Под водой на высоте

06.08.2015

Наталья МАКАРОВА, Балтийск

День Военно-морского флота в этом году ознаменовался важным событием — утверждением новой редакции Морской доктрины России. Для подписания документа президент Путин выбрал самую западную военно-морскую базу страны — порт Балтийск. Здесь, в окружении натовских Польши и Литвы, Россия взяла курс на закрепление статуса великой морской державы. «Культура» тоже оценила готовность флота, отправив своего корреспондента на свежеизготовленную подводную лодку «Старый Оскол».


Поцелуй кувалду

Название субмарины местные остроумцы по-свойски переиначили: «Старый Оскал». В каждой шутке, как известно, лишь доля шутки. Оскал и правда матерый: эта лодка — одна из самых опасных для противника. Ее ракеты поражают цель на расстоянии 2500 километров. Она входит в проект 636.3 «Варшавянка» — усовершенствованную серию субмарин, созданную еще в Советском Союзе. Уже тогда «Варшавянки» приобрели мировую известность, их активно экспортировали в Индию, Китай, Вьетнам, Алжир, Иран и Польшу. А в НАТО их прозвали «черными дырами» — благодаря уникальной бесшумности, что делало обнаружение практически невозможным.

Сейчас заказано шесть субмарин такого класса. Первыми год назад на воду спустили «Новороссийск» и «Ростов-на-Дону». «Старый Оскол» стал третьей — в начале июля на Международном военно-морском салоне в Петербурге на подлодке торжественно подняли Андреевский флаг. Впереди глубоководные испытания на Севере, а затем перебазирование на место постоянной дислокации — Черноморский флот. А пока подлодка стоит у берегов Балтики. На борту субмарины — торпеды, мины, ударный ракетный комплекс «Калибр», который способен уничтожить любой тип надводных кораблей вплоть до крейсера. Ну а главное — экипаж. Вот они, все 52 человека, стоят навытяжку на верхней палубе в черных и белых парадных мундирах, отдают честь Верховному главнокомандующему, который на флагманском катере обходит строй военных кораблей.

Но вот парад окончился — и снова ежедневная вахта. Корреспонденту «Культуры» удалось побывать в отсеках «Оскола». Экипаж к тому времени уже сменил «парадку» на повседневную синюю робу.

Первое, что поражает новичка на подводной лодке, — невероятная теснота. Однако не самые маленькие мужики (оказывается, это заблуждение, что в подводный флот берут только «малышей») снуют здесь на удивление ловко. Вытянутое тело субмарины разбито на отсеки — между ними узкие люки и по всей длине столь же узкие проходы. Куда ни глянь, вдоль стен — провода, различные вентили, датчики. Они даже в шестиместных матросских кубриках (офицеры живут в двухместных каютах) понатыканы между подвесными койками. Ничего лишнего — все обусловлено жесткой экономией пространства. Смягчают аскезу лишь семейные фотографии у коек, да небольшая иконка словно спряталась посреди проводов.

Все при деле. В ответ на вопросы: «Не сейчас». Решительно беру в оборот неосторожно посмотревшего в мою сторону старшего лейтенанта. 

— Я военный связист, окончил Калининградское высшее военно-морское училище, — докладывает Илья Ачаев. — Папа и брат моряки, я тоже думал, что попаду на корабль, но распределили на подлодку. Отказываться не стал. Решил, раз выпала такая судьба, значит, справлюсь. 

По его словам, самое тяжелое — не теряться в экстренных случаях, когда судно находится под водой. Для этого нужно пройти серьезную подготовку еще на суше. Все ситуации, которые могут произойти на глубине, отрабатываются на специальных тренажерах. Например, попадание забортной воды или пожар.

Если такое происходит на глубине, аварийный отсек сразу же задраивают, и бороться с водой или огнем приходится только тем, кто остался внутри отсека. Помочь им нельзя. Жестоко? Но открыть люк, чтобы дать им выбраться в другое помещение — значит обречь на гибель всю лодку. И как бы ни рвалась душа прийти товарищам на выручку, делать это категорически запрещено: так записано в «Руководстве по борьбе за живучесть подводной лодки». В этой красной книжице описаны все аварийные случаи, которые могут произойти на глубине, и что нужно делать в той или иной ситуации. Моряки, как «Отче наш», заучивают строки, способные спасти жизнь. Вроде уже знают наизусть, а все равно вахтенные переписывают их в свои блокноты: в случае аварии вспоминать будет некогда. Только сдав зачеты по умению вести себя в экстренных ситуациях, попадаешь на подводную лодку.

— Когда погружаешься впервые, очень страшно. Смотришь на датчик, и перехватывает дыхание — 100 метров, 200... Представляешь, какая толща воды над тобой. Хотя физически никакого давления не ощущается, чувствуешь себя как обычно, — делится Илья.

Подводные лодки сконструированы так, что внутри человек находится в естественной для себя среде. Это очень важно, ведь каждые десять метров глубины увеличивают давление на квадратный сантиметр на один килограмм. Для «Старого Оскола» предельная глубина — 300 метров, давление там колоссальное.

Главный ритуал при погружении в морскую бездну — посвящение в подводники. Для этого в специальный плафон от лампочки набирают забортную воду и дают новичку — выпить нужно залпом. 

— Многих после этого наизнанку выворачивает, но у меня все было нормально, я вырос на Белом море, мне к морской воде не привыкать, — улыбается Илья. — Потом вручают грамоту, что ты теперь подводник. Есть еще один обычай: намазанную солидолом кувалду подвешивают, и пока она качается, ее нужно умудриться поцеловать, не разбив зубы. Но у нас такого не было.

Что ни день — 50 граммов

Уйти в автономное плавание «Варшавянка» может не больше чем на 45 суток. На все это время заранее загружаются продовольствие и пресная вода. Свиная рулька, замороженная рыба, курица, хлеб. «За вредность» подводникам выдают сверх общепринятой в армии нормы горький шоколад, чернослив, чеснок, бублики, мед, икру и даже сухое красное вино — 50 граммов в сутки. Подсчитаем: 52 человека на борту за 45 дней выпьют больше ста литров вина. Значит, должен быть тут и целый винный погреб, но его мне не показали: военная тайна. Должно быть, он рядом с камбузом. Вполне современная кухня: есть здесь и духовой шкаф, и холодильники, и посудомоечная машина, и огромные кастрюли для приготовления супов. Все это расположено за плотно закрытыми дверцами — чтобы во время качки кухня не стала самым опасным местом на судне. А ножи крепятся к стенам. Хотя качка на субмарине случается лишь при всплывании.

Офицеры едят в кают-компании, рядовой состав — прямо на камбузе. Прием пищи проходит по сменам, так же, как и остальная жизнь моряков. Смены по четыре часа: дежурство на вахте, затем подвахта, то есть готовность в любой момент при необходимости заменить кого-то из дежурных, и, наконец, отдых. Между дежурствами и перед сном — свободное время. Тут уж кто во что горазд: одним шахматы, другим картишки, а кому-то и книжку почитать.

Есть на подлодке небольшой спортзал — несколько тренажеров, гири, гантели. Физическая нагрузка необходима обитателям морских глубин, чтобы в ограниченном пространстве не произошло атрофии мышц. На современных атомных подлодках, которые уходят в море на три месяца, имеются бассейн, баня, сауна, солярий и комнаты релаксации с удобными креслами-качалками. 

Раньше, до появления ноутбуков и планшетов, на субмаринах устраивали коллективные киносеансы, показывали в основном патриотические картины и военно-морскую документалистику. Сейчас каждый сам по себе — смотрит на собственном экране, что хочет. Точнее, что успел записать на суше. Ведь под водой нет ни интернета, ни мобильной связи.

— Тяжело без связи с родными, — с грустью говорит Илья. — Когда отец уходил в дальнее плавание, он из портов всего мира слал нам открытки, письма. Брат, находясь в море, может иногда звонить домой, когда связь позволяет. У нас такой роскоши нет. Ушел, и целый месяц, а то и больше не знаешь, что происходит дома. Моей девушке вырвали зуб, у соседа украли машину, мама потеряла кошелек — все это я узнаю уже по приходу домой. У них нет возможности мне поплакаться, посоветоваться в нужный момент, поэтому, наверное, семьи подводников самые сильные и самостоятельные.

Хотя некоторые ситуации все-таки заслуживают того, чтобы отвлечь защитника Родины от служебных обязанностей и найти его даже на борту подводной лодки.

— Когда у кого-то рождается ребенок, эту новость обязательно передают по служебной связи. У нас был случай — моему сослуживцу во время похода сообщили, что у него родился сын, передали даже рост и вес ребенка, — вспоминает Ачаев. — Мы все очень радовались за него, поздравляли. Он был на седьмом небе от счастья. Когда вернулись, его жена пришла к причалу с младенцем, завернутым в розовое одеяло — оказалось, кто-то что-то перепутал: родилась девочка. Он, конечно, не расстроился, но очень удивился.

У присоединившегося к беседе капитан-лейтенанта Александра Старцева уже двое детей.

— Мы, моряки, очень ценим и бережем семью, — говорит он. — Ведь когда по нескольку месяцев не видишь жену и детей, относишься к ним с большим трепетом. В верности своей подруги никогда не сомневался. Российские подлодки базируются в небольших городках — Вилючинск на Камчатке, Гаджиево, Североморск в Мурманской области, я как раз оттуда. Там всего по нескольку улиц, мы все друг друга в лицо знаем. Когда возвращаемся на берег, ходим друг к другу в гости. Тут никакую измену не утаишь.

Анекдот с бородой

Про вино и женщин поговорили — теперь о зарплате. Подводники — люди обеспеченные. Зарплата лейтенанта сразу после училища — 70 тысяч, это и в Москве неплохо, а в маленьких городах позволяет как сыр в масле кататься. Женихи завидные. 

— Под водой деньги тратить негде, — говорит Александр. — А когда плавание заканчивается, зарплата поступает на счет. Если был в автономке несколько месяцев, то это может быть очень крупная сумма. Сразу как понакуплю подарков жене и детям... 

Морякам часто приходится отмечать праздники вдали от дома, они стараются делать это по всем правилам. На Новый год обязательно ставится небольшая искусственная елка, иногда с берега заранее прихватывают и костюмы Деда Мороза со Снегурочкой. Повар в такой день старается порадовать команду чем-то особенным. На дни рождения экипаж обязательно собирается вместе, чтобы поздравить именинника. А заместитель командира судна по работе с личным составом вручает ему подарок, заранее переданный женой, девушкой или мамой военнослужащего. Кстати, представительниц прекрасного пола среди подводников нет.

Фото: РИА НОВОСТИ

— Подводные лодки созданы для боевых действий, так что здесь должны находиться только мужчины, — уверяет меня Старцев.

Потому на судне и развлечения сугубо мужские, например, конкурс на лучшую бороду. Во время длительного похода подводники отпускают растительность на лице, затем представляют ее на специальном смотре, и члены экипажа путем тайного голосования выбирают наиболее достойную.

Есть своя специфика и в поведении. Например, над анекдотом здесь принято смеяться, даже если уже слышал его. Не стоит ставить рассказчика в неловкое положение. Соблюдать благоприятный душевный микроклимат не менее важно, чем следить за приборами и механизмами. 

— Надо быть терпимее друг к другу, — говорит старлей Ачаев. — Еще в учебном центре нам втолковывали, как избегать конфликтных ситуаций и быть единой командой.

Не могу удержаться от вопроса:

— Не страшно ли спускаться под воду, не возникает ли каждый раз мысли о лодке «Курск», затонувшей ровно 15 лет назад, о других трагедиях?

Немного подумав, Илья отвечает:

— Это работа. На самом деле, в жизни многое опасно, но вы же не думаете постоянно о том, что вас может сбить машина.

Конечно, на лодке отработаны и методы спасения — личный состав их знает наизусть.

— Спастись с затонувшей субмарины можно через торпедные аппараты, — говорит Илья. — Они предназначены для ракет, очень узкие. По ним нужно пролезть в специальном водолазном снаряжении — мы отрабатывали это на учениях, достаточно страшно, постоянно возникает мысль, что застрянешь. Затем, открыв люк и выбравшись из подлодки, выпускаешь специальный буй. Он всплывает на поверхность, а за ним тянется веревка — по ней нужно ползти вверх, очень медленно, чтобы давление внутри организма приспосабливалось к внешнему...

Впереди у «Старого Оскола» плавание под арктическими льдами. 

— Когда идешь под льдинами, лодку не видно со спутников, — рассказывает Александр Старцев. — Но каждый день нужно всплывать, чтобы выходить на связь, а для этого приходится искать полынью, это нелегко. Зато когда поднимаешься на поверхность, ощущения невероятные — северная природа очень красива, можно даже белого медведя увидеть.

Время, отведенное для знакомства с лодкой, истекло. Прощаюсь со своими собеседниками. Что пожелать им, знаю: пусть знания об эвакуации в случае ЧП пригодятся им лишь в теории, а приятных впечатлений от службы будет еще очень много.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть