Учебная тревога

01.07.2015

Александр АНДРЮХИН, Санкт-Петербург

Фото: PHOTOXPRESS

Взволнованное письмо пришло в редакцию из знаменитого Нахимовского военно-морского училища. «SOS! — пишет преподаватель, капитан 2 ранга Александр Сазонов. — В документах училища декларируются «традиционные ценности российского образования», а на самом деле ставится под сомнение главное из них — служение Отечеству». Cпецкор «Культуры» немедленно выехал разбираться в ситуации.


Зарезал преподавателя

Как выяснилось, подобные письма были направлены и главкому ВМФ Виктору Чиркову, министру обороны Сергею Шойгу, председателю комитета Госдумы по обороне Владимиру Комоедову, вице-премьеру Дмитрию Рогозину и режиссеру Никите Михалкову. Обучение в некогда прославленном учебном заведении деградировало до степени провинциальной школы, бьют тревогу авторы посланий... 

Кавторанг Сазонов, написавший в редакцию, раньше был командиром роты, а ныне «разжалован» в преподаватели дополнительного образования. Руководит стрелковым клубом «Традиция». Вот в этот клуб, находящийся в подвале одного из корпусов училища, он и пригласил меня поговорить. По словам Сазонова, даже в 90-е годы (сам он работает здесь с 92-го) училище так не деградировало, как в последние несколько лет. Все началось в 2008-м, при Анатолии Сердюкове. Если прежде ребят сюда брали после девятого класса (на два года), то в 2008-м стали принимать после шестого, а с 2010-го — уже после четвертого, начали набирать и девочек. Элитное училище стало массовым. Результат — резкое падение успеваемости. 

Фото: Александр Андрюхин

— Средний балл ЕГЭ наших выпускников в 2013 году составил 59, — рассказывает офицер. — При том, что среди поступивших в вузы по стране он равнялся 68,4. В 2014-м этот показатель у нас скатился до 52 баллов при вузовских 64,4. 

В прошлом году нахимовцы по успеваемости заняли лишь 12-е место среди 25 кадетских корпусов и суворовских училищ страны (на первом месте — столичный Пансион воспитанниц Минобороны РФ). А среди школ Петроградского района — еще хуже: 17-е из 27. Из 36 выпускников в вузы поступили только 17. Плачевный результат — ведь до реформ высшее образование получал практически каждый окончивший училище. 

Еще одна проблема — колоссальный отсев. В основном за счет тех, кого за руку привели сюда родители после 4–6 классов. Повзрослев, многие ребята приходят к выводу, что «гражданка» им ближе, чем военизированный быт и строгая дисциплина. Да и подготовка в вуз — не на последнем месте.

— Только за этот год училище покинули 52 человека, — говорит Сазонов. — Причем не только те, кто ушел по собственной воле, — немало отчислено за неуспеваемость и плохое поведение.

Педагоги-нахимовцы оказались не готовыми к массовому наплыву, прямо скажем, случайных ребят. Особенно сложно было с сиротами, которых по распоряжению Сердюкова стали принимать в обязательном порядке. Казалось бы, благое дело, военная среда исстари ставила на крыло таких подранков. Но и педагоги должны быть соответствующего уровня — не каждому такое бремя по силам. Из двадцати сирот последнего приема сейчас, к десятому классу, осталось только восемь.

— В прошлом году отчислили трех воспитанников, — рассказывает Сазонов. — Их не взяли на парад в Москву — они и напились. Бабушка одного из них говорит, что до училища ее внук не пил, не курил, что это здесь его испортили. А еще один отчисленный — Вова Р. — в марте этого года зарезал свою школьную учительницу. О причинах его агрессии я догадываюсь. Здесь его как-то раз заставили съесть устав...

Увы, существует такой дикий «педагогический прием». Инициаторы подобных методов оправдываются тем, что по-иному с неуправляемыми не совладать. Вопрос, как минимум, спорный: унижением подростку можно только сломать психику или еще больше его озлобить.

Что сказал старик Державин

Вскоре в подвал пришли еще два преподавателя, недовольные состоянием дел в училище. С порога включились в разговор. Поворотным моментом стал, по их мнению, 2011 год, когда по приказу Анатолия Сердюкова училище перестало числиться по линии военного ведомства. Знаменитая Нахимовка превратилась в обычную «минобразовскую» школу. 

Фото: Александр Андрюхин

— Офицеров вывели из преподавательского состава, отменили морские дисциплины, включая основы военно-морской подготовки, — горячится преподаватель ВМП Михаил Солдатов. — Вместо этого ввели школьное ОБЖ. В 2012 году уже нынешний министр обороны вернул училищу задачу готовить кадры для поступления в военно-морские вузы, но мы и по сей день руководствуемся программой средней школы. В старших классах частично ввели ВМП, но как раздел ОБЖ. Это все равно что геометрия в составе географии. ВМП учит, как защищать родину, а ОБЖ — как спасаться самому. Минобороны издало приказ №515, по которому основы военно-морской подготовки являются отдельным предметом, но, видимо, нашему училищу приказ не указ.

Мне протянули письмо уважаемого преподавателя училища Константина Державина, нахимовца первого выпуска, ветерана Великой Отечественной войны, отправленное Сергею Шойгу. «Эти лица намеренно или по недомыслию вредят военному, военно-морскому и патриотическому обучению и воспитанию нахимовцев», — написал он о нынешнем руководстве училища.

Главный критический удар ветеран обрушил на завуча Валентину Сенькину, которая пришла в училище в тот год, когда оно было переведено в систему гражданского образования. Под ее руководством оказались не только общеобразовательные, но и профильные предметы, которые прежде курировали кадровые офицеры. Сенькина, по словам преподавателей, начала урезать часы военно-морских дисциплин и вместо них вводить предметы дополнительного образования по своему усмотрению.

«В результате, — отмечает Державин, — Нахимовское военно-морское училище превращено в кормушку для группы лиц... При распределении часов заведующая учебным отделом руководствуется не спецификой военно-морского училища, а личными интересами и симпатиями. Особенно это заметно в дополнительном образовании: работа стрелкового клуба урезана до 4 часов в неделю, морского боцманского клуба — до 8 часов, зато такие новые дисциплины, как эстрадный вокал и журналистика, — 18 часов в неделю».

Ликвидированы училищный театр, занятия по риторике, по бальным танцам, жалуется преподаватель. А ведь бальные танцы для мальчишеского коллектива — особый предмет, наука общения с противоположным полом, возможность эстетически компенсировать пресс военизированного быта. Занятия спортом поставлены в зависимость от успеваемости. Какая связь, недоумевают преподаватели, ведь спортивная выправка — визитная карточка любого военного, она важна не менее оценок.

Девчонок не берем 

С начальником училища встретиться не удалось — он во время моего приезда отсутствовал. Но его зам по воспитательной работе, капитан 2 ранга запаса Владимир Пятницын, согласился ответить на мои вопросы. Оказывается, он знает о «несогласных» преподавателях. Но это, подчеркнул, их частное мнение. На самом деле в училище все нормально, а если и есть недостатки, то они исправляются. 

— Действительно, некоторые воспитанники уходят, не выдержав жесткого графика, — соглашается замполит. — Но мы все равно будем принимать ребят после четвертого класса — это одно из наших социальных обязательств перед детьми военнослужащих. 

Однако в последние два года, по его словам, критерии приема все же изменились. Детей военнослужащих и сирот берут уже не всех, а в пределах специальных квот. Те, на кого квот не хватило, — на общих основаниях. 

— Мы отбираем лучших. Прежде всего — психически уравновешенных, с крепким здоровьем и кто выдержал конкурсные испытания. Эксперимент с девочками прекратили — их больше не берем. Конкурс у нас сейчас — пять человек на место. Во многом возвратились к старой советской системе, и благодаря этому заметно повысился уровень успеваемости.

Однако в других вопросах руководство училища не согласно с представителями «старой школы». Мой собеседник не видит, например, большой беды в сокращении военных дисциплин. По его мнению, сам уклад жизни в стенах училища приучает к дисциплине, а не военные науки. 

Фото: PHOTOXPRESS

— Для 5–6-го классов предусмотрена строевая церемония, — перечисляет он, — для 7–8-го — шлюпки на Нахимовском озере, 9-й класс посещает части военно-морских сил, а десятиклассники выходят в море на учебно-боевом корабле. Кроме того, воспитанники постоянно общаются с ветеранами. Спортивная база у нас хорошая: тир, тренажеры, бассейн — воспитанники занимаются военно-прикладным плаванием, дайвингом, борьбой. Готов Пятницын объяснить и почему от воспитательных функций отстранили действующих офицеров. 

— Раньше воспитателями были штатные военнослужащие в звании лейтенантов, капитанов, им по 25–28 лет. Кого они видели в воспитанниках? Подчиненных. Естественно, и воспитывали привычными методами. Сегодня воспитатели — все с педагогическим образованием. Отставники, люди в возрасте, с жизненным, а многие и с управленческим опытом, руководили подразделениями. Вырастили детей — у них и к воспитанникам отношение отцовское.

Что ж, будем надеяться, отцы-педагоги не станут заставлять пацанов жевать страницы устава. 

По поводу запрета риторики, театра и бальных танцев собеседник ответил однозначно:

— Есть федеральный образовательный стандарт, так что выдумывать не получится.

Поговорил я (правда, по телефону) и с главной «виновницей» непопулярных перемен — завучем Валентиной Сенькиной. Она категорически не согласилась с доводами местной «оппозиции», что Нахимовка сильно отстает от других учебных заведений. На 12-м месте среди кадетских корпусов она оказалась только по роковому стечению обстоятельств.

— Когда подводили итоги ЕГЭ, перепутали колонки с оценками по русскому языку, — объяснила завуч. — Потом ошибку обнаружили, но переделывать документ не стали. Еще с училища, также по ошибке, сняли 100 баллов за правонарушения. Никаких правонарушений за нами не числилось. Разобрались, но переделывать было уже поздно. По ошибке нам поставили и ноль по дополнительному образованию. А у нас 32 программы! Так что реально наше училище занимает пятое место среди кадетских корпусов. 

Что касается невыгодного сравнения со школьными результатами по ЕГЭ, то и этому нашлось объяснение: «Школьникам родители нанимают репетиторов. А наши воспитанники готовятся сами». Но минуточку! На 25 средних учебных заведений Минобороны выделяет 40–50 млрд рублей в год. В среднем на каждое приходится около двух миллиардов. Да, много уходит на содержание зданий, питание, форму и т.д. Но и на оплату педагогического труда должно при таком щедром финансировании оставаться столько, что ни с каким семейным бюджетом не сравнишь. Вон Пансион воспитанниц какие результаты показывает. Значит, вопрос не в том, что денег не хватает, а в том, на что они расходуются. В Нахимовском, например, предпочитают оплачивать преподавателей по вокальному пению и журналистике, а не важные для будущего офицера и любимые большинством ребят предметы, о сокращении которых сообщают во все инстанции авторы «писем протеста».

Что касается отмены изучения основ военно-морской подготовки, то это, признает завуч, вынужденная мера, поскольку нет учебника: «По новому федеральному закону об образовании, если нет учебника, мы не имеем права преподавать эту дисциплину и вписывать ее в аттестат». Но как быть с приказом Минобороны № 515, где черным по белому написано: «Образовательной программой училища предусматриваются... основы военно-морской подготовки»? И тут у завуча нашелся ответ: «Этот приказ идет вразрез с федеральным законом об образовании, которым мы руководствуемся. Думаю, до начала 2016 года Минобороны приведет свою правовую базу в соответствие с федеральным законодательством». 

Спасибо хоть бальные танцы нахимовцам вернут. Проблема здесь, по словам Сенькиной, в дефиците девочек. Но с этим разберутся. 

— Будем договариваться с Петроградским дворцом творчества и балетным театром «Пируэт», — пообещала завуч.

Мечта и «Надежда»

А как сами воспитанники чувствуют себя в училище? Отправляюсь в яхтенный порт «Геркулес», где проходят практику 5-е и 6-е классы. У причала — знаменитый парусник «Надежда», на котором нахимовские курсанты ходили когда-то вокруг Европы. В трудные 90-е его продали в Германию, но недавно нашелся в Питере коммерсант, выкупил судно. По каким-то причинам училище не стало принимать его на баланс, и сегодня оно пришвартовано у яхт-клуба «Геркулес». 

Фото: Александр Андрюхин

Подготовка к дальним плаваниям здесь идет полным ходом. На соседней от «Надежды» яхте две девушки показывают юным морякам, как вязать узлы, другая группа нахимовцев проходит занятия на тренажере — привинченной к полу лодке с распущенным парусом, который «ловит ветер» от громадного вентилятора. В лодке сидит растерянный мальчуган и пытается справиться с крутящейся мачтой. Остальные пацаны ждут своей очереди и едва сдерживают смех от неумелых действий товарища. 

— Я начал мечтать о Нахимовском училище в четвертом классе — после того, как посмотрел передачу о нем, — намаявшись с парусом, поведал мне Максим Наумов. — Родители не военные, а вот дед служил на подводной лодке, он капитан 2 ранга. Мы сначала жили в Ижевске, потом переехали в Питер. Родители были не против моего поступления. Навещали меня каждые выходные, но все равно поначалу я скучал. Потом привык, друзья появились. Жизнь, конечно, не как дома. С утра — пробежка, зарядка, завтрак, учеба. Больше всего мне нравятся практические занятия: военная подготовка, стрельба, плавание, управление парусом, гребля. Еще люблю передавать сообщения азбукой морзе и семафорить флажками. В свободное время веду училищный журнал и обучаюсь игре на гитаре. Жду не дождусь, когда мы под парусом выйдем в море.  

Яхтенная практика — самый любимый предмет у ребят.

— Жалко только, длится две недели, — сокрушается сопровождающий меня Солдатов. — К тому же занимаются две группы — через день. Так что реальной практики получается семь дней в году. У городских школьников с морскими классами занятий больше. И их уровень подготовки по управлению яхтами в разы превосходит нашу — куда это годится! 

Вернулись в училище — навстречу девятиклассники, только что сдавшие экзамен по русскому. Лица светятся от счастья — сделан еще один шаг к каникулам. Разговорился с группой ребят — все они оказались участниками Парада на Красной площади в честь 70-летия Победы. 

— Я сюда поступил вполне осознанно, — говорит Миша Пересунько, лучший в училище по стрельбе из пистолета. — Мой папа — суворовец. Всю жизнь в армии, сейчас офицер запаса. После окончания буду поступать в Морской корпус Петра Великого.  

Туда же нацелился и его товарищ Артур Солдакеев, он пришел в училище после четвертого класса.

— Уже привык, без морской службы не представляю жизни, — признается парень, у которого в семье никто не имеет отношения к армии и флоту, он первый.

А вот Саша Пестриков. Поначалу у него не очень складывалось — произошло очень тяжелое событие, за полгода до поступления умерла мама. Весь пятый класс только сидел на уроках и плакал. Но потом бурная жизнь училища захватила и его. 

— Люблю читать классическую литературу, — рассказал он. — Особенно Достоевского. Мое любимое произведение «Братья Карамазовы». Еще люблю риторику и наш училищный театр. Когда риторику и театр запретили, я попросил Наталью Викторовну, преподавательницу, чтобы она занималась со мной индивидуально. Тоже мечтаю поступить в Корпус Петра Великого. 

Впрочем, не все намерены идти по морской стезе. Например, Илья Алипов, первый боцман училища, собрался в Военный инженерно-технический университет. Признается, что поначалу очень тосковал по родителям. Они живут в Оренбурге, летать накладно, сына навещают редко. Хорошо, что раз в год нахимовцам предоставляется право бесплатного пролета туда и обратно в любую точку России, — Илья и другие иногородние воспитанники используют эту возможность, чтобы повидаться с родными.

Фото: Александр Андрюхин

В общем, пацаны как пацаны. Такие же, как, например, мои товарищи по одной из еще советских мореходок. Мы тоже мечтали о дальних походах, тосковали по родным, ценили наше братство и не слишком налегали на учебу. 

Вот чего я здесь абсолютно не увидел, так это того, что «ставится под сомнение служение Отечеству». Не пережали ли авторы письма? Все-таки никакого намека на антипатриотизм я ни у ребят, ни у руководства училища не увидел. Оказывается, речь о другом. Дело в том, что, согласно Положению о суворовских военных, нахимовских военно-морских училищах и кадетских (морских кадетских) корпусах, среди основных задач на первом месте стоит «подготовка несовершеннолетних граждан мужского пола к поступлению в военные образовательные учреждения». А эта установка здесь как раз не выполняется, доказывают авторы писем.

— Из-за полного непонимания задач у нашего училища нет перспектив, — говорит Солдатов. — Подготовка в профильные вузы Минобороны осуществляется на базе обычных школ с большим эффектом и без дополнительных затрат. 

Кстати, то, что кадеты не попадают в офицеры, — проблема не только Нахимовки. Например, в 2014 году из 848 выпускников кадетских училищ в военные вузы поступили только 377, говорится в докладе замначальника главного управления кадров МО РФ Игоря Муравлянникова.

Сейчас в училище проходят проверки. Как стало известно «Культуре», отстранение от педагогической деятельности и понижение в должности Сазонова военная прокуратура признала незаконной и направила в Петроградский райсуд Санкт-Петербурга иск о взыскании с училища в его пользу 117 452 рублей. Были обнаружены и другие нарушения. Однако урезание часов по стрельбе, военно-морской подготовке и другим «армейским» дисциплинам продолжается. Конечно, необходимо, чтобы современные гардемарины были людьми широко образованными. Но не надо забывать, что прежде всего это будущие военные моряки. А значит, и акцент в учебе должен быть соответствующий. Вряд ли кому-нибудь придет в голову, например, в физматшколе часы, отведенные точным наукам, урезать в пользу рисования. 

Так что есть повод представителям Минобороны, командования ВМФ, педагогам, авторитетным выпускникам-нахимовцам собраться и обсудить, как должно развиваться знаменитое училище в современных условиях. Чтобы не было стыдно перед памятью легендарного флотоводца, чье имя оно носит.

Распечатать

Поделиться

Назад в раздел
Оставить свой комментарий
Вы действительно хотите удалить комментарий? Ваш комментарий удален Ошибка, попробуйте позже
Закрыть
Закрыть