Виктор Зинчук: «Бездушные произведения долго не живут»

23.12.2016

Денис БОЧАРОВ

Евгений Стукалин/ТАСС

Знаменитый гитарист-виртуоз, композитор и аранжировщик в этом году отметил сорокалетие своей жизни в искусстве. Поступив в 1976-м в музыкальную школу для одаренных детей по классу классической гитары, Виктор Зинчук с тех пор не расстается с любимым инструментом. Сегодня маэстро, являющийся, к слову, фигурантом Книги рекордов Гиннесса, отвечает на вопросы «Культуры». 

культура: Вы постоянно в разъездах, концертный график расписан буквально по минутам. Недавно вернулись с гастролей по Уралу. Отличается ли местная аудитория от столичной? 
Зинчук: Пожалуй, да. Хотя в артистической среде и принято говорить, что отдача в любом зале одинакова — вне зависимости от того, где именно выступаешь: в Московском международном Доме музыки или провинциальном рок-клубе, — все же это в известном смысле лукавство. Люди везде разные, и соответственно создаваемая атмосфера тоже варьируется. Здесь нет ничего неправильного, просто стоит смириться. Между прочим, крупные, знаковые сеты выдавать порой проще, чем «зажигать» в каком-нибудь ДК. Поскольку в первом случае примерно знаешь, чего ожидать (народ целенаправленно идет с желанием культурно провести время), а во втором предсказать что-либо сложно. Вдруг человека, пришедшего на твой концерт, только что кто-то обругал или облил грязью — вот он волей-неволей и стал «соавтором» несколько иной атмосферы. (Смеется.) Конечно, исполнитель подобные вибрации улавливает. 

Однако объединяет зрителей гораздо большее: все они хотят послушать хорошую музыку и, возможно, прикоснуться к чему-то благородному. Неловко оперировать высокопарными терминами, но, подозреваю, это именно так. И я стараюсь выкладываться по полной, где бы ни выступал. Поскольку обожаю всех своих поклонников без исключения. 

культура: Можете ли сказать, что на Ваши концерты приходит подготовленная публика? Все ли знают, что именно желают услышать? Все-таки Ваше творчество в определенные стилистические рамки не вписывается... 
Зинчук: Справедливое наблюдение. Действительно, порой люди заходят из чистого любопытства: мол, слышали от знакомых, что Зинчук виртуозно исполняет «Полет шмеля». И пребывают в полной уверенности, что именно его и засвидетельствовали, хотя на самом деле я сыграл 24-й каприс Паганини. Поэтому, кстати, мои выступления не ограничиваются бездумным исполнением запланированной программы. Я много рассказываю о композиторах, привожу занимательные истории из жизни Бетховена, Брамса, Моцарта, Шуберта, Штрауса, Россини. И таким образом невольно вовлекаю слушателя в свою орбиту. Потом многие подходят, благодарят за то, что вечер для них был не только приятен сугубо эстетически, но и полезен с познавательной точки зрения. Однажды после концерта во Ржеве одна почтенная дама мне сказала примерно следующее: «Вы знаете, Виктор, я раньше в музыке ничего не понимала. Но теперь стараюсь не пропускать ни одного вашего концерта. Ведь так я по жизни Дуся, а, послушав вас, прихожу домой и чувствую себя Евдокией Ивановной». Разумеется, слышать такое очень приятно.    

культура: Однако гитарными переработками шедевров классики Ваш репертуар не исчерпывается...
Зинчук: Конечно. Я же начинал в эстрадно-симфоническом оркестре Центрального телевидения и Всесоюзного радио под управлением Юрия Силантьева, моя гитара присутствует в «От печали до радости» Юрия Антонова, «Мэри» Аллы Пугачевой, других популярных композициях. Так что законы и каноны, по которым строится поп-музыка, знаю прекрасно. Возможно, именно поэтому стараюсь, чтобы мои обработки классических вещей звучали максимально доходчиво — были понятны каждому. Я вообще сторонник доступности музыкального искусства. Чтобы твое произведение попало на радио, оно, во-первых, не должно быть неоправданно заумным, а во-вторых, ему не следует выходить за рамки семи минут. 

культура: Сейчас по телевидению показывают несколько развлекательных шоу, где во главу угла поставлен голос. Люди на разные лады демонстрируют свои вокальные данные. А почему бы, словно в противовес подобным проектам, не запустить программу, делающую акцент на инструментальной составляющей? Где артисты являли бы недюжинные способности в обращении с музыкальными инструментами, а не с гландами и диафрагмой? Неужели Андрей Макаревич, однажды сказавший «труднее сыграть, особенно — спеть», был прав?
Зинчук: Не совсем. Конечно же, достойно исполнить произведение на инструменте сложнее, чем прилично проинтонировать. Чтобы освоить и качественно сыграть какую-нибудь композицию на гитаре, потребуется куда больше трудозатрат, нежели для подготовки песни — это любой педагог ДМШ или музыкального училища подтвердит. Но вообще отношение к подобным затеям у меня довольно скептическое. Я никогда в их рамках не видел намека на нового Гребенщикова, не говоря уже о Блэкморе или, тем более, Спивакове. Да и людям столь высокого уровня дарования такие «пляски» ни к чему. Это как, допустим, повара из ресторана с тремя звездами Michelin, владеющего искусством приготовления изысканных блюд, попросить завернуть шаурму. Надевать странные маски и мимикрировать мастерам не пристало. Впрочем, осуждать никого не хочу, к тому же не могу себя назвать человеком, глубоко погруженным в подобного рода околотворческие начинания. 

Хотя, вы знаете, говорить о том, что инструментальные телешоу, появись они в эфире, провалятся по сугубо рейтинговым показателям, не стал бы. Я тут недавно видел маленькую девочку, которая так играла на балалайке — закачаешься! Вопрос лишь в том, насколько грамотно и выигрышно это подать. У нас же на телевизионных каналах музыкальная редактура весьма тенденциозна и предвзята.  

Фото: Роман Денисов/Фотохроника ТАСС

культура: Вот Вы упомянули про Блэкмора. Не ошибусь, если предположу, что именно такие гитаристы-виртуозы, как Ричи или, скажем, Ингви Мальмстин, в свое время оказали на Вас большое влияние?
Зинчук: Если только отчасти. Конечно, по мере появления новых мастеров я подбирал их композиции, осваивал некоторые пассажи, анализировал, но не с целью быть, как они, а, скорее, чтобы понять ход их мыслей. Это необходимо любому музыканту — учиться у старших. Мне, кстати, всегда были ближе не технари-скорострелы, а более экспрессивные исполнители, такие, как Джими Хендрикс или Джимми Пейдж. 

Между прочим, порой бывает обидно, когда слышу о себе: дескать, Зинчук — скоростной гитарист. Мне близка самая разная музыка. Например, очень люблю кельтские мелодии — дабы их исполнять, освоил мандолину, банджо. У этих инструментов совсем другой строй. Крайне значимо, чтобы на моих концертах присутствовала музыка. Если бы не звучала она, разнообразная, вызывающая к жизни спектр самых противоречивых эмоций — от слез до смеха, — то я бы вовсе не стал всем этим заниматься. Способность вызывать искренние чувства в слушателе для меня куда важнее, чем возможность поражать его воображение неистовой беготней по струнам. Я никогда не ставлю секундомер с целью засечь, сколько нот сыграю за определенный отрезок времени. Да, если произведение изначально подразумевает техничное исполнение, тут уж никуда не денешься. Однако техника во имя техники гроша ломаного не стоит. Поэтому задачи кого-нибудь поразить никогда себе не ставлю. В музыке главное — мысль. Пара умных нот, сыгранных Гари Муром на протяжении двенадцати тактов, мне куда дороже, чем сумасшедшие «запилы» хеви-металлистов. 

Композиции, в которых нет ничего, кроме скорости, долго не живут. Помню, однажды присутствовал на музыкальной выставке в Германии, где один из гитаристов шарашил так быстро, что будь здоров. Около него собралась приличная толпа зевак, преимущественно юного возраста. Но когда этот горе-виртуоз по окончании собственного перформанса сообщил: «Вы можете прямо сейчас приобрести у меня диски с моей музыкой», всех как ветром сдуло. 

культура: А вообще альбомы, которые выпускаете Вы или Ваши коллеги, хорошо расходятся? С учетом повсеместного проникновения в нашу действительность интернета овчинка стоит выделки?
Зинчук: В нашем музыкальном «профсоюзе» ходит такой анекдот. Встречаются два гитариста: 

— Я тут недавно диск записал.  

— Ну и как, продал?

— Ага. Машину продал, дачу продал.

Так что запись новых пластинок никакой финансовой отдачи, к сожалению, не приносит. Но я привык, отношусь к этому как к данности. Музыкант должен постоянно создавать что-то новое.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть