Отталкиваясь от контекста

16.11.2017

Елена ФЕДОРЕНКО

Московский этап V Международного фестиваля современной хореографии «Context. Диана Вишнёва» завершен. Программу смотра подхватывает Петербург. 19 ноября на сцене легендарной Мариинки состоится гала-закрытие.

Фото: Ирина ГригорьеваЗадачу фестиваля Диана сформулировала давно: показать лучшее из мира современного танца. Живой диалог с публикой ведут не только именитые иностранные гости, но и начинающие отечественные хореографы. Содержание «Контекста» складывается из кинопоказов, лекций, мастер-классов, творческих встреч и лабораторий. Переполненные залы представляли торжество демократии: среди зрителей — профессионалы и любители, балетоманы и VIP-персоны.

Молодые и непонятные

Ключевое звено «Контекста» — конкурс молодых российских хореографов. Само состязание проходило в формате видеопросмотров, из полутора сотен участников эксперты, трудившиеся целый год, отобрали пятерку финалистов, подготовивших номера специально для фестиваля. В жюри — сама Диана Вишнёва, куратор зарубежной программы смотра Самуэль Вюрстин и Наоми Перлов, худрук The Maslool — профессиональной танцстудии в Тель-Авиве.

Вишнёва — счастливый оптимист и вопреки очевидному упрямо проводит свой сюжет: «Главное — помочь талантливым российским постановщикам занять в этом мире свое место». Нынешние конкурсные работы, однако, навеяли тоску. Благие намерения организаторов показались утопией и не дали искомых результатов. Странное впечатление: вроде бы каждый номер, пусть и не выдающийся, сам по себе имеет право на существование, а все вместе образуют сумрачный контекст, погружая зрителя в мир болезненных рефлексий. Композиции — мелкотемные и малопонятные — раскачиваются, словно на волнах. Оказалось, что молодым неинтересны внятно изложенные истории, любой рассказ заменяется «выражением эмоций» из области мрачных комплексов, зависимостей, кошмаров. Человеческую природу лишают благородства и любви. Интеллект, юмор и ирония не в почете. Музыка зачастую заменяется шумами, звуками птичьего базара, лязганьем металла, вздохами и словами.

Андрей Короленко, математик из Новосибирска, сочинил дуэт «Аспи» — так называют себя люди с синдромом Аспергера. Девушка смятенно и депрессивно бегает, меняя направления, пока юноша нервически ломает собственное тело, примеряя позу дискобола. Потом оба вступают в жесткий поединок и завершают схватку нежным объятием. В кабинет к психиатру «заглядывает» и москвичка Мария Заплечная, чей претенциозный номер «Тьма опускается быстро» вдохновлен книгой американца Кея Джеймисона «Беспокойный ум. Моя победа над биполярным расстройством». Две девушки и мужчина пытаются выкарабкаться из гнетущих их страхов и тревожных предчувствий. В «Пятой зоне» петербурженки Полины Митряшиной — четыре женщины. Одна безостановочно вращается около дверного проема, временами кажется, что это какой-то 3D-фокус, — настолько безусильны выполняемые ею повороты. Другие выворачивают из своего нутра смерчи чувств и надрывные движения. Наконец, звучат слова «проэта» Саши Соколова из «Школы для дураков»: «Это говорю вам я, географ пятой пригородной зоны, человек, вращающий пустотелый картонный шар».

Фото: Ирина ГригорьеваПальму первенства на «Контексте» отдали минчанке Ольге Лабовкиной, выпускнице Академии русского балета имени Агриппины Вагановой. Жюри не могло не отметить в поставленном конкурсанткой изощренном трио поиска оригинальной лексики. Два парня и девушка, обуреваемые мечтами, по замыслу хореографа, томятся бездельем. «Воздух» — так называется номер — некий символ свободы, прорыва, космоса, о чем наставляют секундные видеокадры. Награда лауреату — стажировка в одной из ведущих мировых танцкомпаний. Приз зрительских симпатий ушел Юлии Коробейниковой из Красноярска, попавшей в танцевальный класс выпускницей экономического факультета университета. «ЧтоЕстьЯ?» — девичий номер. Шестерка танцовщиц познает себя с печальной сосредоточенностью, извивая ужами руки и вычерчивая изобретательные графические композиции. Все «женское» — качание младенца, прихорашивание, ласки — подверстывается в тему.

Куда как менее унылыми, чем конкурсанты, выглядели финалисты прошлых лет. Константин Кейхель и Павел Глухов с двумя десятками воспитанников Академии танца Бориса Эйфмана порассуждали на тему бережного отношения к живому, что нас окружает. Умные «Тропы» оказались важными для учеников профессиональным и экологическим уроками. Победительница «Контекста»-2016 Ольга Васильева сочинила свою работу «Выбор» на раскованных танцовщиков школы The Maslool — Professional Dance Program — Tel Aviv-Jaffa, где ей выпало стажироваться. Цветные футболки трех пар исполнителей после долгого серо-белого монохрома порадовали глаз, а лихой, хотя и незамысловатый, танец подарил надежду на то, что в мире еще существуют радость и улыбки.

Прорвемся, — ответит Опера

Когда французы говорят «Опера» (так называется фильм, показанный на «Контексте»), то сомнений нет: речь идет не о спектакле, а о национальном театре во дворце Гарнье. Чтобы избежать путаницы, на российских афишах делают уточнение: «Парижская Опера». Фильм 2017 года стал первым лауреатом в документальной программе 39-го Московского кинофестиваля. Режиссер Жан-Стефан Брон попал в «святая святых» осенью 2015-го, почти вслед за Стефаном Лисснером. Он, человек влиятельный и уважаемый, экс-руководитель «Оркестра де Пари», Экс-ан-Прованского оперного фестиваля, театра «Шатле» и миланского «Ла Скала», тогда возглавил главный театр Франции.

Фото: Ирина ГригорьеваВ это почти невозможно поверить, но режиссер никогда ранее не бывал в опере, и в этом почти неправдоподобном биографическом факте — залог точной и правдивой интонации талантливого фильма. Камера оператора Блэйза Харрисона фиксирует броуновское движение закулисья, которым режиссер явно ошеломлен. У него нет кумиров и антигероев. Нет вопросов и ответов, нет рекомендаций. И своего мнения — тоже. Ведь, чтобы они появились, необходимо знание предмета. Словом, тот редчайший случай, когда неосведомленность и отсутствие просчитанного сценария позволяют создать ценный документ. Без лоска, без любования роскошными фойе и парадными лестницами, без восхищения резным фасадом. Важно лишь то, что внутри и сейчас, — никаких реверансов триумфальной истории Оперы. Одним из героев становится пришелец из маленького южноуральского городка — юный баритон Михаил Тимошенко. Его, ни слова не знающего по-французски, прослушивает комиссия. Певца-дебютанта и выбирают Брон и Харрисон в качестве проводника в неведомое. Заодно разделяют с ним и радость, и разочарование, сменяющие друг друга в обстоятельствах старта карьеры. В остальном — фильм эпически уравновешен.

Вот камера деликатно всматривается в Стефана Лисснера: в сдержанном по виду интенданте явно кипят нешуточные страсти. Фильм снимался более года, и за это время много чего случилось. Честно запечатлено назначение на должность директора балета реформатора Бенджамена Мильпье. Мелькает профиль Лорана Илера, главного репетитора и хранителя традиций, которого и прочили на эту ответственную должность. В доказательство его педагогических заслуг — дивный фрагмент безупречно чистого лебединого кордебалета. Застал съемочный дуэт и отставку Мильпье, и признание Лисснером своей ошибки. Собственно, самого раскаяния нет, но стоит увидеть глаза интенданта и разочарованные лица артистов балета, и все становится ясно: допустил промах.

Сезон вообще выдался бурным. Готовится премьера незаконченной оперы Шенберга «Моисей и Аарон», артисты грозят забастовкой, хор выступает против решения дирижера Филиппа Йордана и режиссера Ромео Кастеллуччи вывести на сцену живого быка. Как странное напоминание о золотом тельце Аарона. Животное по кличке Беспечный Ездок затаилось, и непонятно, чем обернется его покорность во время мытья под струей из шланга или заточения в стальные тросы: может быть, смирится, а может быть, проявит свирепый норов. То и дело мелькает плутовской взгляд профсоюзного лидера. Темнокожая виолончелистка, похоже, уже объявила свой протест — вместо энергичной ноты упрямо выводит нежнейший звук, словно не слышит увещеваний дирижера. За окнами — отчаянно растерянный после терактов Париж. А театр трудится — упорно, исправно, безостановочно. Гигантская машина работает безупречно, гарантируя стабильный ежевечерний праздник.

С 23 ноября Центр документального кино выпускает картину в российский прокат.

Танц-парад

На этот раз сама Вишнёва в гала не участвовала. Запретили врачи, и, видимо, произошло это накануне, поскольку в буклете выступление мировой звезды анонсировалось. Вечер традиционно проходил на гостеприимной сцене Музтеатра имени Станиславского и Немировича-Данченко и открывался фрагментом спектакля FAR Уэйна Макгрегора, известного нашим зрителям по спектаклям Chroma в Большом, «Инфра» в Мариинке, по пластике в фильме «Гарри Поттер и кубок огня», и по напрасному ожиданию его «Весны священной» в ГАБТе — тоже. Тогда хореограф испугался кислотной атаки. Англичанин, увлеченный семиотикой танца, связями движения с рефлексами нервной системы, предъявил свой узнаваемый почерк — экстремальные пробы связок и суставов на выносливость: невероятные шпагаты, выгибающиеся в разных направлениях руки, живущий вне связи с конечностями торс. FAR — аббревиатура названия исследования Роя Портера «Плоть в эпоху разума» (Flesh in the Age of Reason) — о зависимости тела и психики. Жесткая и завораживающая пластика Макгрегора сменилась дуэтом «Змеи и лестницы», поставленным американцем Джастином Пеком. Музыку Бриттена исполнял расположившийся в глубине сцены «Новый русский квартет», а лирическая американка Жаннет Дельгадо и солист Большого театра Денис Савин не тушевались перед рефлектирующей пластикой.

Опьянило зал ироничное и хулиганское мужское трио немецкой труппы Gauthier Dance. В опусе Алехандро Черрудо почти обнаженные танцовщики резвились, принимали пикантные позы и ловко тасовали движения. Сиди Ларби Шеркауи в дуэте «Я полюблю тебя» соединил классический и современный танец, приправил микстом космических настроений и доверил непрерывный поток па американцам Дрю Джейкоби и Мэтту Фоли — ныне солистам балета Антверпена, которым он, марокканец по рождению, ныне руководит.

Фото: Ирина ГригорьеваВпервые посетила Россию компания Bodytraffic из Лос-Анджелеса. В веселом номере «И в полночь зеленая невеста пролетела над рыночной площадью» хореограф Барак Маршалл проводит еврейскую тему — звучат этническая музыка, песни и забавные разговоры о кулинарных премудростях, проходят смотрины невест, разыгрываются свадебные обряды. Этот незатейливый номер добавил публике положительных эмоций перед главным чудом концерта — танцем блистательной итальянки Алессандры Ферри. Лет десять назад она, неподражаемая Джульетта и Манон, покинула сцену. Но без танца смогла продержаться всего шесть лет, и, отметив полувековой юбилей, к нему вернулась. Время оказалось не властно над ее хрупкой гибкой фигурой и нежной пластикой. Любовное адажио «Свидетель», поставленное Макгрегором, Ферри и ее партнер Герман Корнехо провели с подлинной чувственной страстью.

Фото: Ирина ГригорьеваПовзрослевший «Контекст» выступил в роли продюсера, создающего не только фестивальный проект, но и целое сочинение. Балет «На части» (Asunder) заказали хореографу Гойо Монтеро для пермской труппы. Изобретательный сочинитель, он любит складывать смысловые рифмы: в музыкальном сопровождении скрестил нескольких композиторов, например Шопена и Вагнера; в действии соединил театр и реальность, то есть жизнь и ее отражения. Одинокие фигурки тянутся к земле, а сцепленные вместе — образуют сильный ансамбль. Зрителю испанец отвел роль участников действия. Когда актеры поворачиваются спинами к залу, то под лучами софитов, бьющих из арьергарда сцены, оказываются не только они, но и публика. (Кстати, такой прием использовал в своем «Занавесе» Слава Самодуров.) Пермяки вдохнули живые эмоции в достаточно рациональную умозрительную хореографию Монтеро. Они же показали на «Контексте» свою весеннюю премьеру — «Балеты Стравинского» с «Петрушкой» Владимира Варнавы, «Поцелуем феи» Самодурова и «Жар-птицей» Алексея Мирошниченко. Молодая труппа Gauthier Dance привезла на фестиваль балет «Нижинский» — современный байопик о легендарном танцовщике, для которого творчество оставалось превыше всего. Расстройство памяти кумира многих поколений Марко Гекке представил как плату за гениальность. 


Фото на анонсе: Алессандра Ферри в адажио «Свидетель»/фото: Ирина Григорьева

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть