Партизаны в деревне есть?

27.01.2016

Наталья МАКАРОВА

В подмосковном военно-патриотическом парке «Патриот» открылся уникальный музейный комплекс «Партизанская деревня». Здесь можно не только увидеть, в каких условиях жили «народные мстители», но и стать одним из них. Первым лагерь партизан посетил министр обороны Сергей Шойгу, вслед за ним отправилась и корреспондент «Культуры».

Министр переступает порог штабной землянки и словно попадает в прошлое: при свете двух керосиновых ламп партизаны допрашивают пленного немца. 

Так, по рассказам местных гидов, началась экскурсия первого гостя «Партизанской деревни». Ему настолько все понравилось, что он решил как-нибудь провести здесь выходной. Делать это, конечно, нужно зимой, иначе сложно прочувствовать партизанский быт, отметил он. 

— Цель экспозиции — вызвать интерес к нашему прошлому, — говорит местный гид Раис Гареев. — Здесь будут проводиться экскурсии для школьников, выездные уроки истории, показы подходящих по тематике фильмов, а также устраиваться игровые квесты, с помощью которых можно будет вжиться в образ партизан и на себе прочувствовать тяготы их жизни. 

В 1941–1944 годах на оккупированной территории Советского Союза и стран Европы действовали 6720 партизанских отрядов и соединений общей численностью около 1 300 000 человек. Более 185 000 из них были награждены орденами и медалями СССР, 252 стали Героями Советского Союза.

«Деревня» в парке «Патриот» — это собирательный образ партизанских баз, которые начали создаваться сразу после вторжения врага. 28 июня 1941 года отряд под командованием Василия Коржа дал первый бой в районе деревни Посеничи в Белоруссии. А 3 июля Сталин обнародовал директиву о мобилизации всех сил и средств на разгром фашистских захватчиков, что дало толчок организованному развертыванию партизанского движения. 

Место для лагеря выбиралось не случайно — оно должно находиться вблизи основных объектов разведки и диверсий, но при этом быть незаметным и защищенным. «Деревня» построена в окружении плотного ельника — верхушки деревьев уходят прямо в небо и, если что, надежно прикроют от авиаразведки. Вход — через своеобразные «ворота в прошлое»: это фрагмент бревенчатой стены, а в нем — проем в форме звезды с человеческий рост. Смотрится очень эффектно. Тут же и фигура бойца, наблюдающего сквозь щель в стене — он охраняет лагерь. А вот штабная землянка под бревенчатым накатом, сверху для маскировки все засыпано землей и еловыми ветками, у входа часовой. Она воссоздана по книге бывшего партизана Николая Москвина, чей отряд действовал в лесах Смоленщины и Брянщины.

Внутри взору предстает маленькое прямоугольное помещение с невероятно низким потолком, который буквально лежит на голове. В глаза сразу бросается красное знамя, висящее на стене напротив входа, рядом с портретом вождя.

— Обычно это был просто кусок красной материи, на котором женщины вручную вышивали название отряда, а также серп и молот, — рассказывает экскурсовод Татьяна Беднарская. — Найти в то время красную ткань было очень тяжело — фашисты уничтожали все, что могло напоминать о советском строе. Был случай, когда женщины-партизанки обнаружили у деревенских жителей красное одеяло и нитками, замоченными в специальном отваре для придания золотисто-желтого оттенка, вышили на нем дорогие людям символы.

Посередине землянки — деревянный стол и две лавки, покрытые плащ-палатками. На столе — керосиновые лампы, компас, бинокль, радиостанция, по которой прослушивали сводки Совинформбюро, военные карты, в том числе немецкие, — их удавалось добыть у врага. За таким столом руководство отряда обсуждало планы будущих операций.

Еще одной неотъемлемой составляющей штабной землянки была печка-буржуйка. Правда, топили ее партизаны только по ночам — ведь дым мог выдать местоположение базы. Делали такие печи из обычных металлических бочек. Они мгновенно нагревались, но столь же быстро остывали. 

Рядом другая землянка — это красный уголок, или клуб, такие были только в крупных соединениях. Помимо агитационных плакатов, портретов руководителей и красного знамени, вижу патефон с пластинками, гармонь, балалайку. 

— Здесь проводились политзанятия, устраивались концерты, театральные представления, — поясняет Беднарская. — Если в отряде был проектор, показывали кинофильмы, особенно партизаны любили «Разгром немцев под Москвой». В каком-то отряде даже ставили «Гамлета». 

Одной из важнейших задач народных мстителей была пропагандистская работа. В «Партизанской деревне» воссоздана типография военных лет. В них за сутки печаталось до 500 экземпляров листовок, где разъяснялось положение дел на фронтах, содержались слова поддержки самим борцам и жителям оккупированных территорий. Издавались и газеты, в том числе «Партизанская правда» — любой посетитель «Деревни» может полистать копии выпусков. 

— Представленный здесь печатный станок весит тонну, — говорит экскурсовод Гареев, указывая на огромный пресс с вращающимся колесом сбоку. — Иметь такой во время войны было роскошью — это могли себе позволить лишь крупные отряды. 

В любом партизанском соединении старались оборудовать медпункт. Как правило, тоже в землянке. Показали такую и мне, правда, идеальный вариант. Здесь и лавки-лежанки, и носилки для пациентов, и необходимые инструменты, лекарства, белые халаты. В большинстве отрядов ничего этого, конечно, не было. Врачи делали операции прямо под открытым небом, даже на болоте — клали пострадавшего на настил из елового лапника. Для ампутаций нередко использовали лобзик или пилу, а растворы и лекарства заменяли народными средствами.

— Как правило, медпунктами в партизанских соединениях заведовали молодые военврачи, вчерашние выпускники мединститутов. Нарабатывать опыт им приходилось в тяжелейших условиях, тем не менее они нередко показывали отличные результаты. Например, в знаменитом отряде под предводительством Дмитрия Медведева из 250 раненых 238 было возвращено в строй, — с восхищением говорит гид Татьяна Беднарская. 

Партизанские соединения старались обзавестись собственным хозяйством. В «Деревне» можно увидеть, как выглядели лесные конюшня, кузница, баня. Особое место занимала пекарня — я представила, как отсюда на всю базу пахло свежим хлебом. За сутки здесь выпекали до 400 кг хлеба, норма на человека — не более 500 граммов. Весов не было, делили на глаз. Здешняя царица — настоящая русская печь, выкрашенная в белый цвет. Если печи в отряде не было, в земле рыли яму в форме усеченного конуса, по бокам обмазывали глиной, внутрь укладывали угли, а сверху на лопате или на куске железа выпекали хлеб. Когда не было и муки, партизаны собирали мерзлый картофель, прямо из клубней отжимали фиолетовую мякоть и из нее пекли лепешки.

— Есть такое блюдо нужно было только в горячем виде, иначе оно быстро твердело и начинало отдавать крахмалисто-землистой гнилью, — рассказывает Беднарская. — Также в еду употребляли грибы и ягоды, пили травяные чаи без сахара. Трофейный немецкий сахарин запрещался к употреблению, так как он, считалось тогда, негативно влиял на зрение.

Есть в «Деревне» и необычная печь — в такой выплавляли тол из неразорвавшихся артиллерийских снарядов или авиационных бомб. Таким образом получали взрывчатку для проведения взрывов. Диверсионная деятельность была у партизан основной. Потому в «Деревне» воссоздали фрагмент школы диверсанта — здесь показаны заминированные, понарошку, конечно, кусок железнодорожного полотна, макеты опоры моста, телеграфного столба и даже заминированное дерево.

— Партизан обучали правильно рассчитывать величину заряда и устанавливать взрывное устройство на разных объектах, — поясняет Гареев. — Одну из самых крупных партизанских диверсий организовал Константин Чахович. Устроившись на работу неприметным администратором в кинотеатре оккупированного города Порхов Псковской области, он сумел рассчитать, как заминировать несущую конструкцию — для причинения наибольших потерь зданию. В итоге на одном из киносеансов под обломками погибло 760 человек, среди них — много высокопоставленных лиц фашистской Германии. 

…Грею руки у костра в центре «Деревни». Самое душевное место в стане «лесных мстителей». У огня они отдыхали, могли и вздремнуть с оружием в руках, собирались, чтобы зачитать сводки Совинформбюро, ели, гоняли чаи, умывались согретой на огне водой.

Для тех, кто решится переночевать в «Партизанской деревне», оборудованы специальные гостиничные землянки, стилизованные под военные времена. Из предметов роскоши — лишь печка-буржуйка. Так что вся атмосфера, рассказы гидов, да еще трескучий мороз дают возможность почувствовать себя матерым народным мстителем, сражающимся за Отечество в тылу врага.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть