями. Медленно, но верно это ведет к деградации поколения, которому через 10–20 лет предстоит работать, принимать законы, руководить нашей страной. Политические же блоги не так многочисленны, но и они могут стать орудием в руках потенциальных возмутителей спокойствия. Чтобы этого не произошло, государству остается внимательно отслеживать обстановку в Сети, прикладывать интеллектуальные, а возможно, и финансовые усилия для продвижения в онлайн тех, кто стоит на здравых патриотических позициях, помогает людям, борется с реальной коррупцией и прочими правонарушениями.


«Масштабность протестам всегда придает молодежь»

Насколько опасна сетевая зависимость — об этом рассуждает известный специалист по изучению блогосферы, завкафедрой социально-политических исследований и технологий Института истории и политики МПГУ Елена БРОДОВСКАЯ:

— Ядро интернет-аудитории — люди в возрасте от 14 до 25 лет, в большинстве своем выключенные из политического контекста. Но есть группа молодежи, в разные периоды это от 15 до 25 процентов пользователей, которая активно интересуется политикой. Именно для нее в Сети моделируются информационные потоки, которые формируют псевдорациональное поведение. При этом человек даже не догадывается, что его мнение создано искусственно: отсутствие реального жизненного опыта не позволяет ему критически оценить предлагаемую информацию. Кроме того, в подростковом возрасте простое и понятное решение кажется самым эффективным: если тебя что-то не устраивает, значит, нужно бороться. А популярные блогеры и другие лидеры социума дают непосредственную инструкцию, что и как делать. Основная опасность коренится здесь. На примере информационных войн и «цветных революций» мы видим: как правило, масштабность протестных выступлений обеспечивается за счет вовлечения молодежи, подвергнутой соответствующей обработке в соцсети. Кто-то подключается из любопытства, кто-то из-за потребности к самоутверждению или желания «стать взрослым».

В России, по нашим оценкам, масштаб потенциально опасного класса составляет менее пяти процентов. Но так будет не всегда. Когда требуется мобилизовать часть населения, создать негативный информационный фон в отношении какого-то события, протестным классом пользуются, вбрасывая определенные факты, инициируя обсуждения, образуя специальные площадки. Сегодня любое подобное движение имеет зонтичную сеть партнерских групп и манипуляторов, которые генерируют информационный поток, расширяющий протест. Эти группы дифференцированы по ролям: одни формируют негативную атмосферу, другие набирают волонтеров, третьи отвечают за сбор финансовых ресурсов для подпитки движения. Иное дело, что безусловных лидеров, готовых усилить деструктивные настроения в обществе и повести за собой людей, на мой взгляд, сейчас в России нет. И дело не в отсутствии персон, а в том, что критикам просто не за что зацепиться.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть